Чтение онлайн

Друг устроил мне небольшую экскурсию по дому предков, а потом показал комнату, в которой мне предстояло жить ближайшую неделю.

Мы вошли в просторное, около тридцати квадратных ярдов, помещение, светлое и с высоким потолком. В центре большая кровать с пологом, есть камин, резной столик, стулья, пара кресел, шкаф с зеркалом, ковер на полу. Широкие окна, тяжелые занавески, вощеный паркет, множество неброских, но дорогих безделушек – все создавало вполне определенную атмосферу.

Здесь уже находился мой чемодан и клетка с Хуги.

– Ничего так, - я завалился на кровать. Драко сел на кресло и нахмурился:

– Я тут показал отцу тот жест, что ты демонстрировал в Хоге…

– Да?

– Ага. Отец сразу его узнал. Это Непреложный Обет. Правильно?

– Точно, - я почувствовал, что сердце несильно сжала невидимая рука.

– Думаю, тебе запрещено об этом говорить, - рассуждал Малфой. – Гарри, куда же ты вляпался?

– Вот так получилось, – я сел на кровати и развел руками.

– Ничего, мы с Герми об этом еще подумаем, - успокоил меня друг.

– Кстати о нашей подружке, - я ухватился за возможность перевести беседу на другую тему. Уж больно мне не нравилось это ощущение «предостережения» на сердце… Так недолго и доиграться. А зачем так рисковать?
– Твои-то как к Грейнджер относятся?

– Разговор останется между нами?

– Конечно.

– В общем, им она не очень-то нравится, – Малфой поерзал. – Она же из магловской семьи, а мы, сам понимаешь, не очень-то с такими дружим.

– Но ты-то вроде нормально себя с ней чувствуешь?

– Ну да, она же друг, - Драко сказал это твердо.

– Но родным не нравится, так что ли? – намекнул я ему.

– Раньше - да. Особенно после того, как я не поступил на Слизерин.

– А сейчас?

– Сейчас немного привыкли. Говорят - ладно, дружи. Но не больше.

– Не больше? – я фыркнул. Интересно, о чем взрослые могут говорить с тринадцатилетним ребенком?

– Ну, отец говорил про отношения, - Малфой покраснел.

Глядя на него, я не выдержал и громко рассмеялся.

– Отношения, - я протянул это слово. – Какие к Мерлину отношения в нашем возрасте, а?

– Да это они на будущее, - Драко смутился еще больше. – Сказали, что если что-то начнется, мне голову открутят.

– Ясно, - я перестал смеяться. С другом все понятно. На дружбу с Грейнджер его родные глаза закрыли. Но о дальнейших последствиях предупредили. И наверняка беседа вышла серьезная. Вон, Драко говорит об этом очень вдумчиво. Значит, установки он получил конкретные и нерушимые. А то, что они предупредили его так рано, когда до чего-то там серьезного еще далеко, так это правильно. Лучше, как говорится, перебдеть.

Впрочем, вопрос о том, разрешат ли Малфою дружить с Грейнджер, меня волновал еще на первом курсе. Я тогда даже немного совестью мучился - вроде как я жонглирую чужими судьбами, сводя в одну компанию детишек из диаметрально противоположных семей.

Но и тогда все обошлось. И сейчас Драко подтвердил, что эта ситуация вполне адекватная. А это странно. По канону выходило, что Малфои настоящие упыри, повернутые на чистоте крови, и просто презирающие «грязнокровок». Бессмысленно и беспощадно! Сейчас же положение дел иное, не такое категоричное.

Потом был обед – торжественный и официальный. Я чувствовал себя малость неуютно. И судорожно вспоминая все те приемы и правила этикета, чему меня успел научить Малфой за два года в Хоге.

Вроде выходило неплохо. Во всяком случае, никто на меня не косился с плохо скрываемым чувством недовольства или пренебрежения.

Вечером мы гуляли по парку. Я, Драко и его дед. И Лорд сам завел разговор о Добби.

– Драко передавал вам наши извинения, мистер Поттер? – Абраксас предпочитал называть меня на «вы». Он был одет в легкий, изящный костюм и опирался на трость, отделанную серебром. Похоже, всем мужчинам Малфоям нравится такой аксессуар.

– Да. И я не вижу здесь серьезной проблемы. Во всяком случае, в плане наших взаимоотношений. Обиды я не держу.

Драко хмыкнул, а старый Лорд внимательно посмотрел мне в глаза.

– Хорошо, - он кивнул. – Но мне бы все же хотелось вернуться к этому вопросу. Дело в том, что в течение последних месяцев Добби находится, скажем так, под домашним арестом.

– А что это значит?

– Ему категорически запрещено покидать наш особняк и подвал, где он и несет свою службу.

– Ясно, - у меня промелькнуло сожаление о незавидной участи эльфа.

– Вам это не нравится? – резко спросил Лорд.

– Не люблю ненужной жестокости.

– Да он нормально живет, - успокоил меня Драко. – Все, как и раньше, просто небольшие ограничения по перемещению. Он даже с другими домовиками общается.

– Все верно, - согласился Абраксас с внуком. – Дело в том, что мы бы не хотели, чтобы он снова начал своевольничать. Это плохо сказывается на репутации.

– Такое никому не понравится, – согласился я и посмотрел на верхушки деревьев, за которые уже начинало садиться солнце. Пахло свежескошенной травой. Пели птицы. Благодать, а не место!

– Рад, что мы понимаем друг друга. Но дело даже не в этом. Нам удалось установить, что Добби одновременно служит двум хозяевам, - старший Малфой неожиданно приоткрыл карты.

– Такое возможно?

– Ранее я сам думал, что нет, - признался Абраксас. – А сейчас эти знания пришлось пересмотреть.

– И кто второй хозяин? – осторожно спросил я.

– Это не известно, - вздохнул Лорд с сожалением. Или изобразил это самое сожаление. – Добби молчит и от конфликта приказов в своей голове медленно сходит с ума. По косвенным признакам, по тому, что этому неизвестному некто, удалось обойти магические блоки, отвечающие за преданность и верность в его разуме, можно предположить, что это весьма сильный маг. Замечательный менталист и серьезный специалист по магическим существам. Как минимум.

Пока Абраксас говорил, Драко шел молча, не вмешиваясь и изредка поглядывая на меня. Похоже, эту беседу они планировали заранее. И у моего друга четкие указания, как себя вести.

– У вас есть враги?

– Они есть у любого мага. Наш мир сложен и противоречив. – Абраксас остановился и развернулся ко мне. – Как вы относитесь к Дамблдору?

Переход оказался резким. На меня словно ушат холодной воды вылили.

– Э-э, - я потянул время, - Лорд Малфой, вы же понимаете, что ваш вопрос звучит, как минимум, провокационно?