Чтение онлайн

Понятное дело, Августа переживала за внука. И хотела вывести его в люди. И мечтала, чтобы у него появились дети и наследники. Но такое обращение неизбежно сказалось. Думаю, та неуверенность, рассеянность «растет» именно отсюда. Он просто боялся ее расстроить и вызвать неудовольствие. А такое поведение, чаще всего, приводит к противоположному результату.

Тем более, Августа наполовину Блэк, со всеми вытекающими – буйным характером, категоричностью, вспыльчивостью. Наряду с самыми сильными и полезными качествами.

В один из дней мы посетили больницу Мунго. Августа решила показать нам Лондон, устроить прогулку и заодно навестить сына и сноху.

Больница магических болезней и травм Святого Мунго – вот как полно и правильно называлось это знаменитое врачебное заведение. И оно являлось ведущим заведением Великобритании подобного профиля, совмещая в себе как простое приемное отделение, так и стационар и даже некоторый аналог скорой помощи.

Само здание находится в старом кирпичном универмаге и состоит из шести этажей.

Врачи тут называются целителями и носят мантии лимонного цвета с необычным гербом – волшебная палочка и кость. Как там пел В. Высоцкий – «если хилый, сразу в гроб…». Вот, вот, глядя на эти кости, думаешь именно о таком.

Мы шли по узким, мрачноватым выложенной серой плиткой, коридорам. Невилл поначалу стеснялся. Особенно он неуверенно себя чувствовал, когда колдомедик провел нас в одну из палат. Здесь находилась Фрэнк и Алиса – его родители.

Они лежали на соседних кроватях и никого не узнавали. Изредка постанывали, и иногда пытались что-то сказать – неосознанные и непонятные слова. Расфокусированный взгляд, черные круги под глазами, желтого оттенка кожа, отрешенность, полная апатия. И изможденность – как телесная, так и внутренняя – это бросалось в глаза.

Сумерки сознания это страшно. Когда Бог наказывает человека, он лишает его разума.

Не знаю, что там случилось в прошлом и почему так все повернулось для Лонгботтомов. Но глядя на двух изможденных людей, я испытал чувство сострадания.

И мне вспомнился собственный случай и Круциатус в исполнении Локхарта…

– Я бы гордился такими родителями, - серьезно сказал я Невиллу, поймав момент, когда Августа нас не слышала.
– Они стояли до конца. И выполнили свой долг, каким бы он ни был.

– Они вроде и есть, а вроде их и нет, - Невилл шмыгнул носом и с нежностью поправил у мамы волосы. Она на это никак не отреагировала. Как смотрела в потолок, так и смотрит.

– У тебя красивая мама, - негромко заметил я. Лежащая на кровати Алиса даже сейчас, в таком состоянии, производила впечатление милой и симпатичной женщины. В ней чувствовалась какая-то теплота. И на меня вдруг повеяло чем-то близким, можно сказать родным, словно это я уже когда-то ощущал, но давным-давно позабыл.

Странное чувство…

– Да… - Невилл немного приободрился. Но в глазах у него стоят слезы. Бедный парень.

– Если ты переживаешь, что я стану трепаться о них в Хоге, то не волнуйся. Этого не будет.

– В этом-то я не сомневаюсь….

На третий вечер мы ужинали втроем. У Лонгботтомов имелся свой эльф по имени Гросби, и он нам прислуживал.

И у нас получился откровенный разговор. К тому времени, миссис Августа, похоже, уже присмотрелась ко мне и сделала определенные выводы. Все эти два дня она осторожно задавала вроде бы простые, ничего не значащие вопросы, но на самом деле «прощупывая» меня и узнавая мнение по тем или иным позициям.

– Ты уже думал о своем будущем?
– начала разговор Августа, а я от неожиданности закашлялся. Вот все словно сговорились. И спрашивают об одном и том же.

– Пока лишь в общих деталях, - осторожно ответил я.

– Мракоборцем стать не хочется?

Нет, ну точно сговорились. Ну не так же просто меня об этом спрашивают. Руку даю на отсечение, что-то здесь есть.

– Извините, конечно, но служить в Аврорате вредно для здоровья. И вообще, там смертность высокая.

– Вот, хоть кто-то научился думать собственной головой, а не смотреть в чужой рот, - ответила Августа с горечью в голосе. – И нечего смущаться, Невилл. У Гарри родители тоже пострадали в ходе той войны…

Как я уже понял, бабушка Невилла - женщина прямая и конкретная. И ко мне она на «ты», без всяких лишних условностей.

– А ты слышал про личный отряд Дамблдора? – продолжила старушка.

– Личный отряд? – я сделал вид, что ничего не знаю. Хотя, на самом деле, догадывался, что она имеет в виду.

– Да, - Августа решительным жестом отставила в сторону тарелку, бокал с недопитым вином и уперлась локтями в столешницу. – Наш директор организовал собственную, преданную лишь ему структуру. И на словах они боролись с Темным Лордом…

– А на самом деле?

– На самом деле выполняли задачи своего хозяина.

Ого! А старушка обладает изрядной долей смелости, раз не боится говорить такие вещи. Во всяком случае, все те маги, что я узнал за это время, стараются про директора говорить более обтекаемо – даже если и недолюбливают его.

– Эта история имеет ко мне отношение?

– Твои родители и родители Невилла состояли в этой организации, - Августа пожевала губу. – Орден Феникса – так она называется.

– Бабушка! – в голосе Невилла звучала осторожность.

– Ничего страшного, - старушка бесстрашно махнула рукой. – Рано или поздно, Гарри, так или иначе, обо всем этом узнает. И пусть это буду я, а не кто-то иной.

– Много в этом Ордене было людей? – спросил я.

– Да, магов там хватало.

– И где они теперь?

– Большей частью погибли. Или стали очень несчастливы, - Августа внимательно посмотрела мне в глаза и туманно (для обычного подростка, а я намек прекрасно понял) добавила. – Пешки гибнут, а полководец живет.

Хм, похоже, кто-то затаил серьезную обиду на Дамблдора. И миссис Лонгботтом понять можно. Не на пустом месте возникло такое чувство.

– И что сейчас с этим Орденом Феникса?

– Вроде как распущен, но мне сдается, что в любой момент его могут возродить. Недаром у него такой символ.

– Бабуля, зачем нам все это знать? – спросил Невилл. – Это же дела взрослых.

– И вы когда-нибудь повзрослеете, мальчики. И в тот момент, когда вам предложат тот или иной выбор, я хочу, чтобы у вас перед глазами встали ваши родители. И то, чем эти игры для них закончились.