Несовместимые. Книга третья
Шрифт:
Я разочарованно вздохнула, когда поняла, что канала с мелодрамой нет, и моя надежда испарилась. А если я сама подключу интернет к телевизору и начну искать фильм, то это намеренный поиск и тогда мои действия будут считаться неправильными по отношению к моим словам, что я способна спокойно вынести присутствие Дэвиса.
Он играет со мной и наслаждается этим.
Внезапно Джейн заплакала, и мы с Эдвардом одновременно вскочили со своих мест. Ее палец застрял в узком отверстии игрушки, и мы с Эдвардом накрыли ее маленькую руку, чтобы помочь ей вытащить палец.
– Все хорошо, моя принцесса, – проговорила с волнением, целуя ее руку.
Только потом осознала, что касалась Эдварда, и моя рука начала гореть, словно находится в огне. Он сам, нахмурившись, поглаживал свою ладонь пальцами, которой накрыл мою руку, когда я накрыла руку Джейн, словно вспоминал давно забытое прикосновение.
Я посмотрела на часы и поняла, что пора купать Джейн. Я взяла ее на руки и поднялась с колен. Эдвард повторил то же самое.
– Я пойду ее купать, – зачем-то предупредила я спокойным голосом.
Он поднял руки перед собой и сделал шаг назад.
– Здесь я вмешиваться не стану.
Если бы Джейн была мальчиком, то он бы, конечно, постарался влезть своей принципиальностью доказать мне, что небезнадежен с детьми. Наоборот, Эдвард отлично поладил с Джейн, и она дружна с ним получше, чем со мной.
Через час мы с Эдвардом вместе убаюкивали ее в детской, качая кроватку, стоя по двум сторонам друг напротив друга. Я смотрела на Джейн и улыбалась, потому что была счастлива, что у нее есть такой замечательный дядя, который всегда будет с ней и точно не даст в обиду. Но в то же время я переживаю, потому что ее дядя занимается сомнительными делами, а ее отец – агент ФБР, и их занятость автоматически ставит Джейн в опасные ситуации.
Я взглянула на свое запястье, рассматривая часы, и поняла, что когда Джейн вырастет, то ее ждет такой же прицеп к отцу и дяде.
Возможно, я сильно драматизирую. Я вообще не должна думать о том, что ее ждут те же неизбежные жизненные ситуации, что есть у меня. Моя судьба не радужная, чтобы желать такую же малышке. Она для нее как мрачное пятно, которого нужно избегать. Я не хочу, чтобы она была похожа на меня и старалась помогать семье всеми способами. Пусть она лучше будет невинной трусишкой, а отец с дядей ее защитят.
Я думала, что постоянное желание помогать семье – это святое дело, и я обязательно буду вознаграждена за это. А на самом деле это стало моим концом и теперь я просто выживаю.
– Ты прекрасно справляешься, – тихо проговорила я, наблюдая за Джейн, которая уже сопела.
Я заговорила с Эдвардом, чтобы хотя бы как-то отогнать из головы грустные мысли. Я почувствовала, не глядя на него, когда Эдвард посмотрел на меня, потому что мое тело запылало.
– Наверно, мне нужно воспринимать это из твоих уст как комплимент. Или ругательства в мой адрес – это твой комплимент, а первое – просто наблюдательность?
Я слабо улыбнулась и, видимо, Эдвард этого добивался.
– Эльвира была права.
– В чем?
Я осознала, что только сказала, и подняла растерянный взгляд на Эдварда. Слишком много приятного я ему уже сказала, чтобы обрадовать еще и этим. Эльвира сама ему скажет о том, что он будет чудесным отцом.
– Ни в чем, – быстро бросила я и отпустила колыбель, делая шаг назад.
Эдвард повторил мои движения и стал направляться к выходу, пока я настраивала ночник, делая его свет более приглушенным, и проверила радио-няню, чтобы убедиться, что он включен. Только после этого я последовала за Эдвардом.
Мы застыли в коридоре перед дверью Джейн и оба понимали, что нужно решать, кто где спит.
– Я займу гостевую, – тут же сказал Эдвард, когда я открыла рот, смущенно осматривая двери.
Сама галантность.
– Хорошо, тогда я займу спальню родителей.
Я отошла от Эдварда на три шага и открыла дверь соседней спальни. Почти разочарованно простонала, когда вспомнила, что у них здесь ремонт и Эльвира с Деймоном сами спят в гостевой.
Эдвард сделал ко мне два шага и склонился, чтобы заглянуть в спальню.
– Точно, у них же здесь ремонт, – озвучил он мои мысли, и я перевела на него осуждающий взгляд.
– Ты помнил.
– Забыл.
Я закатила глаза и закрыла дверь.
– Ладно. Тогда ты спишь на диване в гостиной, а я, так уж и быть, займу гостевую спальню.
Я уже непринужденно зашагала к двери, как Эдвард заговорил, останавливая меня:
– Почему я должен спать на неудобном диване, который еще и не раскладывается.
Я развернулась к нему лицом на пятках и скрестила руки на груди.
– Я не буду спать с тобой на одной кровати.
На лице Эдварда появилась двусмысленная улыбка, а в глазах заплясали черти, заставляя янтарные радужки затемнеть. Даже не хочу догадываться, что сейчас в его голове, потому что сама невольно вспоминаю все наши совместные ночи и чувствую, как к щекам приливает кровь.
– Ты прекрасна, – хрипло подчеркивает он, зачарованно смотря на мое лицо.
Он заставляет меня погружаться в наше счастливое прошлое, а я этого совсем не хочу. Именно сейчас. Но, к моему разочарованию, я не в состоянии показать ему свое безразличное отношение к нашему прошлому. Снова убеждаю себя, что это иллюзия, и накрываю щеки холодными ладонями, остужая их и пряча смущенный взгляд. Я ненавижу его за то, что имеет над моими эмоциями такую власть.
Эдвард усмехнулся и снова приобрел привычное выражение лица:
– Там есть диван. Он хотя бы удобный и раскладывается.
Эдвард не дожидается моих слов и проходит мимо меня, чтобы зайти в спальню. Сейчас я мысленно ругаю Эльвиру с Деймоном, что они купили такой маленький дом, в котором мало комнат, хотя раньше он казался мне огромным. Но если я нахожусь где-то вместе с Эдвардом, то все сужается.
Эдвард разложил диван, а я достала постельное белье из шкафа и начала застилать простынь на четвереньках, залезая на диван. Когда я успешно это сделала, села, повернувшись лицом к Эдварду, который, оказывается, все это время смотрел на меня со слабой усмешкой на губах, скрестив руки на груди.
– На что ты уставился?
– Жду, когда ты заправишь мне мое ложе.
Я снова зашла за черту и, осознав это, вскочила с дивана, вставая на ноги. Бросила в Эдварда подушку, которую он удачно подхватил, улыбаясь шире.
– Дальше сам, – буркнула я и приблизилась к постели, откидывая с нее плед. – Я не твоя… – замолкла, когда поняла, что хотела сказать, а лицо Эдварда уже заинтересовано, и он ждет продолжения с наглой улыбкой. – Я тебе никто, чтобы заправлять тебе постель, – выпалила я, ударив по подушке ладонью.