Чтение онлайн

– А теперь мы оба все потеряли, потому что не поняли запутанные речи судьбы.

Осознав это, я разревелась, как девчонка. Впрочем, я и была испуганной юной девушкой. Мама обняла меня крепче, давая поплакать на ее плече.

– Я все испортила, – повторяла снова и снова, всхлипывая, а заодно отмечая, что из моих глаз текут настоящие, мокрые слезы. Возможно, мое бренное тело, лежащее на топчане под присмотром колдуна, тоже сейчас плачет?

Поймет ли Бренторес, что отправил меня не туда, начнет ли возвращать?

– Ты любишь его, девочка моя, – мама словно укачивала меня, гладя по голове, – это такое счастье, познать любовь.

– Но ведь уже поздно, мамочка, – подвывала я, – мы в загробном царстве, откуда мне не будет выхода, если Брентор меня не достанет.

– Боюсь, хитрец Бартоломью не сделает этого, малышка, – грустно заметила мама, – он понял, что ты не можешь уснуть, и отправил тебя в единственный мир, куда смог переместить, минуя стадию сна. Этот маг не терпит поражений. К тому же, ты ведь наверняка обещала ему щедрый гонорар?

– Да, - подтвердила я, снова хлюпая носом, – отдала все, что у меня было. А Маркеш пообещал внести остальную плату, если потребуется сохранять покой моего спящего тела дольше, чем планировалось.

– Ох, моя дорогая!

Мама вдруг еще крепче прижала меня к себе.

– У вас на земле вот-вот наступит Новогодье. Это магическая ночь, когда все совершается одномоментно. Если ты не проснешься в мире живых до того времени, тебя не станет уже когда звезды перейдут на новый годовой круг!

Почему-то он не мог поверить в искренность чувств Теммера. Или просто не захотел?

Если герцог и правда так любил принцессу Розмари, как он мог забыть об этом при первом же испытании?

Да, ее не ждут в родном королевстве и не поспешат навстречу, с троном и короной наперевес. Но разве это препятствие для любящего сердца?

Безарды – богатый дом, у самого Теммера высочайший статус королевского помощника. Неужто он не прокормит красавицу-жену?

Честно говоря, самому Маркешу статус невесты-изгнанницы был бы даже на руку.

Расширение владений – это прекрасно, но при этом к супруге в качестве приданого идет и ее семья с обычаями и нравами.

Розмари же сама по себе. Это ли не преимущество.

У нее нет богатств и покровителей. Брак с Розмари Лефентор не добавит величия и могущества.

Но ее глаза такие яркие а губы наверняка горячие.

Маркеш готов был отдать сто лет жизни, чтобы узнать их вкус.

Да-да, предложи ему колдун проспать век и пробудиться для любви с Розмари, он бы согласился.

От этой мысли стало стыдно. А как же его королевский долг? Он привел его в Терборию, под венец к Лестее. Безответственно думать о сладких объятиях недоступной девушки.

– Так где она? – настаивал герцог.

– У колдуна Бренторе, – ответил король после долгой паузы.

– Что? – лицо Теммера исказилось. – Я думал, вы оставите ее в ближайшей деревне или приведете с собой. Почему колдун, как?

– Это было желание принцессы, – сухо сказал Маркеш, – и счастливый случай, который привел Бренторе в эти же края.

– Счастливый случай? – Теммер чуть не задохнулся. – Но как она могла? Что будет со мной?

– Стоило подумать об этом, когда ты от нее отказался, – не удержался от напоминания король.

– Это было минутное сомнение, – принялся оправдываться Теммер, – но я не смог выбросить ее из головы. А мысли о нашем первом поцелуе, о ее сладких губках…

Маркеш против воли зарычал, даже сам это не сразу понял и не сумел вовремя остановиться.

– Что с вами, сир? – с подозрением посмотрел на него герцог.

– В брюхе от голода урчит, – бросил Маркеш, – хорошо, обедать скоро позовут.

– Горю желанием познакомиться с вашей невестой, сир! – оживился герцог. – Должно быть, царевна прекрасна?

– Скоро сам увидишь, – хмуро ответил король, – весьма разумная девица. Одно плохо – замуж совсем не хочет.

– Даже за вас? – ахнул Теммер. – Разве возможно такое? Я, грешным делом, ревновал к вам Розмари. Боялся, что догоню вас, а вы уже вместе… хоть на ночь. Хотя… может на ночь-то и было?

Он напряженно уставился на Маркеша.

Королю захотелось двинуть его промеж глаз, и желательно, каблуком сапога.

Он страстно желал Розмари, этого уже от себя не скрыть. Но не на одну ночь, а на всю жизнь, сколько бы ее не осталось. Делить с ней горячие ночи и самые разные дни, от светлых, до омраченных житейскими бурями. Рожать и воспитывать вместе детей. Состариться подле нее.

Но все это по какому-то нелепому капризу судьбы должно было достаться Теммеру, сумевшему поцеловать Розмари, пока он бился с разбойниками.

– Принцесса Розмари чиста как горный ручей, – пробурчал Маркеш.

К его облегчению, их наконец пригласили на обед.

С любопытством озираясь, по пути Теммер оценивал великолепие дворца Миарна, не переставая восторгаться.

Маркеш же в этом кичливом богатстве видел уродливое несоответствие. Терборийцы живут скромно, а их царь жирует. Прямая дорога к бунту.

В огромной зале, где проходила церемония обеда, а иначе не скажешь, был накрыт роскошный стол. Маркеш мог бы сказать: ломился от яств. Но нет, иханийский мрамор, из единого куска которого высечена столешница, не сломается, даже если на него водрузить слона в обнимку с китом.

Во главе сидел, конечно же, царь Миарн. По правую руку место было свободно, приготовлено для дорогого гостя, Маркеша. Напротив него расположилась недовольная Лестея, чьи брови составили рисунок молнии.

Для герцога Теммера накрыли подальше от венценосных особ, но тоже с почтением.

Неутомимые подавальщики бегали от одного конца стола к другому, наполняя тарелки господ.

– Представляю вам своего друга и соратника, герцога Теммера Безарда, – сказал Маркеш, садясь напротив Лестеи.