Чтение онлайн

Но ведь она тоже не виновата, что родилась на ферме. И вроде никто тут ее не упрекает. Разве что когда выходишь за границы лагеря, ловишь на себе разные взгляды.

Элсана судорожно сглотнула комок обиды на несправедливость богов и поспешно проверила личный блок. Ещё не хватало, чтобы тут появилась магистр Нэстэ, привлеченная повторным вниманием не в меру раздраженного Лео. Вот уж кто не собирался церемониться с бывшими рабами, так магистр триады контакторов! Ильсани сказала, что она сама была рождена в рабстве. Только в обычном, не связанном рабстве. И совершенно этого не стесняется. Чужаки, если попросить, не отказываются рассказать ее историю. Конечно! Чего ей стесняться? Даже то, что они готовы рассказывать, заставляет качать головой. А ведь понятно, что самые жуткие вещи замалчиваются.

– Привет, Элсана, Ильсани на месте?
– Раздался за спиной жизнерадостный голос.

Вздохнув, Элсана обернулась. Уловка не удалась. И пришлось отвечать на веселую улыбку всегда приветливой девушки. Хорошо хоть, что она глухая, и никого кроме Луэлу не слышит. А мальчишка хоть и маленький, но не все ей передаёт. С партнёрами мунны этот номер не проходит. Их связь настолько мощная, что позволяет девушкам воспринимать отголоски чужих эмоций без переводчиков. Тем более, что дети богов вообще не понимают проблемы Элсаны. Все взрослые должны уметь закрываться. А если не умеешь, твои проблемы.

– Добрый день, Санира.
– Торопливо вернула она улыбку.
– Ильсани вас уже ждёт.

– Лулу должен уже присоединиться к мальчишкам.
– Заметила та осматриваясь.

– Н-ну-у..., он здесь проскочил.
– Замялась Элсана. На различие в произношении имени мальчишки уже не обращали внимания.

– Что, опять?
– Обреченно поинтересовалась Санира.

Грохот и возмущенные крики за пологом учебной хижины был ей ответом. По-видимому, Луэлу успел исполнить очередную шалость.

– Санира, ну сколько можно!
– Вылетела на белый свет Ильсиана.
– Когда ты призовешь к порядку свое хвостатое чудо?

Девушка спокойно пожала плечами, показывая, что претензии не принимаются. Методы куэрхов для наказания малолетних детёнышей она считала слишком жесткими.

Луэлу много времени провёл среди пришельцев. В том числе и наблюдал тренировки кашьяти и змеелюдов и даже учился у них. Их искусство скрытого сближения с противником была усвоена пареньком в совершенстве и отрабатывалась при каждом удобном случае. В военном лагере чужаков, где он жил, найти себе жертву было трудно. Опытные воины всегда были начеку и легко уходили от его атак. Зато дети и подростки соплеменников оказались великолепными жертвами.

Незаметно подкрасться, желательно сверху, и прыгнуть на плечи или голову своей жертвы, напугать её до полусмерти. А потом главное унести ноги до лагеря пришлых. Оттуда его никогда не выдавали. Правда, если всё-таки он попадался, то и не и вмешивались в воспитательный процесс куэрхов. Так что стимул чтобы не попасться у мальчишки тоже был очень сильным. Равно как и у жертв перехватить виновного до заветной границы лагеря.

– Кто на этот раз?
– С любопытством поинтересовалась Санира.

– Лассиан. Он ему все волосы растрепал и едва ухо не оторвал.

– Пусть будет внимательнее. А то расслабляется в помещении.
– Весело отмахнулась киэнхэ хулигана.
– Он же должен его слышать.

– Какое там!
– Снова возмутилась наставница.
– Луэлу как понял, что его вычисляют по неслышному языку, так быстро научился закрываться. Да так, что даже старейшины не всегда улавливают его приближение.

– Вот видишь, отличная игра, приносящая хороший результат.
– Лулу, кстати, слышит, кто из ребят наиболее расслаблен и нападет именно на него. Надо же ему учиться, на ком-нибудь воспринимать эмоции. На мне то бесполезно.

– На вас, пришлых, вообще все бесполезно.
– Вздохнула женщина.
– Вы всегда и в любом настроении собраны, уверены в себе и контролируете окружение. Угадать когда вы не ждете нападения невозможно. А если угадаешь, то и того хуже.

– Не преувеличивай.
– Рассмеялась Санира.
– Лулу все-таки регулярно достаёт змеелюдов. Да и кашьяти достается. Ребята реагируют на рефлексах, не без этого.

– Вот всегда так.
– Пожаловалась Элсане женщина, когда Санира направилась по своим делам.
– А ведь она, как и любая из триады, может просто запретить Луэлу хулиганить. Их он слушается, в отличие от старейшин. Но никто этого не делает и даже оправдывают его поступки. Совсем мальчишку разбаловали.

– По крайней мере, он теперь из военного лагеря носа не покажет.
– Заметила Элсана.

– Ага, в ближайшие полчаса.
– Хохотнула женщина.
– Потом пойдёт искать новую жертву.

Ещё бы он мешал ей. Про себя ухмыльнулась Элсана. Мальчишка умный, подвижный. Со своей киэнхэ вообще не расстается и ловит каждое ее слово. В лагере своих хвостоходящих друзей не безобразничает. Правда, такие выходки там не считали за проступок. Даже наоборот. Воин, попавшийся на очередную уловку мальчишки, становится объектом насмешек соратников и обязательно плелся на внеочередную тренировку. А ещё, как заметила Элсана, Лулу никогда не пытался шутить с триадой. Мунны легко могли объяснить любому, какую дистанцию лучше держать с их партнерами.

В общем, когда надоели вечные жалобы соплеменников Лулу, его киэнхэ Санира воспользовалась одной из особенностей воспитания местных жителей, и выразила своё отношение к играм своего подопечного одной фразой: 'Вам надо, вот вы ловите и перевоспитывайте. А мне он не мешает'.

Элсана тяжело вздохнула. Жизнь свободных куэрхов оказалась не так проста, как можно было подумать. Каждый день приходилось принимать какие-то решения. Здесь, в приемном лагере отношение к ней было как к ребёнку. Хотя нет, скорее уж как к совсем несмышленышу. Она признавала, что отчасти этому были основания. Таким как она наставницы вынуждены были разъяснять вещи, что были очевидны даже для едва вставших на хвост детей. Тот же Луэлу точно знал, когда лучше не шалить и вести себя как подобает.

С последним у бывших рабов вообще было туго. Въевшиеся с рождения привычки вызывали у соплеменников даже не удивление, а скорее жалость. И голова склонена не правильно. И не так самка должна стоять перед заговорившим с ней посторонним самцом. И заговаривать можно первой даже с пришлыми.

Элсана сама себе признавалась, что завидует местным детям. Да что там местным? Лассиан и Кариан провёли под связью несколько лет. Но легко вспомнили все, что усваивали с пеленок. С их освобождения прошло всего несколько дней. А Кариан уже вовсю общался с местной ребятней, занимавшейся на небольшой площадке, оборудованной рядом с тренировочной полосой воинов. Его самого туда пока пускали только на разминку. Но пример Лассиана, яростно воюющего с очередным мешком с песком, его очень вдохновлял.

Краэс, один из военных командиров куэрхов, специально перенес свою хижину к границе приемного лагеря, чтобы его вернувшийся сын мог проводить время и в лагере, где обучался у наставниц и тренироваться снаружи, рядом с тренирующимися воинами. Да и его супруге так было удобнее выполнять обязанности временной начальницы их обособленного мирка.

Вот уж точно кому Элсана не завидовала, так это Ильсиане. Жить на ферме не под связью! Видела она таких. Уж лучше умереть.

Две её близняшки еще не начинали вставать на хвост. Все время, пока мать была занята, проводили на дереве, среди сверстников и, в отличии от них, к чужим вообще не приближались. Ильсиане все время приходилось за ними следить.