Чтение онлайн

– Ну, что встали?
– миролюбиво осведомился арестованный, выплевывая щепки.
– Кончайте свою работу. Не трону.

Пока возились со второй колодой, он успел рассказать, что в самый разгар допроса все вдруг засуетились, забегали и запричитали. Оказывается, в тюрьму нагрянул начальник тайной стражи, он же мэр столицы, он же на данный момент местоблюститель престола, прибывший в Сю с проверкой. Все, кто был в допросной вытянулись в струнку, а облом, конвоировавший Энке, попробовал поставить того на колени.

Во, дурак-то! Хотя, может у них тут так положено. Исполнял человек порядок, а обидчивый джинн возьми и сломай ему руку. Мэр-блюститель как раз входил в допросную.

За мирной беседой Энке успели навешать колодок на все конечности и занялись Лексом.

– Жрать хочется. И пить, тоже, - пожаловался джинн напоследок.
– Ты, если что, зови.

В коридоре церемонии кончились. От сильного пинка пониже спины Лекс впечатался в стену, по которой и сполз на пол. Поднимали его тоже пинками, но при полном молчании. Не со зла, надо полагать, ничего он им не сделал, чтобы так вот. С перепугу. За дверью камеры осталось нечто непонятное, которое может мало что переломать кости - не хуже бойцовой собаки перекусить палку, а не исключено и дверь вынести. Так что на Лексе просто вымещали страх.

Из носа потекло. Глаз быстро заплывал. А надо бы запомнить дорогу. Чем дальше, тем меньше оставалось надежды, выбраться отсюда добром. Похоже, они с Энке нежданно-негаданно вляпались в заговор. Знать бы, где упасть...

По длинному темному коридору и двум лестницам Лекса буквально прокатили. Когда конвой остановился перед массивной дверью, от аккуратненького секретарского костюма остались ремки, от физиономии - перекошенная синяя оладья.

В допросной Лекс насчитал семерых. Шестеро стражников вытянулись вдоль стены. В центре на стуле восседал царедворец из тех, которые вместо расшитого золотом камзола носят черный колет, а вместо генеральской мантии - простую серую шинель. Этот как раз был в черном колете без знаков различия. Масластые кулаки, сложенные на коленях, навевали сомнения в аристократическом происхождении их хозяина. Цепкий взгляд ощупывал почти ощутимо, будто холодными пальцами.

– Он у вас, что, с лестницы упал?
– ровно, но так, что стража вытянулась уже до полной невозможности, спросил царедворец.

– Он... это... сопротивление. Ага, а потом - с лестницы, - пролепетал конвойный.

– И так три раза, - подытожил глава тайной полиции.

– Там второй, который руку Громиле... он перекусил...
– попытался обрисовать ситуацию другой конвоир.

– Что перекусил? Цепь от колоды?!
– начало терять терпение высокое начальство.

– Древко. Вот...
– продемонстрировал стражник обломок копья.

– Прям крокодил.
– Мэр-блюститель внимательно осмотрел древко и отложил в сторону.
– А ты, значит, секретарь. Писарь. Откуда? Где тебя наняли?

– В Риме, - прошамкал разбитыми губами Лекс.

– И из Рима, вы прямо сюда направились?

– Да.

– По какой дороге?

Оп - па! Лекс мучительно пытался вспомнить название хотя бы одного тракта. На ум ничего не приходило кроме Аппиевой дороги. Она имелась практически во всех секторах. О чем он и сообщил.

Квадратное лицо с глубокими вертикальными морщинами на мгновение сделалось почти каменным. Почти, потому, что задергалось веко. Мэр-блюститель начал медленно подниматься со своего стула, разлепив, наконец, кулаки.

И тут Лекс чуть не всхлипнул от радости. Он вспомнил, как этот самый кулак опустился на стол, смахнув пару тарелок. Они тогда сидели в трапезной. Гуго рассказывал о последних событиях в столице, а хозяин дома возмущался полной неразберихой при дворе. Гуго, сам того не замечая, косил на Тейт. Она просто с него глаз не сводила. И все было прекрасно...

– Катан.

– Что ты там шепчешь?

– Катан, это я - Манус Аспер Лекс.

А ведь мог и не узнать. Мало ли чужеземцев за последние пять лет прошли перед глазами начальника тайной стражи. Кто прошел, а кто и прополз на брюхе, потому как ноги ему уже повыдергали. Но узнал, даже кровь отлила от щек. Резче обозначились складки.

– Выйти всем!

– Но господин Катан, он же...

– Вон!!!

– Так для чего вам нужны единороги?

На террасе они сидели уже втроем. И происходило все это не в гостинице, а во дворце, который по праву престола блюстителя занимал Катан. Вино, жареное мясо, виноград, сыр. Разомлевший Энке чесал живот, ни мало не смущаясь присутствием царедворца. Тот и сам сбросил каменную маску, превратившись в умного, усталого, но еще ого-го! юношу в годах, остепенится которому не дает азарт.

– Да пустяк, - кое-как отозвался Лекс.

Синяки и отеки не давали праздновать освобождение в полную силу. Он даже вино пил не из чаши, а из кувшинчика, вливая в неповрежденный угол рта.
– Вон ему нужен один - один!
– глоток молока самки единорога.

– А мешок золота ему не нужен?

– Да на кой оно сдалось?
– удивился Энке.

– Да, действительно. Но ты, Лекс, должен понимать, что это почти невозможно. Да почему почти. Это невозможно. Здоровых животных увез на родину Долмаций Ломквист. Одна самка была ранена, ну ты помнишь. Так она вообще пропала. Какая-то безумная бродяжка зашла в селение горцев и увела беременную кобылу.

– Вот это действительно невозможно!
– Лекс даже о боли забыл.

– Я носом землю рыл. Прорыл всю от столицы до дверей сарая, в котором жили единороги. Поверь, работал не за страх. И ничего. Ни животного, ни женщины. Единственная зацепка...

– Да говори, какие уж сейчас секреты. Или ты, может, мне не доверяешь?

– Тебе, Лекс, доверяю. А твой товарищ человек мне вовсе неизвестный.

– Он вообще-то не человек. Он джинн. Демон. Только калечный. Убогий, в общем. И он мой брат.

– Гуго пять лет искал следы той девушки. Я тебе в общих чертах рассказал, что у нас тут творилось. В подробностях, извини, не могу. Не моя тайна. Так вот, совсем недавно появился следочек, намек. Король вроде успокоился уже, а тут сорвался, меня оставил на хозяйстве, а сам помчался удостовериться... что не след это, а очередная пустышка. Но для тебя тут важно другое. В донесении как раз упоминалось животное очень похожее на самку единорога.

Энке подскочил, будто под ним распрямилась мощная пружина, и закружил по террасе, отбивая босыми пятками ритм дикарского танца.

5

За пять лет он сюда наезжал раза два, да и то не до самой границы. Замок матери Тамарис стоял на реке, чтобы до него добраться, сначала следовало преодолеть мелкие притоки. Чаще всего вброд. На одной речке с берега на берег сновал паром. Помнится, в прошлый раз перетяга оказалась неисправной. Так и не доехали. Другие дела отвлекли. Не до инспекций в отдаленных уголках тогда было.

За время, пока прошли половину королевства, от отряда остались трое. Кто вернулся в столицу с экстренными поручениями, кого отрядили, присматривать за выполнением высочайших распоряжений. Один так и вовсе заболел. Кавалькада не всегда даже сворачивала на ночь в селения или замки, коих тут вообще-то было мало.