Чтение онлайн

– По всей видимости, у вас не самые плохие познания в медицине, – прервал его Шепелев. – Я вот только одного не могу понять: какого черта вы мешаете следствию? Обвиняемые...

И тут уже Януарий Николаевич был перебит на полуслове. Алиса с трудом приподнялась на диване, невзирая на то что Владимир пытался удержать ее в горизонтальном положении, и воскликнула:

– Это кто обвиняемый, господин Ян? Это я обвиняемая? Наверно, потому, что считаете меня причастной к убийству Маркова, вы оставили меня валяться здесь с проломленной головой, да еще вкололи лошадиную дозу снотворного? Хотя отлично знаете, что я здесь именно для того, чтобы убить Маркова... но не успела выполнить нашей с вами договоренности, потому что кто-то меня опередил... И не исключено, что это были вы!!

Свиридов остолбенел. «Я здесь именно для того, чтобы убить Маркова!..» «Наша с вами договоренность!» О господи!

Так, значит, Алиса была связана с этими малосимпатичными субъектами?

– То есть вы предполагаете, что я промышляю кидняком, Алиса Владимировна? – вкрадчиво прошипел Януарий Николаевич.

– Почему... предполагаю? Я в этом просто уверена. Иначе вы не стали бы так поступать со мной.

Майор ФСБ резко выдохнул:

– Ну что ж, Алиса Владимировна, вероятно, вы правы. Вероятно, мы оба заблуждались, начиная наше сотрудничество. Впрочем, эти заблуждения легко устранить.

Он махнул рукой, и Алису грубо сорвали с дивана...

– Полегче с ней, она еще очень слаба после ваших инъекций! – не выдержал Свиридов.

В ответ он получил такой удар по голове, что едва устоял на ногах, а в глазах заходили черные и белые полосы.

– Разбудите и этого, – сказал Шепелев, кивнув на отца Велимира. – Стоило ему колоть снотворное, чтобы теперь будить, – проворчал Маркелов.

– Кто же знал, что все так произойдет, – отозвался Шепелев и свирепо взглянул на Свиридова.

Владимир понял, что его сработанное под «случайного лоха» лепетание не прокатило.

Фокина будили долго. Не меньше пяти минут. Сначала трясли за плечо и колотили по щекам, но от толчков и раскачиваний массивная туша лишь слабо колыхалась, а удары по щекам гасились хоть и не особо внушительной и окладистой, но тем не менее какой-никакой бородой. Потом его начали попросту пинать ногами, а затем охаживать прикладом автомата Калашникова.

Наконец Афанасий Сергеевич подал признаки жизни.

Он сдавленно замычал, а потом на багровой физиономии, расцвеченной несколькими мелкими и одной – на лбу – очень даже внушительной ссадиной, проклюнулся мутный невидящий глаз.

Вслед за ним – через гроссмейстерскую паузу – и другой.

– Очнулся, скотина, – произнес Маркелов, который тоже внес свою лепту в пробуждение добра молодца. – И кто бы мог подумать, что вот такая гляделка способна высмотреть башку человека с полутора километров, а потом шлеп – и в «десятку»?

Фокина подняли и вновь несколько раз хлестнули по щекам. Алиса отстранила не ожидавшего от нее такой прыти конвоира и, шагнув к Афанасию, коротко размахнулась и влепила ему такую затрещину, что тот устоял на ногах только благодаря тому, что попятился и наткнулся спиной на стену.

– Тяжелая у вас рука, Алиса Владимировна, – насмешливо произнес Шепелев. – Не позавидую я вашему будущему мужу... если он, конечно, у вас будет.

Свиридов не выдержал.

– А он у нее есть, господин юморист, – холодно проговорил он. – И, между прочим, пока ни на что не жалуется.

Януарий Николаевич нахмурился.

– То есть как это – есть? Это что – шутка? И кто же этот счастливчик?

– Я.

Майор ФСБ пристально посмотрел на Свиридова и вдруг рассмеялся.

– Да, в самом деле – повезло, – наконец прервал он свой оскорбительный смех. – Повезло... как утопленнику.

– Какому утопленнику? – переспросил Свиридов, проклиная свой дурной язык, но не находя в себе сил остановиться – так его бесил этот самоуверенный, властный, наглый человек. – Уж не господина ли Маркова вы разумеете под «утопленником»? Хотя нет – его сложно назвать утопленником... скорее уж жертвой синдрома Икара.

В тот момент, когда Владимир произносил эту тираду, их уже вывели из комнаты и теперь вели коридором. На фразе: «Уж не господина ли Маркова вы разумеете под „утопленником“?» – Шепелев вдруг вздрогнул и произнес:

– Что-то ты больно разговорчивый... Уж не ты ли убил Маркова, а потом разыграл всю эту пантомиму со спасением своей якобы жены?

– Вам в кино надо работать, товарищ майор, – сочувственно произнес Свиридов. – Сценаристом. «Оскара» или «Пальмовую ветвь» бы получили. Или хотя бы «Нику». А то смотрите – загубите талант.

Идущий за ним Фокин, как он себя ни мерзко чувствовал, все же засмеялся. А Владимир получил такой удар прикладом прямо по черепу, что не устоял на ногах. Тяжело упав на колени и схватившись обеими руками за голову, он почувствовал, как пальцы увлажняются горячей вязкой жидкостью.

Проломили-таки башку...

– Надо сказать, что методы ведения душеспасительных бесед у вас в лучших традициях гестапо, – проговорил он сквозь зубы. – Как говорится в таких случаях: а вас, Штирлиц, я попрошу остаться.

– Хватит на сегодня, – перебил его Шепелев. – Так, этого в машину, а этих двоих – в бункер. В предпоследнюю дверь.

– Значит, в лабиринт? – уточнил подчиненный.

– В лабиринт.

– Вы нас убьете? – отрывисто спросила Алиса.

– А как бы вы хотели? Я думаю, если бы мы и оставили вам жизнь, через пару дней вы предпочли бы, чтобы мы вас убили. Просто вы еще не видели, что это такое.

– Что – это? – пробормотала Алиса.

Ей ответил Свиридов:

– Тебе же сказали: лабиринт.

Глава 8
Метод колобка

...Глухо лязгнула массивная железная дверь, прокатился мерзкий смешок, и Владимира с Алисой подтолкнули к лестнице, по которой они уже спускались несколько часов назад.

– Кажется, влипли, – пробормотал Свиридов, оглянувшись на непроницаемые лица и автоматы двух конвоиров, идущих за ними. – Н-да... кажется, сейчас нас будут убивать... а потом зашвырнут куда-нибудь в конец галереи, что за этими дверями в бункере, и усе. Мусора, если и приедут в дом Маркова – а они приедут, куда они денутся, – никогда не найдут нас. М-м-м... Интересно, это в самом деле стратегический объект?

– По-видимому, да. Причем не исключено, что здесь и сейчас хранятся запасы радиоактивных изотопов, по словам Шепелева, – проговорила Алиса.

Свиридов серьезно посмотрел на нее.

– По-моему, я очень многого о тебе не знаю.

– Вот это совершенно справедливо, – сказала она. – Возможно, что и не узнаешь.

– Хватит пи...ть, – внушительным басом проговорил один из конвоиров и подтолкнул Свиридова дулом автомата в спину так, что он едва удержался от того, чтобы не свалиться с крутой лестницы и не сломать себе шею. – Еще успеешь наговориться.