Чтение онлайн

Гора была тщательно обшарена, и гипотеза подтвердилась: в одном из овражков, исполосовавших склоны, был найден футляр от скрипки, а в нем – редкий образчик стрелкового оружия, состоящего на вооружении у элитных частей российского спецназа: снайперская винтовка «В-94» калибра 12,7 мм с инфракрасным прицелом.

Увидев этот агрегат больше чем полутораметровой длины, один из экспертов-криминалистов схватился за голову и сказал, что работал специалист, с большой степенью вероятности имеющий выходы на российские спецслужбы.

– Неудивительно, что голову этого несчастного Сафонова собирали буквально по кусочкам, – проговорил он. – Еще бы... засадить в него бронебойную пулю, хотя и с расстояния в полтора километра и среди ночи... Н-да-а-а, есть, как говорится, снайперы в русских селеньях! И джип на ходу остановит, и в череп легко попадет! Н-да-а-а...

...Базиль мрачно покачал головой: его дальнейшие жизненные перспективы представлялись ему довольно-таки туманными. Не только потому, что Китобой, кажется, взбучился довольно серьезно (из-за такой ерунды, господи!), но и из-за этого самого Робина, чтоб его... Ну кто знает, что взбредет в голову этому так называемому суперкиллеру, мать его!

Вася вспомнил, как совсем недавно Марков, будучи изрядно подшофе, разглагольствовал о покойном Солонике, которого многие титуловали российским киллером номер один:

– Ну какой он, на хер, номер один! Какой-то курганский мент, который возомнил себя крутым, взял ствол и ну палить во всех подряд! Конечно, курганские были людьми очень серьезными, кто спорит, но где сейчас эти серьезные люди? В основном там же, где и их суперкиллер, – то есть в гробу! Да и откуда ему быть суперкиллером? Откуда он знает секреты по-настоящему серьезных ведомств, где обучали спецов экстра-класса?

– Это каких еще ведомств? – спросил тогда Базилио.

Марков посмотрел на него, как врач психиатрической клиники смотрит на страдающего синдромом Дауна пациента, и ответил:

– А ты будто не знаешь. ГРУ, КГБ. Сейчас ФСБ. Спецназ федеральной безопасности. Вот где потенциальные суперкиллеры. А не рядовые мусора, которые только и знают, с какой стороны заряжать и каким пальцем нажимать на курок. – Китобой потер аккуратно подстриженные виски и добавил: – Самые классные и профессиональные киллеры никому не известны. Как говорится, такие люди, как молнии – о них узнаешь, когда они поражают.

...Базилио вспомнил эти слова Китобоя и подумал, что тот не мог сказать их просто так. Не мог... У него должны быть основания, чтобы так говорить. И этими основаниями может быть принадлежность этого самого Робина к названным Марковым спецслужбам.

Базиль поежился и опрокинул в себя отвратительное кактусовое пойло.

Алкоголь уже растекся по телу, словно выжимая из сосудов и мышц одеревенелую скованность и сообщая мыслям приятную сумбурную легкость. Базиль повеселел и поднял голову. Нет, не так уж все и плохо. Зачем этому Робину убивать его? Да что он такого сделал?

И этот пьяный святоша... не похож он на человека, за обиду которого таинственный козырь Маркова поставит ему, Коту Базилио, алый росчерк пулей между глаз.

– Что-нибудь еще желаете? – вдруг прозвучал над его головой мелодичный женский голос.

Базилио оторвал взгляд от пустого бокала и вскинул прищуренные подслеповатые глаза на ту, что произнесла эти сакраментальные слова.

Это была девушка лет двадцати трех, скорее среднего роста, чем высокая, с несколько неправильными чертами лица и большими, широко расставленными голубовато-зелеными, цвета морской волны, глазами. Она была одета, как официантка ночного клуба «Морской конек», но Базилио мог побиться об заклад, что еще вчера она тут не работала.

– Да... желаю, – проговорил он.

Чего именно – или кого именно – он тут же пожелал, говорить не стал, а для начала заказал бутылку шампанского и заявил, что не прочь распить ее вместе с очаровательной служительницей ресторана. За знакомство, так сказать.

– Ну что вы, – проговорила девушка с такой волнующей, упруго вибрирующей ноткой кокетства в голосе, что темпераментного Базиля едва не подбросило на стуле, – я же на работе. Причем первый день. С какой же стороны я себя зарекомендую? Насколько мне известно, консумация в этом клубе не практикуется.

– Что, простите? – ухмыльнулся Базилио.

– Консумация. Так в цивилизованном обществе называют раскрутку клиента на максимальную сумму... Подсаживается к нему девушка из шоу или официантка и говорит: «Драгоценный, а что, если нам выпить за любовь какого-нибудь вина, да подороже?» Ну и так далее.

– Вот это «так далее» нравится мне больше всего, – отозвался Базиль. – Да вы не бойтесь, присаживайтесь. Директор этого заведения – мой хороший знакомый. Только на одну минуту, прошу вас!

Он не стал говорить, что этот хороший знакомый просто задолжал Китобою крупную сумму денег, но Валерий Леонидович, как человек, уже вставший на рельсы цивилизованного бизнеса, не стал сдирать с бедняги три шкуры, а просто открыл в заведении неограниченный кредит своим людям.

Базиль вынул мобилу и, набрав нужный номер, проговорил:

– Кирилыч? Да, это Базилио. – Он краем глаза взглянул на несколько скептически улыбающуюся девушку и продолжил:– Должен тебе сказать, что ты проявляешь удивительный вкус в отборе персонала.

– Ты это о ком? Случайно не об этой рыженькой лисе, которая уже надинамила половину моих охранников, а одного, который начал было действовать по принципу «мымра, в койку!», так и вовсе спустила с лестницы.

– Да, похоже, что именно она. А почему «лиса»? – усмехнулся Базиль, не в силах оторвать плотоядного взгляда от высокой груди официантки.

– Потому что зовут Алиса. Будь с ней осторожен, девочка горячая, жжется. Еще не успели перевоспитать. Конечно, если это та самая. В-в-в... ну конечно, она!

– А что это ты так уверенно? – Потому что я стою за твоей спиной!

Базиль обернулся и в трех шагах от себя увидел смеющееся толстое лицо хозяина «Морского конька» с ослепительной металлокерамической улыбкой.

– Что, собрался абонировать ее на вечер? – все так же смеясь, спросил Олег Кириллович. – Ну что ж, желаю успеха. На сегодня, Алиса, вы прикрепляетесь к нашему дорогому гостю Коту Баз... то есть Сергею Ивановичу.

– Прикрепляетесь? – ничуть не смутившись, но и не проявив никакого особенного восторга, спросила девушка. – Это как?