Чтение онлайн

– Как? – едва слышно прошептала я, с силой сжимая подоконник.

– Ты тогда была совсем крохой. Тебе было всего пару месяцев. Вы гуляли по парку на территории дворца, наслаждаясь погодой и времяпровождением вместе, - видя мое озадаченное лицо, он добавил. – Да, я изредка наблюдал за вами из окна своих покоев. Неожиданно на горизонте появился огромный сгусток энергии. Находясь выше них, я успел его заметить первым и попытался предупредить. Но моя сила почему-то была заблокирована, окно я открыть смог, крылья, вопреки законам логики, не открылись. Пытался докричаться до них, но неожиданно поднялся жуткий ветер, и они меня попросту не услышали. Тогда я побежал на улицу в надежде, что успею предотвратить этот кошмар. Но уже понимал, что это было неизбежно. Когда я наконец добрался до того места, где видел вас последний раз, было уже поздно, - его голос сорвался, он схватил меня за руку и сжал ее. В голосе стояли невысказанные эмоции, а по щекам уже текли слезы. – Ценой своих жизней они спасли тебя. Элизабет прижимала тебя к груди и закрывала собой, а Тогруур сделал из своих крыльев кокон. Основной удар стихии он принял на себя, его развеяло в прах в первые секунды, твоей матери не повезло не меньше. Ее тело очень сильно обгорело из-за несовместимости стихий, но, когда я нашел вас, она еще была жива. Ее дыхание прерывисто вырывалось из груди… - каждое слово отдавалось Альпину особой болью. – Каждый вдох давался мучительно тяжело, но она знала, что я приду, поэтому терпела адскую боль и пыталась удержать свое сознание, находящееся на грани безумия. Я водил пальцами по ее обгоревшим щекам, взывал к ней, просил не покидать меня. Слезы капали на ее руки, которые бережно прижимали малышку к себе. Тебя, Виктория. И я на всю жизнь запомнил ее последние слова. Она сказала: «Убереги малышку до восемнадцати лет. Только тогда она сможет развернуть свои крылья и обречь недостойных на вечные муки». Тогда я не понимал, что она говорит, думал, что она бредит, но все равно решил последовать ее словам. Последняя воля крылата, особенно, такого уважаемого, как твоя мать, должна исполняться беспрекословно.

Когда Элизабет наконец испустила свой последний вздох, я не смог сдержать крика. Я просто поднял голову в небо и кричал. А вместе со мной кричала и ты. Ты не понимала, где твои родители, почему мама больше не прижимает тебя к груди и почему я так громко кричу, - несмотря на переживаемые эмоции боли, на этих словах Альпин улыбнулся. – Но даже тогда ты показывала недюжинную силу духа, потому что успокоилась гораздо раньше меня. Но наконец мой взор уловил вдали черную точку. Гаденыш висел в вышине и скалился. Это был тот самый крылат, который обрушил силу, мало того, что на королевских друзей и помощников. Он обрушил ее на королевский дворец, а вот это я уже не мог оставить без внимания, как мне ни хотелось. Я догадывался, что это Блэйк, но мне нужно было убедиться. На тот момент я готов был разорвать его на мелкие кусочки, не заботясь о последствиях. Тогда же ко мне подбежал Марк, он увидел издалека разрушения, ему же я и поручил проследить за этим загадочным крылатом и проверить собственную догадку. Да, Вики, незадолго до гибели твоих родителей ко мне еще присоединились трое крылатов, с которыми ты уже непосредственно знакома. На них я мог положиться, когда не хотел, чтобы мою личность рассекретили. И когда Марк скрылся в небесной глубине, я наконец смог взять себя в руки и прижал тебя к себе. Родитель из меня был совершенно никакой, но я честно пытался. И как только я поднял твое маленькое тельце на руки, Элизабет рассыпалась прахом, также, как и Тогруур.

Марка не было довольно долго. За это время я успел отнести тебя в вашу комнату, поменять пеленки и позвать на помощь Анастасию. Сделав дело, женщина покинула меня, оставляя в тягостном одиночестве. Время тянулось неумолимо долго, словно кто-то его остановил, издеваясь надо мной. Трупов, как я уже сказал, не осталось, прах развеял ветер. Мне даже нечего было переправить в Неваду, чтобы община хотя бы смогла почтить их память и предать останки земле. И пока я нервно мерил комнату, в порыве гнева разбив зеркало (к слову, служанки быстро все убрали, но именно по этой причине зеркала тогда и не было), ты лежала, закутанная в пеленки, и с интересом рассматривала меня. Да, Вики, я помню тот день в мельчайших подробностях, словно он отпечатался на сетчатке моих глаз. Наконец в комнату ворвался Марк, одежда на нем висела просто клочьями, но сам он был цел и почти невредим. Лишь пара царапин «украшала» его лицо и спину. Но я был рад видеть его даже в таком состоянии. Я больше не мог позволить себе потерять близкого друга! А все крылаты, которые были у меня на службе, - в первую очередь, мои друзья.

– Как ты?
– задать этот вопрос для меня было очень важно.

– Главное, жив, - печально улыбнулся Марк, оглядывая комнату, где он меня нашел. — Это был Блэйк, но что он здесь делал? Почему он напал на нас? И вообще, где Элизабет и Тогруур? Почему малышка осталась одна?

Я тяжело осел на пол и схватился за голову. Пережитые эмоции наконец взяли верх над разумом, и я сломался. Из глаз потекли слезы. Марк просто сел рядом, не произнося ни слова. И мы просто сидели в тишине. Ты лежала в кроватке, не издавая ни звука. Поразительно тихий ребенок для своего возраста. И когда наконец я смог взять себя в руки, все ему рассказал... Рассказал все то же самое, что только что повествовал тебе. У Марка попросту не было слов. Он знал историю Знания также, как знал ее я. Все-таки мы с ним старые друзья, еще с того времени, когда были живы мои родители.

– Думаешь, он что-то понял?
– после долгого молчания произнес Марк. Я лишь пожал плечами.

– Не знаю, у меня просто нет иных предположений, зачем Блэйку нужно было прилетать прямо из своего замка в Мавелл, да еще и использовать силу. Мало он разрушил весь сад, который столько лет пытались восстановить многие правители Наравы. Он убил лучших моих бойцов, а этого я ему простить не могу. Значит, это действительно из-за связано со Знанием. Он что-то выяснил и решил действовать.

– Но что он мог узнать? Неужели Элизабет была Хранительницей?

Я заскрежетал зубами.

– Да, была, но теперь, убив Хранительницу, он сам стал таковым. Так что, теперь главная религия нашего народа находится в руках изгнанника, ставшего людским королем.

– И что теперь делать?

– Если я правильно понял последние слова Элизабет, в этом деле нам может помочь только дочь двух сильнейших крылатов нашего времени - Виктория. Но нам нужно ее где-то спрятать до восемнадцатилетия, уберечь от интриг и покушений.

– Элизабет уже заранее подготовилась к подобному исходу событий, - между делом заметил Марк.

– То есть?

– Ты даже не почувствовал? Дар девочки не чувствуется. Его нет!

Я подбежал к коляске и вдохнул воздух. Ты пахла, как человек. Наконец до меня дошло, что все, что говорила Элизабет, действительно было своего рода предсказанием.

– Но куда нам отправить девочку? Где найти достойную семью людей?
– почти в отчаянии выкрикнул я.

– На этот случай подготовился Тогруур. У них уже была найдена семья на критический случай. Элизабет действительно предчувствовала неизбежную смерть, и они смогли хоть что-то сделать.

– Но откуда ты знаешь?

– Они постоянно говорили нам об этом, - покачал головой Марк.
– Лиз не хотела говорить тебе о своем предчувствии, прекрасно зная, что тебя это расстроит.

– Но если бы я знал, хотя бы попытался это предотвратить!

Но Марк лишь снисходительно улыбнулся.

– Ты бы ничего не изменил, Альпин. Так было предначертано свыше. Круг судьбы уже развернул свое движение, и ни в чьих силах его остановить. Нам пора вылетать, времени собираться больше нет. Мы и так слишком задержались. Нужно звать Николаса и Анастасию, и мы тотчас вылетаем.

– Ты знаешь, где находится это место?

– Более чем. Тогруур брал меня за компанию. А теперь, Альпин, бери девочку, пошли к нашим, и оттуда же мы стартуем.

Я аккуратно взял тебя на руки, и мы вышли из комнаты. Напоследок оглянулся, впитывая интерьер, запоминая каждую, даже мельчайшую деталь, и запечатал эту самую дверь магией ровно до того момента, пока ты не прибудешь в замок.

В повествовании дальнейших событий нет необходимости, Виктория. Ты и так все знаешь, - он улыбнулся.

– Да, Альпин, вы правы. Дальше троица отнесла меня к семье, в которой я, собственно, и выросла.

– Так что ты скажешь? Ты готова помочь мне вернуть Знание?

Я задумалась. Сила, ощущаемая внутри, приветливо гудела, ожидая, когда ей наконец дадут волю.

– Я согласна помочь вернуть Знание. Но ведь есть какое-то но, о котором вы умолчали? Я буквально ощущаю его в воздухе.

– Твоя проницательность мне очень нравится. Поможет в трудную минуту. За те восемнадцать лет, что мы ждали, пока ты вырастешь, я смог достоверно узнать, твоя мать была из рода истинных Хранительниц. Несмотря на то, что Блэйк убил Элизабет и тем самым сам стал его обладателем, Знание все равно так или иначе связано с тобой. Это особая связь, объяснения которой не найдено. Может быть, пока ты была в горячке, что-то видела странное или подозрительное?

Я покачала головой.

– Нет, ничего не помню.

Выражение лица Альпина заметно поникло.

– Печально. Но будем надеяться, что Знание даст о себе весточку. Если не сейчас, то со временем.

Неожиданно он хлопнул в ладоши и воскликнул:

– Да что же я тебя сказками кормлю? Ты восемь дней была в отключке, кушать поди хочешь, отдохнуть.

Мне ничего не оставалось, как только кивнуть. Есть и вправду хотелось. А еще искупаться. Я словно чувствовала на себе прах родителей. Так я и озвучила ему свои желания. Король хотел позвать служанок, чтобы помочь мне искупаться, но я отказалась от их помощи. Я считала себя самодостаточной, чтобы справиться с мочалкой и мылом, а к королевской роскоши мне еще предстояло привыкнуть. Альпин не стал со мной спорить, лишь поцеловал руку на прощание и покинул комнату, попутно раздавая поручения слугам, сновавшим по коридорам. Неожиданно мне вспомнились слова моей ночной служанки, бывшей рядом в первый день. Ведь на прощание она говорила, что король не любит слуг, попадающихся на глаза Его Величеству. Выходила какая-то несуразица. Очередная загадка в череде загадок. Да и внутренний голос подсказывал, что та девушка была не так и проста, как хотела казаться. Но в я предчувствовала, что это была не последняя с ней встреча, поэтому решила много об этом не думать.