Чтение онлайн

– Моя коробка стоит. – Девушка толкнула мыском единственную вещь на голом полу. – Уже третий месяц. Твой пряник был каким-то особенным?

– Наверное, он просто провалился в иное пространство. Застрял меж реальностями, – сказал Джо с нотками разочарования. – Или исчез из существования.

– Как это? – спросила Кетти, невольно подмечая, что тёмно-синий свитер коллеги до боли напоминает её собственный. Только на два размера больше.

– Ну мы же выяснили, что время в комнате идёт в обратную сторону. Когда предмет становится частью комнаты, его жизненный цикл начинает идти в обратную сторону. Вот я и подумал, что, глядишь, мой пряник дошёл до той точки, когда… когда его вообще не было. Обратился в энергию.

– Пряники не из энергии делаются, а ингредиентов. Разных. – Кетти не хотелось в очередной раз демонстрировать, как далека она от мира кулинарии. – Где мука? Где сахар на месте твоего пряника? Тут ничего не осталось.

– Значит, он всё-таки потерялся.

Как пропал месяц назад горшок с кактусом, также оставленный в комнате на длительный период. Джо отшучивался, что она их попросту съедает, однако хотелось найти более разумное объяснение. Вещи пока только пропадали, но никогда не появлялись. Тогда почему, если верить многократно переложенной байке, Хельга Мантисс при первом знакомстве с комнатой видела внутри посторонние предметы? Откуда они там взялись, если Мантисс сама ничего внутрь не клала? Когда Джо и Кетти приступили к изучению комнаты с треугольником, она предстала пустой. Кто бы ни открывал её, ситуация не менялась. А жаль.

Возможно, теперь комната будет время от времени показывать их кактус и пряник, раз уж она «позаимствовала» их. Да в это слабо верилось. За весь месяц Джо Файхви ни разу не видел потерянный горшок с растением. Он испарился с концами.

– Давай пройдёмся по стандартным пунктам. – Джо вздохнул. – Измерим температуру воздуха внутри. Ощупай коробку. Только не забудь про перчатки. Нужно измерить длину её боков, если она вдруг ужалась.

– Да знаю я! Не нужно каждый раз озвучивать это.

Однако в изменения они тоже не верили. Неорганические предметы сохраняли форму, и проследить по ним изменение времени внутри комнаты было почти невозможно. То, что они тоже подвержены аномалии, помог доказать эксперимент с листом бумаги. Кетти оставила его в комнате, а спустя какое-то время срезала уголок ножницами. Через неделю лист вернулся в исходную форму. Такие странности становились заметны только при вмешательстве со стороны, но если предмет лежал месяцами нетронутым, то видимых отличий не наблюдалось.

– Пускай я и считаю эти рутинные проверки бестолковыми, мне нравится твоё скрупулёзное следование правилам, – похвалила Кетти.

– Ты бы за такого вышла замуж? – не отвлекаясь от занесения данных на весу, спросил Джо.

Он отметил, что Кетти выглядит далеко за двадцать. Тем не менее он никогда не слышал от неё хвастливых разговоров о победах на личном фронте.

– Если бы я и вышла за кого-то, то лишь за компьютер.

Джо искоса глянул на девушку. Вроде бы Кетти отшутилась, да в голосе на это ни намёка. Иногда она казалась ему таким ребёнком. Взрослые люди не могут нести такую чушь, которую иногда выдавала эта девушка. Хотя кое в чём они были похожи: Джо тоже не заводил семью, но исключительно из-за серьёзных намерений. Серьёзных, а не то что у этой Кетти. У Файхви не хватило бы на семью времени из-за карьеры и личностного роста. Джо вкладывал в себя и своё благополучие так много, что был бы скорее бременем для тех, кому предстояло жить с ним. Ему хватило ума понять это заранее и не ввязываться в ненужные отношения. Для мужчины его возраста и статуса посвятить себя работе и самосовершенствованию – нормальная практика. Никто не осудит. А Кетти? Иногда Джо казалось, что она возвращается домой, чтобы засесть за игровую приставку с пиццей под рукой. Странная она, в общем.

Будучи коллегами, они старались не обсуждать столь личные темы, потому им работалось комфортно. Зато перемыть косточки другим сотрудникам на этаже и за его пределами – святое дело!

– Саймон опять требует общий сбор в обеденный перерыв, – обронила Кетти, вертя коробку в разные стороны. – Не умеет останавливаться.

– Он просто хочет всем нравиться. Знавал я таких «звёзд». В моей школе каждый третий был никем, но хотел казаться кем-то.

– Когда мы всё-таки засунем сюда клетку с хомячком? А что? – Пожала плечами Кетти. – Уже давно напрашивается.

– Ты же знаешь, что с этим всё сложно. Если комната пропадёт на долгий срок, а еда у хомячка закончится… Да и нет смысла ставить подобный эксперимент. Мы и так знаем, что время идёт в обратную сторону. Ну омолодится твой хомячок, и что?

– Если так и будет, то я потом сама в неё залезу!

Хоть в этот раз она рассмеялась, чем вызвала у Джо вздох облегчения: не надо гадать, что в голове у этой девицы, и переживать, как бы она в самом деле не переселилась жить в аномальную комнату.

В последнее время их прогрессивный отдел преследовала стагнация похлеще той, что была до прихода доктора Фолкберга. Она не касалась разве что комнаты с треугольником, и на успехи Кетти и Джо смотрели как на цветущий оазис посреди пустыни. Комнату никто раньше не изучал, и поля для исследований – непочатый край! Даже притом что интересных свойств у аномалии было мало, и запас данных быстро иссякал. Направлений, куда можно двигаться, оставалось ещё очень много. Омрачали картину лишь незначительные пятна. Например, неплохо было бы понять, куда девались пропавшие предметы и как достать их обратно…

– А что касается Саймона, то, по-моему, ему просто скучно. – Кетти отошла на шаг, и Джо закрыл дверь. Оба собрали в коробку рабочие инструменты и почти синхронно двинулись по коридору. – Лучше быть таким открытым простачком, как Саймон. С ним хотя бы всё ясно.

– А с кем нет?

– С Олафом.

Джо удивлённо вскинул брови. Он знал, что Кетти, несмотря на показное ворчание, относилась к коллегам положительно или нейтрально и всегда десять раз обдумывала, прежде чем сказать о них что-то нехорошее. То же касалось и Олафа, поэтому услышать от Кетти, что он какой-то не такой, было неожиданностью.

– Я просто… – тут же стала оправдываться девушка, – наблюдаю за ним какое-то время. Он такой мутный.

– Он просто не любит говорить о себе. Уважай чужое право скрывать свою жизнь.

– Я уважаю. Мне ли не уважать! Просто Олаф… кажется, что он не на своём месте. Кто он там по образованию? Никто? Как его вообще взяли?

– Парень в творческом поиске. Пока работает с нами, а когда подыщет место, идеальное для своей башки, – отчалит.

Кетти пожала плечами и сдула лезшие в глаза пряди. Её огненные волосы казались горящим факелом в этом цветовом однообразии. Зато одевалась Лорделли в чёрно-белое, словно хотела слиться с окружающим.

Они не прошли и пяти кабинетов, как девушка выронила коробку с инструментами. Линейки, письменные принадлежности, калькулятор и прочие вещи разлетелись в стороны. Джо мысленно выругался, наблюдая, как скользит по полу термометр.

– Нога подвернулась, – пожаловалась Кетти и села подбирать ближайшие предметы. – Прости. Ненавижу эти балетки! Заказала новые, но они всё никак не придут.

– А выйти в ближайший магазин не проще ли? – Джо увидел отрицание на лице девушки. Помедлив, он приступил к подбиранию вещей. – Эх, современность! Мои соседи ленятся перейти дорогу в магазин и также ждут, когда им принесут продукты на дом. Скоро настолько обленимся, что нам будет далеко дойти до туалета.