Чтение онлайн

За шесть лет подобное случилось впервые: Кина целых две недели не видела и не слышала Николаса. С каждым новым днем без него Кина все острее ощущала, как она увядает, словно цветок, лишенный солнечного света. Джеймс, развлекавший ее своим обществом раз-другой в неделю, едва ли замечал, что она сделалась не очень общительной. Кроме того, ему все равно больше нравилось гулять, чем разговаривать, и он не настолько хорошо знал Кину, чтобы почувствовать, что что-то неладно.

С ее помощью он связался с Николасом и начал оформлять продажу своей фабрики компании «Коулман текстиль». Имя Кины ни разу не упоминалось при переговорах. Она изо всех сил старалась выяснить, говорят ли о ней Николас и Джеймс, но ответ разочаровал ее. Неужели Николас действительно забыл о ней после стольких лет дружбы? Неужели ему безразлично, что с ней?

–  Что-то вы слишком часто общаетесь с этим Харрисом, - заметила Мэнди однажды вечером, когда Кина в очередной раз дожидалась Джеймса, обещавшего за ней заехать.

Кина лишь пожала плечами и поправила ворот светло-зеленого шелкового платья, облегавшего ее стройную фигуру, словно вторая кожа. Фасон был достаточно простенький, но элегантный и вполне достойный лучшего эштонского ресторана.

–  Нику это безразлично, - грустно ответила она.
– За целых три недели он ни разу не позвонил!

Вечеринка была назначена на вечер пятницы, и это означало, что до праздника оставалось два дня.

–  Он получил приглашение,- сказала Мэнди.
– Я сама отправила его, чтобы уже не сомневаться.

Кина надула губы.

–  Он не приедет.

–  На вашем месте я бы на это не рассчитывала.
– Мэнди улыбнулась и окинула Кину восхищенным взглядом: - Какая вы хорошенькая! Интересно, мистер Харрис оценил ваши старания?

Кина рассмеялась.

–  Он оценил только то, что я помогла ему договориться с Николасом о продаже фабрики, вот и все. Он неплохой человек, Мэнди. В нем, правда, есть немного хитрости и немного ребячества, но он хороший.

–  И только?
– спросила Мэнди. Кина вздохнула:

–  Да. Ну не обидно ли? Все эти годы я дождаться не могла, когда же вернусь сюда и отомщу Джеймсу за все унижения, которые я терпела от него и его друзей. И знаешь что? Николас оказался прав. В Джеймсе меня привлекало в основном то, что девять лет назад он был для меня недоступен. Как обидно!

–  А Николас?
– тихо спросила Мэнди, Кина сплела пальцы.

–  Я ему безразлична, - пробормотала она.

–  Не так-то просто удержать воробья в клетке, - загадочно заявила Мэнди.
– Его надо выпустить на свободу и ждать, пока он вернется сам.

Кина уставилась на нее во все глаза:

–  Ты что, с ума сошла?

Но тут раздался звонок в дверь. Кина торопливо схватила со стула рыжий, как лисий мех, жакет и набросила его себе на плечи. Николасу понравилось бы это новое дополнение к ее гардеробу, грустно подумала она. Оно так подходит к прозвищу, которое он ей дал! Кина запахнула жакет и невольно погрузилась в воспоминания о жарких объятиях и нежных ласках Николаса.

Сейчас она хотела его еще сильнее, чем раньше. Если бы он сейчас был здесь!

–  Что-то ты совсем приумолкла, - заметил Джеймс, когда они доедали взбитые сливки, запивая их черным кофе.

Кина застенчиво улыбнулась:

–  Я устала. Знаешь, столько всего надо подготовить…

–  О да.
– Джеймс откинулся на спинку стула - сама элегантность, изящество и обходительность.
– Подумать только, наш городок подарил миру знаменитого модельера!
– усмехнулся он.
– Я слыхал, что тебе делают заказы даже звезды Бродвея.

–  Это правда, - со смешком подтвердила Кина.
– Бетти Симе и Джек Джексон, - добавила она, назвав недавних победителей хит-парада, которые были ее давними клиентами и добрыми приятелями.
– Не говоря уж о Демпе Кэшли.

–  Кэшли? Главный…

–  Собственной персоной, - усмехнулась Кина.

–  Должно быть, это тебе недешево обходится, - заметил Джеймс, и Кине показалось, что его глаза превратились в окошки кассового аппарата, в которых мелькают цифры.

Кина пожала плечами.

–  Я могу себе это позволить, - пробормотала она.

–  Так я и думал. Ты смотри… - Он только теперь обратил внимание на изумрудный браслет, снова украшающий ее запястье. Кина выкупила его, уплатив залог. Джеймс скорчил гримасу. Головокружительный успех! Из нищеты за какие-то девять лет взлететь на самую вершину!

–  Пришлось немного потрудиться, - заметила Кина.

Джеймс покачал головой.

–  Кто бы мог подумать, что у тебя такие задатки!
– вздохнул он.
– Я просто не мог себе этого представить. Когда я вспоминаю, какие гадости позволял себе говорить…

–  Я помню, - оборвала его Кина.
– Ты говорил, что я недостойна общества твоих друзей и что твоя мать придет в ужас, увидев меня в вашем доме. Я стояла неподалеку и все слышала.

На лице Джеймса появилась паника.

–  А остального ты не слышала?
– тихо спросил он. Кина удивленно уставилась на него:

–  Остального?…

–  Да. Я сказал, что считаю матушку чертовски высокомерной и что если она посмеет что-либо сказать тебе, я задам ей хорошую взбучку, - сообщил Джеймс.

Кина не поверила собственным ушам.

–  Но ты еще сказал ужасную вещь о том, каково заниматься со мной любовью…

–  Я страшно разозлился на Ларри за то, как он на тебя смотрел, - холодно пояснил Джеймс.
– Я сам хотел пригласить тебя на ту вечеринку, но сомневался, что ты согласишься: ведь я был гораздо старше тебя.
– Он улыбнулся.
– Раньше, до той ночи, когда мы пошли на квартиру к Джеку, тебя было так приятно дразнить. Но потом все стало серьезно. И я решил, что у нас с тобой все равно ничего не выйдет. Моя мать просто стерла бы тебя в порошок, а я к тому времени еще не стал независимым в финансовом отношении. Я понял, что все это безнадежно. И я решил порвать с тобой. Та вечеринка просто ускорила это. Ты уехала из города прежде, чем я успел тебе все объяснить.
– Джеймс бросил на нее смущенный взгляд.
– Честно говоря, я даже обрадовался. Я боялся этого разговора.

–  Я ни о чем не подозревала, - пробормотала Кина, вглядываясь в его голубые глаза.

–  Все это правда, - тихо проговорил Джеймс.
– Мы теперь стали старше, мудрее. Можно было бы все исправить. Теперь нам никто не сможет помешать.

«Это ты так считаешь!» - подумала Кина, но лишь улыбнулась в ответ. У нее просто язык не поворачивался сказать ему, что мужчина, сидящий напротив нее, едва ли сумел бы занять место юноши, в которого она когда-то была так страстно влюблена. Вернее, была им одержима. Любовь не умирает, а безумная влюбленность со временем проходит. Николас был совершенно прав. Николас…