Чтение онлайн

– Этот с нами не поедет. Ему – только на правый берег,– переводить пришлось в обе стороны.

– Летать умеешь, оборотень? – Федя посветил зелёными глазищами в сторону Воррока-младшего и подставил плавник размером с большое банное полотенце. Мар подозрительно помялся, но влез на него всеми лапами.

Что твой бадминтон с футболом вперемешку: подбросив оборотня в воздух, водянник дельфином выпрыгнул из воды и хорошенько придал ему ускорения перепончатой задней лапой. Рональдо отдыхает. Мар пулей улетел в сторону правого берега, пропахал носом по мелководью, потом встряхнулся и, припадая на все четыре конечности, скрылся в лесу.

– Падаль бросим? – водянник повернулся ко мне.

– Надо брать, – стараясь не вникать, в то, что говорю, отозвалась я. – Только я его одна не подниму.

– Ну, даёшь, мамаша! – восхитился он. – Даже я трупы не ем.

Он, похоже, меня как-то не так понял. Да что возьмёшь с двухдневного подростка?

Подсунув плавник под оборотня, Федя играючи забросил его себе на спину. Я залезла сама и мёртвой хваткой вцепилась в мокрый мех.

То, что в раннем (позавчера) детстве было кожаной юбочкой, по мере взросления трансформировалось в корону из хитиновых пластин поперёк здоровенной туши, где я с относительным комфортом и угнездилась, частично удерживая тяжеленного волка на коленях.

Проводив взглядом берег, на котором омерзительной кучей копошились подземники, я облегчённо вздохнула, но тут же забеспокоилась снова: Мор был совсем плох, а кровь и не думала останавливаться.

– Федя, а нельзя быстрее?

Моё „плавсредство“ хмыкнуло.

И я думала, что это Мар быстро бежал? Меня вжало в плавник, и деревья по берегам слились в одну тёмную стену. Пару рощиц, неосмотрительно росших на островках на нашем пути, водянник просто пробил насквозь, не сбавляя скорости. Я беспомощно гладила волка, не зная, чем помочь и, чтобы как-то отвлечься, прицепилась к Феде.

– Как ты в колодец-то попал?

Тот охотно включился в разговор, то там, то сям выхватывая по пути русалок из воды.

– Папаня мой туда икру метал.

– Так вас там ещё много? – я представила себе полчища таких вот Федь и забеспокоилась за местную экологию.

– Не, - чавкая, отозвался „сын“. – Я первый вылупился. Спасибо, что в колодце, а то ловил бы сейчас братцев-сестричек по рекам-озёрам.

Меня замутило. Он ещё и каннибал!

– Вот найду подругу поприличнее и тоже туда наметаю, да побольше, – воодушевлённо продолжил водянник.

– Что, тоже в колодец? – слабым голосом поинтересовалась я.

– А куда ж ещё? Нечего слабаков плодить, – наставительно поставил точку Федя. – Вон тот замок?

Замок возник после очередного поворота, как чёрный призрак, и стремительно увеличивался в размерах.

Притормозив в метре от крепостной стены, водянник аккуратно снял со спины оборотня и дал спуститься мне.

– Приятного аппетита, – ухмыльнувшись во всю сотню клыков, он начал разворачиваться. Я не я буду, если он слегка не подрос.

– Федя, - позвала я. Здоровенная башка обернулась и я с чувством поцеловала её куда-то в щёку.
– Спасибо.

Окатив меня водой с ног до головы, водянник скрылся из виду.

– Помогите! – во всё сорванное горло закричала я.

ГЛАВА 5

Не сомневайтесь, меня услышали. Но реакция оказалась далека от мною лично ожидаемой.

Высыпавшая из замка толпа на мгновение замерла, при виде меня, сидящей на коленях рядом с волком и зажимающей обеими руками рваную рану на его... м-мм, спине. Потом первые ряды ощетинились ножами.

– Убить человеческую девку... – прокатилось волной.

– Вы не поняли, – я закашлялась: сорванное горло протестовало. – Ему помощь нужна!

На народ это не произвело ни малейшего впечатления: оружия стало больше, а его носители приближались на редкость неотвратимо. Может, амулет перенастроить надо? Да нет. Я же их понимаю…

Из-за спин первого ряда выступил с десяток оскалившихся волков. Мара среди них не было. Вот тут мне стало по-настоящему страшно. Что, если это не тот замок? Я уткнулась лицом в спутанную шерсть, прикрывая гарант возвращения домой своим хилым телом.

Злобный рык перекрыл все звуки и из леса выскочил ещё один оборотень.

„Всё, всё, не бойся“

Мар... От облегчения, я едва не ушла в несознанку.

Расшвыривая сородичей по сторонам и сопровождаемый их жалобным визгом, он пробился к нам, и памятником встал рядом. Повелительное рявканье побудило ближайших – даже не знаю, можно ли их так их назвать после сего милого приёма – подданных незамедлительно начать транспортировку пострадавшего в замок.

„Фу, едва за вами угнался. Уж мне этот твой Федя! Чуть все лапы не переломал, - на ходу возмущался оборотень. – А ты – молодец. Только с виду такая беззащитная. Пошли быстрее бочку открывать. Мора лечить надо немедленно“.

– Водой?! – оторопела я.

„Только ею и остаётся… Ох, не нравится мне этот укус!“ – озабочено забросил мне в голову Мар.

Решительно отогнав доводы логики, во весь голос вопиявшей, что такого быть не может, я прониклась серьёзностью ситуации и бросилась вслед за волком. За поспешность поплатилось моё колено: кто-то оставил во внутреннем дворе без присмотра ведро. Об которое я немедленно и споткнулась. От грохота, который произвела жесть по брусчатке, и русского мата, вдохновенно разнёсшегося в ночном воздухе, по моим прикидкам, должны были проснуться не только те обитатели замка, что ещё продолжали почивать, но и население всех близлежащих кладбищ.

– Мар, что происходит? – высокая черноволосая женщина – нет, девушка - насколько мне было слышно и видно при свете луны, встала в дверях, подбоченившись, как кума при виде пьяного кума. – Что здесь делает человек?

Они тут что, вообще не знают, что такое факел? Замок был темнее могилы.

– Где тут у вас погреб с мёртвой водой? – невежливо пропыхтела я, пытаясь просочиться мимо.

– Маркин!!! – возвысила она голос. – Ты зачем притащил в замок человеческую девку?

– Не девку, а девицу! – заорала я в ответ и, подумав, добавила трёхэтажную тираду из лексикона „сынули“. – Сначала Моррина откачаем, потом - хоть всей сворой съешьте. Где что открывать надо? И посветите чем. Не видно же ничего!

Дама примолкла, задумчиво оглядев меня с ног до головы, и кивнула, щёлкнув пальцами. В воздухе засиял белым шарик, слегка осветив каменную кладку.

Вот так я в первый раз в жизни увидела настоящее волшебство.

Для цирка ситуация была неподходящей, а потому, удивляться, хлопать в ладоши и кричать „Щщё раз бис павтарите, пажалста!“ я сочла ненужным.

– Пойдём, – двигалась она стремительно, невзирая на длинное платье. Я едва поспевала за ней, правда, когда дело дошло до лестницы, даже обогнала, споткнувшись и кубарем пролетев с десяток ступеней. Хозяйка вежливо отступила в сторону, предоставляя мне простор для падения.