Чтение онлайн

Он лишь отмахнулся, не прекращая своего чёрного дела, сопряжённого со многими трудностями: мои руки так и застряли в положении „сейчас дам гаду в глаз“, и натянуть на них рукава было нелёгкой задачей.

— Даже если ты меня силой в замок отправишь, я всё равно сбегу, — предупредила я, едва не плача от злости. — Пойду одна, утону в болоте и останусь на твоей совести занудным призраком. Уж поверь — покоя от меня не будет.

Он запустил в волосы обе пятерни и взвыл.

— Да пойми ты, что это не шуточки! Тебя одну всем отрядом потом защищать.

— Не придётся! — взвыла я ничуть не хуже. — Немедленно сними с меня эту дрянь наколдованную, покажу тебе, как меня всем отрядом защищать придётся. Как бы сам на дерево не залез! Свинство какое!

— А ну, давай, — окончательно взбеленился Моррин и снял блок. — Поймаю честно, без магии — выпорю, и в портал сама пойдёшь без писка.

Дозастегнув куртку, я схватила плети и ломанулась вслед за ним из палатки.

Толпа и не подумала рассосаться, прозорливо ожидая продолжения концерта, а при виде красной от злости меня и разъярённого оборотня живенько образовала правильный круг. Ставки делали в открытую. Три к восьми, причём три — на Моррина, а восемь — на меня.

Я выдохнула, пытаясь успокоиться и охладить голову. Как бы не покалечить его в запале, и самой не убиться.

Рукояти легли мне в руки едва ли не с осязаемым восторгом. Не теряя времени даром, я начала двигаться, заодно и разминаясь и напряжённо размышляя. По какому месту его бы приложить? Замах — и оборотень легко ушёл от пробного удара, оказавшись слева. Ещё замах… Как он справа-то оказался? Да ещё на ходу ремень расстёгивает с гадкой ухмылочкой. И впрямь выпорет на глазах всего лагеря.

Мысль о порке меня основательно встряхнула и я прекратила шутки. Плети взвились двумя гадюками, заставив уже подобравшегося ко мне оборотня сдать назад, и насмешливо зашипели, вспарывая воздух и глумливо приглашая подойти поближе. Фигу доберёшься, не пожертвовав конечностями.

Поначалу он просто нападал с обеих сторон, двигаясь с немыслимой скоростью. Но, руки у меня тоже оказалось две, а скорость движения кончика плети превышает звуковую. Тут ему ничего не обломилось. Тогда он начал менять тактику, стараясь запутать, а ремень уже снял и намотал на руку, покрутив ею издали. Удар, отскок… Ой, он же снизу подбирается! Вот тебе! Взметнулась пыль с того места, где долю секунды назад находился оборотень. Едва убереглась.

Под восторженные вопли я перешла в нападение, бессистемно меняя высоту замаха, и втайне целясь под колено. Достану — похромает чуток, а Маркин потом подлечит. Вздумал мне тут заклинаниями окоченения в девицу беззащитную пулять, сексист недопроклятый.

Первой попала я. Случайно. Но тут уж он сам был виноват: заметив, что я начала экономить силы на пятой минуте этого цирка, Моррин попытался зайти мне за спину, я споткнулась о неприметный булыжник на повороте, к чему он, как я понимаю, собственно, всё и вёл, и загремела носом в пыль. Зато, умудрилась в падении развернуться по-кошачьи, и захлестнула воздух перед собой, как это сделала давеча в своём лесу.

Толпа разразилась одобрительным рёвом: пасторский балахон и кожу на левом плече оборотня вспороло лезвием, он только успел в сотую долю секунды отшатнуться, избежав травмы посерьёзнее.

— Да вы оба с ума сошли! — неизвестно когда подоспевший Маркин встрял между нами, ловя шипящие плети на древко секиры.

— Мар! — тут оказались солидарны все, но он оперативно прекратил схватку, попросту дёрнув секиру с обмотавшимися вокруг рукояти кожаными ремнями на себя. После чего я пропахала всем телом поднятую падением и только что совершённым вынужденным кувырком вперёд пылищу, но плети так и не выпустила, зато нажала на заветные кнопочки и встретила обоих оборотней приятным сюрпризом в виде ощетинившихся кастетов.

— Во, как! — присвистнул Воррок-младший. — Мор, сдавайся.

— И ты туда же. — Моррин легко увернулся от прицельного удара в глаз, но ремень с руки всё-таки снял.

Пока мы развлекали окружающих, к месту встречи подтянулись орки, возглавляемые Пиусом. Об их прибытии Мар сообщил уже в шатре, предварительно убедившись, что мы оба целы и относительно невредимы.

— А я говорил тебе, что она будет против, — прокомментировал он, наблюдая, как брат растирает обе голени.

— Поделюсь гербарием, если бросишь свои шовинистические замашки, — я в свою очередь огорчённо изучала наливающиеся багровым синяки на предплечьях. — Очень подходит к синим рёбрам.

— По-моему, это уж слишком, Мор, — нахмурился младший оборотень.

— За кого ты меня принимаешь? К её рёбрам я никакого отношения не имею. — Моррин опасливо встал на подбитые конечности и поковылял ко мне. — Почему ты вчера ничего не сказала? Показывай.

Я решила не упираться, припомнив целительские способности Маркина: бок и впрямь болел и мешал двигаться.

— Ничего себе! — присвистнул Мар, когда я задрала футболку. — Это как ты умудрилась?

— Дома ещё, — про участие Ориэля я решила не упоминать, охраняя его военную тайну. — На подземника охотилась, а он — зараза — возьми да подбей снизу. На пень налетела. Хоть не сломала?

— Ложись на пол. Мор! Убери руки! — раскомандовался Мар. — Тебе некромантия лучше удаётся, а она ещё не там.

Я послушно растянулась на покрывавшей землю шкуре.

— Трещина в ребре, — пробормотал он, пробежав кончиками пальцев по очертанию кровоподтёка. — Не страшно. Вот если бы сломала, не видать тебе похода, как своих ушей.

— Слушай, не наталкивай своего братца на нездоровые мысли, — отозвалась я. — Глядишь, и доломает, только бы своего добиться.

Моррин присел на шкуру рядом.

— Вот ты-то глупости не говори… Я забыл какая ты хрупкая, — судя по голосу, он уже раскаивался в том, что пустил силу в ход.

— Я не хрупкая, просто инструкцию по эксплуатации читать надо повнимательнее, или с памятью наконец что-то делать, — беззлобно проворчала я. — Мар, не вздумай эти синяки залечивать. Буду ходить немым укором.

— Ты? И немым? — усомнился Маркин, осторожно надавив на ребро. Я рефлекторно ойкнула, но бок отпустило. — Ну вот. Пару дней тугую повязку поносишь. Пойдёмте, Пиус с Зариэлем ждут.

Мы и пошли. Только вот Мор задержал меня на выходе, неожиданно притянув к себе, и надолго зажал мне рот поцелуем, не взирая на негодующее сопротивление: я ещё злилась.