Чтение онлайн

— У меня ничего не получается, — пожаловалась я.

Выражение его лица прояснилась.

— Не рассчитывала же ты, что прямо так сразу и получится, если ты в жизни не колдовала и незнакома с этим процессом?

Вот и домечталась.

— Вообще-то вам одеваться пора, — напомнил Воррок-младший. — Де Жеводан уже прибыл, представление через полчаса. Мы с Моррином уже готовы.

— Ой! — подскочила Мара. — Давай быстренько в свой водопад, а я — одеваться.

— А мне зачем присутствовать? — не поняла я.

— Как это? — похлопала она ресницами. — Все члены семьи должны быть при представлении.

Член семьи? Это как? Любовница брата?

Я поплескалась в водопаде, Мара ворвалась минут через десять и, выудив меня оттуда, утащила к зеркалу.

— Украшения на столике, — напутствовала меня эта фурия в женском обличии, притопывая нетерпеливо ножкой, обутой в „спёртые“ у меня босоножки, в коих я разгуливала на балу летнего Солнцестояния. И ходить в них научилась!

Ладно. Я честно постаралась вдохновиться. Так, что я видела в последнем „Воге“?

Длинное облегающее платье из королевского тёмно-синего (а как же, фамильные тона) атласа, полностью открывавшее плечи и расходящееся ниже колен нешироким воланом немедленно проявилось в зеркале. Вот странно: джинсы создавать оно явно сопротивлялось. И здесь предрассудки.

Когда я застегнула на шее колье из сапфиров, Мара вызвалась сделать мне причёску. На её собственной голове уже возвышалось нечто потрясающее.

— Ничего не получится. Волосы слишком короткие, — и правда, моё „каре“ хоть и отросло за время комы и скитаний, но всё равно доходило только до плеч. — Расчешу, и так сойдёт.

— Пора идти, — подруга неохотно отложила в сторону уже наполовину прочитанный роман и сняла обруч для чтения. — Слушай, мне нравится. Хоть и бред, но так затягивает. Как-то даже повторить тянет.

Мор одобрительно поцеловал меня куда-то в ушко и мы пошли знакомиться.

Потрясающе красивый (здесь другие не водятся, я уже привыкла) зеленоглазый брюнет рассыпался в церемониальных приветствиях Зариэлю и старейшинам, как хозяевам принимающего дома, потом набросился со своими славословиями на нас. Минут через десять Мара уже нетерпеливо хлопала себя веером по бедру, а Моррин, в нарушение этикета держа меня за талию, раздражённо барабанил кончиками пальцев по моим рёбрам, явно перепутав их со своим письменным столом, в связи с чем я титаническим усилием воли сдерживала хихиканье от щекотки, в конце концов незаметно наступив ему на ногу.

Расписав в красках своё высокое происхождение и выдав краткую, минут на восемь, родословную, Ноэль де Жеводан (я не шучу) сделал потрясающее предложение дружбы и сотрудничества в лице своей дочери, а сам между делом начал бесстыдно на меня пялиться. На второй минуте я начала тихо звереть. Ещё немного, и я убью гада прямо здесь. Да за одно первое предложение его четвертовать мало! И прямо сейчас!!

Да что это я? Такие сильные эмоции были мне в новинку. Неожиданно со стороны позвоночника начало подниматься странное тепло, а подушечки пальцев зачесались.

Гость слегка спал с лица и поспешно отвёл взгляд. С удивлением опустив глаза, я обнаружила, что по кончикам отросших ногтей пробегают крошечные молнии. Мама моя… что это?

Моррин проследил за моим взглядом, засёк непорядок и накрыл мою руку своей. Щекотание прекратилось. Злость никуда не ушла. Мог бы предупредить, что де Жеводан свататься приедет. А так, стой тут, как дура последняя.

— Ваш брат дал своё согласие за Вас, поэтому я счёл полезным захватить пакет документов, — закруглился чужак. Сразу слышно французское происхождение: кроме него в Мальве на Вы никто ни к кому не обращался.

Что это за свинство?! За кого они меня тут держат? Член семьи? Ха! Обстряпывать помолвку на глазах у любовницы. Верх цинизма! Ситуация с ногтями и теплом повторилась. Мор её опять нейтрализовал. Я обозлилась ещё больше…

Неизвестно, чем всё это закончилось бы, не преподнеси де Жеводан вышеупомянутый пакет… Маркину, который церемонно его принял. Я перестала вообще что-либо понимать.

— Разумеется, необходим разговор наедине, чтобы окончательно прояснить все подробности, — вежливо предупредил Моррин. — Особенно в том, что касается другой ипостаси.

Конечно, конечно, ничего другого ему и в голову не приходило, это очень важная деталь. Меня аж затошнило от обилия сахара в голосе гостя, который, закончив с основной целью этого балагана, переключился на Мару.

— В свою очередь, я, — Ноэль прямо-таки обнял взглядом застывшую изваянием девушку. — Хотел сделать предложение союза Вашей прекрасной сестре.

Вновь последовал список прилагаемых к этому благ и почестей.

— Я, к моему неизмеримому горю, недавно овдовел, и до тех пор, пока Ваша невеста — он поклонился Маркину. — Не повзрослеет (девочке не исполнилось и трёх лет), вынужден один нести бремя ответственности за свой народ. Но при виде такой неописуемой красоты моё горе меркнет, а в душе горит огонь надежды.

Я физически чувствовала, как электрочайником закипает стоящий с парадно-невозмутимой физиономией правитель эльфов.

Мара изобразила светский реверанс.

— Это честь для меня и моей сестры, — заметил неявно — но я-то его знала, провокатора — развлекающийся оборотень. — Но я не могу решать за неё. У нас, видите ли, другие традиции, и принуждению в них нет места.

Честное слово, если бы он де Жеводана прямым текстом послал, не получилось бы понятнее.

Тут Мара отколола такое… Наверное, роман так на ней сказался.

Повторно присев в реверансе и продемонстрировав гостю глубокий вырез платья, она цветисто (да так, что он уже начал расплываться в улыбке, решив, что она вся согласная, а у Зариэля повалил пар из ушей) поблагодарила его за оказанную честь. А потом с ходу сообщила, что, к сожалению, вынуждена ответить отказом, так как — цитирую: „не способна ответить на чувства высокого гостя, потому, что предпочитаю блондинов“.

Сказать, что онемели все, значит ничего не сказать. Даже я едва не стукнула себя отпавшей челюстью по колену. Мор беззвучно трясся от хохота, сохраняя, впрочем, серьёзное выражение лица, Мар застыл статуей „Новоиспечённый жених с документами в руках“, Зариэль, похоже, был близок к инфаркту, в задних рядах тихо укатывались Мириэль на пару с Ориэлем. Тесная дружба алхимика с полусуккобом уже начинала внушать мне некоторые подозрения.

Изобразив разочарование и „благородно смиряясь с отказом“, де Жеводан свернул церемонию, и мы с Марой откланялись, а мужчины отправились прояснять ситуацию с другой ипостасью.

До моих покоев мы чудом добрались на подгибающихся ногах, честно сдерживаясь, дабы не заржать, и только надёжно заперев за собой дверь, дали волю дикому хохоту.

— Ну и павлин, — сбросив босоножки простонала девушка. — Такому не то что руку отдать — ручку от двери доверить жалко.

Отсмеявшись, я задала вопрос, зудевший не хуже комариного укуса.