Чтение онлайн

Но нужно отдать ему должное, если бы не безумные выходки, которыми он привлёк внимание верхушки аристократов, ничего бы вышло. Ползучие гады зашевелились, почувствовали возможность перекроить карту и сделали свой первый ход…

Всё изменилось в тот день, когда в штаб прибыл учёный. Бальтазар Штайнгард — имя, давно известное в верхах Германской Империи. Один из доверенных людей, имевших допуск к самому императору. Осторожный, педантичный, но в то же время опасный. Его появление в главном штабе мгновенно насторожило Николая.

Повезло, что Гавриил в тот день дежурил на поверхности и сумел сделать то, что не под силу многим. Он срисовал судно, на котором прибыл учёный. С виду — ничем не примечательный военный катер, мощностей которого было недостаточно, чтобы долгое время удерживаться в воздухе во время столь сильного шторма.

Кто бы мог подумать, что столь незначительное обстоятельство, какая-то мелкая деталь, едва уловимая на фоне общей суеты, станет ключом ко всей операции? Один необдуманный шаг, одна зацепка — и вся игра буквально перевернулась с ног на голову.

Катер, появившийся в тот день над штабом, не шёл со стороны линии фронта, не прибыл из лагерей снабжения. Он просто… возник. Словно выпал из воздуха. Сначала никто не придал этому значения, но потом, во время короткого обсуждения, кто-то из бойцов невзначай спросил, откуда именно тот появился.

Гавриил тогда пожал плечами и сказал как есть:

— Сверху, — ответил он. — Просто спустился с небес.

Казалось бы, что тут такого? Слова, сказанные бойцом спокойным голосом, никого не насторожили… Никого, кроме цесаревича. Николай не сразу подал виду, но внутри что-то щёлкнуло. Он много раз повторял про себя фразу про небеса, до тех пор, пока не понял её смысл…

Стоило цесаревичу высказать свои предположения, как всё моментально закрутилось. Уничтожение и захват модернизированного к погодным условиям катера, который бы смог продержаться в воздухе как минимум сутки. Последующий вылет из штаба, который сопровождался проблемами с пропуском. Вопрос пришлось решать кардинальным способом, но Николаю было плевать.

Цесаревич был уверен, что в условиях шторма найти их катер попросту невозможно. Даже если Станислав пустил бы на поиски все доступные ему ресурсы, куда лететь? В какую сторону?

А вскоре в штабе и вовсе начались бои, связанные с переворотом власти, о чём сообщил оставшийся на месте наблюдатель-мимик, от которого в бою всё равно никакого толка…

— Командир, что будем делать? — отдышавшись, Даниил задал самый главный вопрос.

— Атаковать. — спокойным голосом ответил Николай, глядя на открытую дверь, — Готовность десять минут!

— Есть! — хором ответили остальные.

Никакого плана у цесаревича не было. Да и какой тут план? Махина, которая находилась на высоте двух тысяч метров над штабом, была настолько огромна, что её не взять и ротой солдат, не говоря уже о том, что в отряде всего пять человек.

И все равно, Николай был настроен решительно. Он верил, что внутри крейсера его «радар» раскроется на полную. Императору достаточно совершить ещё одну ошибку, и он тут же засечёт его местоположение. А после нужно будет лишь добраться до гада и прикончить!

— А как же мы попадём внутрь? — задал вопрос другой боец. — Не думаю, что нас ждёт там тёплый приём…

— Протараним его! — злодейская улыбка озарила ещё одного бойца. — Если хотим создать панику на крейсере, нет ничего лучше старой доброй диверсии!

— Вы всё слышали, — цесаревич улыбнулся, — Семён, разворачивай катер, будем брать разгон…

— Так точно! Ваша Светлость! — обрадовался капитан. — Это мы мигом!

— Даниил, давай за пушки, — цесаревич отдал второй приказ. — Не уверен, что мы сможем пробить корпус без помощи снарядов.

— Начинай, — приказал Николай, когда десять минут истекли.

За это время катер достаточно удалился от крейсера и теперь, развернувшись в обратную сторону, начал набирать скорость.

— С Богом! — Семён перекрестился три раза, и взявшись за рычаг скорости, начал давить на него по максимуму.

— Остальные на выход! — вновь приказал Николай.

Вся команда была готова к атаке. Снесённый к носу корабля боекомплект, насчитывающий десятки ящиков с сотней снарядов, терпеливо ждал своего часа. Собрать его там было не так уж и просто, но отряд справился. Теперь всё зависело лишь от скорости катера. Тяжёлый и неповоротливый, он мог разогнаться лишь до ста километров в час, но этого должно было хватить, чтобы пробить защиту. Цесаревич не сомневался, что на крейсере имелась защита, иначе и быть не могло…

Выбравшись на палубу катера, все четверо вцепились в поручни, чтобы не улететь непойми куда, раньше времени. По задумке цесаревича, катер должен был влететь в нижнюю палубу, чтобы вызвать максимальные повреждения и панику. Конечно, он мог выбрать и другую цель, например, многочисленные пушки, которыми была усыпана палуба, но, уничтожать крейсер полностью он не планировал. Какой в этом смысл?

Император должен был быть представлен перед отцом. Живым или мёртвым, неважно!

— Километр! — пробасил Семён с капитанского мостика по групповому каналу дара «связи».

Задумка Николая сработала на все двести процентов. Залп из спаренной пушки снизил прочность энергетического барьера в предполагаемой области прорыва. Сразу же за ним, в защиту влетел катер, который буквально выдавил барьер в обратную сторону, разорвав его в клочья. Увы, но против такого «снаряда» он оказался полностью бессилен.

Синяя вспышка озарила небо. Прорвав защиту, катер продолжил движение к намеченной цели, влетев в нижнюю палубу на полном ходу, как и планировалось.

Что же касалось цесаревича, то, преодолев энергетический барьер, он, вместе с отрядом переместился на палубу крейсера. Этому способствовала ледяная корка, которая утяжелила броню на добрую сотню килограмм. А если учесть, что ноги сразу же приросли к палубе, то оторвать их от неё не смог бы даже вихрь, который совсем недавно пролетал в опасной близости от крейсера.

— Огонь! — выкрикнул Николай, отправляя в катер два огненных копья, заряженные энергией по максимуму.

Сила броска, и температура внутри заклинаний сделали своё дело. Копья устремились к носу катера, пробивая все препятствия на своём пути. Стоило первому копью добраться до снарядов, как прогремел ещё один взрыв.