Чтение онлайн

– Вот и прекрасно!
– рассмеялся Абдусциус - Тогда из твоего ущелья мы сразу же полетим в пещеру Исаака.

Ира нашла в буфете, стоявшем в кабинете возле лифта, бокалы, протёрла их от пыли и разлила коньяк. Обмыв рождение ещё одного человека, они сразу же приступили к работе. Перед Джузеппе Бальзамо положили сброшюрованную и даже заведённую в переплёт распечатку всех имеющихся у них магических материалов и в кабинете немедленно засверкали вспышки цифровой фотокамеры. Старый маг записывал магические заклинания и делал примечания к ним исключительно латиницей и на латыни, почерк у него был просто на редкость красивый и, главное, разборчивый, а потому Ира немедленно включила программу-распознаватель текста и начала формировать файлы. Тем не менее, гримуар Джузеппе Бальзамо был таким объёмистым, что они оцифровывали его целых пять дней, а потом ещё три дня Ира делала общий анализ и разбрасывала магические заклинания по темам. В итоге только процентов десять заклинаний были признаны двойниками уже имеющихся и Валера, бегло просмотрев вместе с друзьями общий файл, потрясённо спросил:

– Ребята, сколько же вообще существует заклинаний?

Джузеппе Бальзамо улыбнулся и ответил ему:

– Валера, их бесчисленное множество. Поверь, если мы сможем собрать все рунные знаки и на этой основе сможем, наконец, изучить Deus sermone, чему я посвятил всю свою жизнь, и понять логику составления магических заклинаний, то мы пусть и не во всём, но всё же хоть в чём-то сравняемся с Творцом.

– Почему это не во всём?
– удивился Абдусциус - Между прочим, Творец это мужчина лет тридцати пяти на вид, точно такого же роста, как и я, только у него волосы не чёрные и он не блондин, как ангелы, а золотисто-русые. Кстати, он вовсе не выглядел грозным и суровым. Скорее наоборот, мягким и доброжелательным. С его лица, всё то время, что он со мной возился, не сходила улыбка. Именно его улыбку я и запомнил больше всего. Так что, Джузеппе, если мы все станем действительно толковыми магами и постигнем Deus sermone, то сравнимся с нашим Творцом во всём, кроме его знаний и опыта, а это, как ты сам понимаешь, дело наживное, а пока что давай собираться в путь.

До той пещеры в горах, в которой жил сэр Исаак Ньютон, они добрались на волатилусах за четыре с половиной часа, но смогли поговорить с ним только через неделю. Маг ушел на охоту, о чём всех извещала записка, приколотая к дверям стилетом и Валера, поговорив с Джузеппе, счёл за благо разбить лагерь под горой и подождать бывшего великого физика, а на самом деле одного из величайших магов Земли, а то мало ли куда тот мог потом завихриться. Гора, в которой жил Ньютон, словно головка швейцарского сыра, была вся испещрена пещерами и гротами, а потому по соседству с пещерой мага Абдусциус на скорую руку создал из оказавшихся у него под руками материалов пять родильных ванн и заполнил их протоплазмой, а попросту тушами горных козлов. В каждую из ванн волатилусы отложили по яйцу размером с мяч для регби, из которого уже через сутки вылупились личинки, Джузеппе Бальзамо запустил время бежать сто раз быстрее и через двое с половиной суток Абдусциус принялся учить уму разуму пять молодых волатилусов.

Валера всю эту неделю тоже не скучал и сутками напролёт, сидел уткнувшись носом в ноутбук, батареи которого научился заряжать с помощью простенького магического заклинания двумя пальцами. Он так увлёкся этим делом, что больше ни на что не реагировал и даже отказывался от еды. Чтобы никому не мешать, он уединился в одной из пещер. Подходить к нему никто не решался, так как там через каждые две три минуты то грохотало, как во время грозы, то сверкало, а то из пещеры и вовсе валили клубы дыма, или доносился жуткий вой и рёв. Все остальные члены экспедиции тоже погрузились в изучение магии, но не с такой степенью интенсивности. Джузеппе Бальзамо, в числе прочего, решил вспомнить молодость и изготовил десять золотых перстней с овальными янтарными кабошонами, но на этот раз это были не простые украшения, а специальные. Повинуясь магическому заклинанию, кабошон мог слетать с перстня вместе со сплошным кастом и, увеличиваясь в сотни раз, превращался в большой овальный ангар. В него можно было завести волатилуса, затем превратить ангар в кабошон и снова украсить им свой перстень, но это уже был не простой янтарь, а с золотистой живой, но на любое время застывшей неподвижно, мухой внутри.

Тем самым сразу же был решен вопрос, что делать с волатилусами на Земле и в Раю. Порешали они за эту неделю и множество других вопросов, но Валера о том ничего не знал и выбрался из своей пещеры, на стенах которой запечатлелись многочисленные следы его магических экспериментов, лишь тогда, когда туда отважился войти Ли Вэй и решительно захлопнул крышку его ноутбука. Он поднял глаза на друга и спросил:

– Что, Синий, сэр Исаак уже вернулся с охоты?

Самому сэру Исааку, робко переминающемуся с ноги на ноги у входа, поскольку Валера под занавес работал исключительно с одними только заклинаниями магии огня, из-за чего гора тряслась, как в лихорадке, а сверху то и дело сыпались камни, очень понравилось такое уважительное отношение к нему. Мудрому магу-учёному друзья Валеры и особенно Джузеппе Бальзамо, уже объяснили, зачем они к нему пожаловали и теперь он был практически готов к тому, чтобы поделиться с ними своими знаниями, но хотел задать парочку вопросов их командиру. Как только они вошли в огромную, ярко освещённую пещеру, разбитую невысокими фигурными перегородками на отдельные помещения и сели вокруг большого стола в красиво обставленной гостиной, на котором тотчас появились напитки и закуски, как земные, так адские и даже райские, Исаак Ньютон спросил:

– Валерий, ответьте мне на такой вопрос, кто будет править миром после того, как на Земле, в Аду и Раю наступит новая эпоха? Поверьте, это отнюдь не праздный вопрос.

Валера тягостно вздохнул и ответил:

– Сэр Исаак, раз вы его мне задаёте, значит, вернулись не только что и уже успели поговорить с моими друзьями, и они хотя бы вкратце рассказали вам о моей точке зрения. Поверьте, я над этим вопросом даже не задумывался и не считаю его важным.

– Зря, молодой человек!
– резким голосом воскликнул сэр Исаак и добавил - Вы, видимо, очень плохо представляете себе, кем и как управляется сегодня Земля. Неужели вы и в самом деле думаете, что дьявольское изобретение этих коварных бестий, французов, демократия с её насквозь лживыми лозунгами свобода, равенство и братство, придумана для того, чтобы облегчить жизнь людей? Поверьте мне, это всего лишь чудовищная мистификация, за которой прячут свои замыслы оголтелые хищники. Мне назвать вам их поимённо?

Валера смущённо поёжился и сказал:

– Честно говоря, мне хотелось бы знать имя врага, сэр Иссак. Назовите мне его, если это вам не трудно.

– Пожалуйста, юноша!
– весёлым голосом воскликнул Исаак Ньютон и стал перечислять - Это "Королевский институт международных дел", "Совет по международным отношениям", "Бильдербергский клуб", пресловутая американская "Трехсторонняя комиссия", в число этих тайных владык мира входят самые видные и матёрые cионисты, а также очень многие высокопоставленные лидеры масонства, и, наверное, совсем уж неожиданно для вас, как для русского человека, этим грешит современное большевизм-розенкрейцерство, но во главе всех этих организаций, открытых и тайных, стоит "Комитет трёхсот" или же, как его часто называют "Комитет Триста". Вы, наверное, не раз читали или слышали о так называемом "Золотом миллиарде", когда миллиард человек на планете Земля будут пользоваться всеми благами, а ещё два, два с половиной миллиарда будут обслуживать их интересы? Валерий, это одна из немногих и самых невинных их задач. Они вынашивают и куда более грандиозные и зловещие планы, посягая даже на роль Творца в этом мире, а потому прилагают усилия к тому, чтобы первыми постичь, пресловутый Deus sermone.

Валера поднял вверх обе руки и сказал:

– Сэр Исаак, давайте договоримся так, мы отправились в эту экспедицию за тем, чтобы постичь не просто магию, как таковую, а именно проникнуть в тайну Deus sermone. Поверьте, уж про что-что, а тот язык, которым Творец повелевал пустоте и мраку превратиться в бесконечную Вселенную, никак нельзя назвать пресловутым. Вся та шпана, на которую вы мне указали, не выстоит и трёх минут против астральных бойцов моего командира, полковника Гайдукова. Я очень серьёзно подозреваю, что к созданию всех этих организаций приложили руку как некоторые демоны, так и ангелы. Поэтому давайте договоримся так, у них пусть будет комитет трёхсот престарелых пердунов, которые стоят у края могилы, а у нас комитет десяти на сегодняшний день, а сколько нас всего соберётся в ближайшее время, мы будем решать сообща и не станем становиться в позу, если позднее кто-то ещё повторит то, что сделали мы.

Исаак Ньютон, щёлкнув пальцами, тотчас воскликнул:

– Но мы ведь ещё ничего не сделали! Более того, мы можем так и не постичь Deus sermone. Вдруг эта задача нам не по силам?

Ира улыбнулась и сказала:

– Сэр Исаак, не волнуйтесь. Восемнадцать процентов работы мы уже сделали, а потому постигнем Deus sermone.

После этих слов запальчивость сэра Исаака Ньютона моментально сменилась благодушием, и он, заставив одним взмахом руки бутылки взлететь в воздух и запорхать над бокалами, примирительно сказал, с улыбкой глядя на девушку:

– Как только я слышу такие слова, как проценты и иные, относящиеся к математике, термины, моя прекрасная юная леди, то сердце моё сразу же успокаивается. Всё правильно, милое дитя, как сказал когда-то Конфуций, дорогу может осилить только идущий, а раз вы сочли проценты уже сделанного, значит идёте верной дорогой.

Джузеппе, одарив великого учёного и мага насмешливым взглядом, сделал ему знак рукой и приказал:

– Раз так, снимай с себя свой охотничий сюртук, рубаху, позволь девушками обмыть твою грудь добрым шотландским виски, раз ты так не любишь французов, и вставай в наши ряды, старый ворчун.

Джузеппе Бальзамо обошел Исаака Ньютона на тысячу двести семь заклинаний, но тот сделал его на рунах, так как сумел распознать и зарисовать на триста двенадцать рун больше. В конечном итоге оба мага были вынуждены согласиться на ничью, пожали друг другу руки и пообещали, что больше никогда не станут устраивать пузомерку. Им и так было ясно, что теперь они, десять магов собравшихся в этой пещере, являются на сегодняшний день величайшими из всех магов, а ведь они ещё не добрались до башни сумасшедшего поэта Абдула Альхазреда, автора знаменитого "Некрономикона" и большого поклонника самых мрачных и жутких, но, тем не менее, очень важных граней такого удивительного бриллианта, как магия. К этому визиту они готовились почти месяц. Точнее, весь этот месяц они, проявляя редкостную усидчивость, чуть ли не сутками напролёт сидели за ноутбуками, жалея, что их было взято в дорогу всего семь штук, и разбирались в магических заклинаниях, с каждым днём повышая свою магическую квалификацию.