Чтение онлайн

Собственно в гости к Абдул Альхазреду они собирались всего за два дня, да, и те ушли лишь на то, чтобы изготовить из тех запасов тканей, серебра и золота, которые имелись у сэра Исаака Ньютона в солидных количествах, роскошные наряды. Даже для бывших демонесс бальные платья, которые изготовил Джузеппе, показались слишком уж роскошными. Иру же её платье вообще повергло в ужас, но зато она в нём была сказочно красива. Для того, чтобы дамы в пышных кринолинах смогли сесть в кабины волатилусов, их кавалерам пришлось лететь не с ними, а на временно свободных золотых мухах. Наконец эскадрилья волатилусов взмыла в небо и направилась к башне великого мага Востока, поэта, большого любителя женского пола, а также повелителя злых духов, большого знатока мира смерти и специалиста по оживлению трупов, скелетов и созданию всяческой ночной нежити, бесследно исчезающей с первыми же лучами солнца. Поэтому к его сверкающей хрустальной башне, увитой цветущими лианами, они подлетели в полдень.

Абдул Альхазред, наполнивший всю округу своими магическими шпионами-невидимками, поджидал их на большой круглой взлётно-посадочной площадке, явно построенной им только что, в большой резной беседке розового мрамора, лёжа в позе падишаха на пухлых подушках, покуривающего кальян. Как только они спустились на плиты белого мрамора, Абдул Альхазред поднялся с подушек. Он был рослым мужчиной с объёмистым животом и, не смотря на то, что являлся инкарном, имел восточную внешность и даже был бородат. К прилёту гостей он надел восточный халат золотой парчи, широченные шальвары, красные сапоги с загнутыми кверху носками, расшитые золотом, и огромный тюрбан золотой парчи с целым букетом павлиньих перьев. На поясе у него болталась кривая сабля в золотых ножнах, усыпанных бриллиантах. Подбоченившись, он спросил:

– Чего припёрлись?
– улыбнувшись, он тут же вежливо пояснил дамам - Милые пери, эти слова адресованы не вам, а тем двум спесивым, надутым болванам. Вас я готов принять в своей скромной хижине с величайшим радушием.

Сэр Исаак тут же рыкнул:

– Абдул, ты у меня сейчас договоришься. Прошлый раз я снёс половину твоей башни, но на этот, втопчу её в грязь полностью. Мы прибыли к тебе по делу, а женихи этих дам, между прочим, мало того, что являются куда более могущественными магами, чем ты, так ещё и астральными воинами и против их энергетических ударов твоя магическая защита ничто.

Абдул Альхазред пожал плечами и ответил:

– Ну, раз так, то пошли в башню. Что за дело-то, друг мой?

Абдул Альхазред вошел в гостиную, где собрались его гости, одетый в длинную белую рубаху с длинным вырезом на груди, сквозь который виднелась его волосатая грудь. Увидев эту шерстюку, завитую в кольца, Валера машинально пожевал губами и сплюнул от отвращения, вспомнив о своих мучениях. Великий маг Востока заметил это, глумливо рассмеялся и громко воскликнул:

– Не в твоём положении плеваться так, парень, видя того, кто научил тебя высшему знанию некромантии. Герцог Агварес получил от меня лишь часть знаний, однако далеко пошел, стервец, как я погляжу.
– немного помолчав, он добавил - А всё-таки признайся, Валера, ты был поражен, когда узнал, что даже возможность сохранить свою физическую оболочку была дарована тебе Ли Вэем только благодаря мудрости и предусмотрительности величайшего мага Востока Абдула Альхазреда, этого светоча мудрости и чего там ещё. Ли Вэй, напомни, а то я забыл остальные красивые словечки про свой ум.

Китаец охотно подсказал ему:

– Ты забыл, что мы через полчаса вылетаем к Леонардо, Абдул. Мы, как ты видишь, уже готовы, а ты ходишь тут и выделываешься перед нами. Хотя бы девушек постеснялся, чурбан неотёсанный, заявился сюда в одной ночной рубашке.

Великий арабский маг умудрился, благодаря прекрасному знанию тайн жизни и смерти, прожить триста тридцать три года. После своей смерти, уже находясь в Малебольдже внушить мысли о написании книги о себе, как о безумном поэте и маге, английскому писателю Говарду Лавкрафту. Абдул Альхазред сухо и резко щёлкнул пальцами и предстал перед своими друзьями и соратниками, будучи одетым в типичный наряд для сафари, только без "Манлихера" четвёртого калибра и, весело рассмеявшись, спросил:

– О чём ты, друг мой? Я давно уже готов к полёту.

Все дружно поднялись с кресел и направились к выходу. Волатилусы уже стояли на взлётно-посадочной площадке и как обычно чистили себя длинными лапками. Они были накормлены отборными жирными гусями и были готовы преодолеть любое расстояние, а лететь им предстояло далеко. Башня ещё одного великого мага, Леонардо да Винчи, ловко выдававшего себя за художника, механика, изобретателя и естествоиспытателя, находилась в одиннадцати тысячах километрах от хрустальной башни Абдул Альхазреда. В ней они также провели почти месяц только по той причине, что Валера, наконец, нашел ответы на самые животрепещущие вопросы, а также потому, что текст истинного, а не придуманного Лавкрафтом "Некрономикона", был написан по-арабски и к тому же очень небрежно. Положение спасло то, что Ирина взяла с собой в Ад несколько сотен программ, записанных на диски внешней памяти. Одних только электронных словарей арабского языка у неё имелось семнадцать штук, не говоря о том, что автор гримуара находился рядом, что называется, в шаговой доступности и к тому же был готов немедленно ответить на любой вопрос.

К своему полному удивлению, Валера к этому времени обнаружил, что он быстрее всех запоминает сложнейшие магические заклинания. Сэр Исаак, который ещё совсем недавно считал себя виртуозом по части их произнесения вслух, у него из-за фефекта фикции никогда не ломалось ни одно заклинание, был вынужден даже признать, что в устах юного мага магические заклинания действительно слышны, как божественная речь. Валера и раньше, ещё со школьной скамьи и офицерского училища, никогда не жаловался на память, но теперь она у него и вовсе сделалась просто превосходной. Безумный араб, как прозвал в своих приключенческих книжках Абдул Альхазреда Говард Лавкрафт, оказался не только мудрым магом, но ещё и невероятно компетентным специалистом в области биологии, а также человеческой физиологии и психологии. Заполучив от Семиязы магический круг, который обладал способностью начертать на своей каменной поверхности строчки рунных знаков и произнести магическое заклинание вслух так, что его мог запомнить даже даун, затребовал себе множество заклинаний относящихся не только к сфере жизни и смерти, но и к проблемам человеческого бытия.

Так, благодаря Абдулу Альхазреду, им стали известны магические заклинания, способные усилить все человеческие способности, в то числе память и быстроту ума. Теперь это очень помогало всем без исключения. Покидая хрустальную башню, все одиннадцать членов экспедиции, а арабский маг влился в их коллектив моментально, едва только услышав, зачем они оказались Малебольдже, чувствовали себя настоящими исполинами духа и величайшими магами Земли и её ближайших окрестностей, пусть и недоучившимися. Когда они добрались до обители Леонарда да Винчи, похожей на помесь металлургического завода с художественной мастерской и свалкой авиационной техники, то им уже было не стыдно предстать перед великим магом эпохи Возрождения. Леонардо, одетый в белую рубаху испачканную копотью, ржавчиной и мазутом, с кожаным фартуком на фасаде и штангенциркулем в руках, пристально смотрел на них минут пять, не говоря ни слова, широко и дружелюбно улыбнулся:

– Ну, наконец-то!

Абдул тут же взвился на дыбы и завопил:

– Эй, ты, гнусный колдун, прекрати читать наши мысли!

Итальянский гений улыбнулся и спросил вместо ответа:

– Послушай, Абдул, зачем мне читать в ваших мозгах то, что вы излучаете мне таким мощным потоком слов, образов и эмоций? К чтению мыслей я прибегаю только тогда, когда из меня хотят в очередной раз сделать дурака и клоуна, а вы явились сюда вовсе не за этим. Ну, всё, хватит пререкаться, старый брюзга, пойдём, займёмся делом.

Общение с великим Леонардо дало им многое, но самое главное, почти тысячу новых, совершенно неизвестных им доселе рунных знаков. Ну, а благодаря тому, что маг давно предполагал, что нечто подобное может с ним произойти, его гримуар уже был подготовлен к тому, чтобы его можно было оцифровать без лишней волокиты. Поэтому магическую лабораторию Леонардо да Винчи они покинули через пять дней, предварительно вернув этому участку горной долины её прежний вид. Им осталось совершить последний перелёт в Малебольдже, чтобы навестить Пифагора. По мнению четырёх магов, из всех остальных людей, которые получили магические знания из рук ангела Семиязы, даже в том случае, если они прокрутят через мясорубку всех остальных магов и попытаются найти хотя бы одну единственную крупинку новых магических знаний, ничего не выйдет. Леонардо, пользуясь своим магическим заклинанием телепатии, выудил из них всё, что только было можно. Он не рисковал подойти только к той четвёрке магов, о которой сказал Валере Абдусциус, но при этом не помиловал даже некоторых высших демонов.