Неверный муж. Я тебя (не) прощу
Шрифт:
– Да, на несколько дней, – он сощуривается, наблюдая за тем, как я беру свою телефон и сумочку, – Уходишь?
– Да, пойду. Голова разболелась.
– Я провожу!
Когда мы выходим, в бар входит ещё одна шумная компания. Похоже, конференция будет проходить в этом отеле, потому что Паша на ходу здоровается ещё и с ними.
Мы подходим к лифту и поднимаемся на третий этаж. По пустому коридору доходим до моего номера.
– Что ж, рада была тебя повидать, – останавливаюсь и тепло ему улыбаюсь.
Я действительно рада нашей встрече. С Пашей у меня связаны только самые теплые воспоминания.
– Я тоже. Ты когда выселяешься? – он мельком смотрит на цифры на моей двери.
– Не знаю. Возможно, завтра. – Выуживаю из сумочки ключ-карту и провожу ею по датчику. – Интересной конференции тебе.
– Спасибо.
– Спокойной ночи.
Уже собираюсь войти внутрь, как Паша вдруг касается моего локтя и слегка сжимает его.
– Рит, дай свой номер телефона.
Резко оборачиваюсь, встречаясь с ним взглядом. Карие глаза смотрят на меня решительно и с ожиданием.
Мягко освобождаю свою руку и переступаю порог номера.
– Не нужно, Паш. Всего хорошего, – прикрываю дверь, но Паша кладет на неё ладонь, удерживая.
– Я ведь все равно найду.
– Ищи, – жму плечами, – только это ничего не даст. Пока!
– Спокойной ночи, Рита!
Закрываю дверь и опираюсь на неё лопатками. Устало прикрываю глаза. Чувствую себя так, словно меня переехал грузовик. Головная боль не прошла, сердце уже не стучит так надрывно, а просто безостановочно ноет.
Тяжело вздыхаю и прохожу внутрь. Собираюсь положить сумку на кровать, когда из неё раздаётся звук входящего звонка.
Достаю мобильный, и так с ним и замираю.
Звонит Эльдар.
Глава
8
Рита
Крепко сжимаю мобильный телефон, пока он разрывается мелодией входящего звонка. Шесть букв имени мужа плывут перед глазами, но впервые я не спешу ответить на звонок.
Дышу шумно и часто, в грудной клетке подпрыгивает сердце. Вижу, как дрожат собственные пальцы, когда провожу по экрану и сбрасываю вызов.
Медленно оседаю на кровать, роняю мобильный рядом, но он снова взрывается входящей мелодией.
Эльдар звонит долго, наверное, на максимальное количество гудков, а я смотрю на телефон, как на отравленную змею. Словно это он причинил мне боль, а не муж.
Мелодия смолкает, но через секунду на экране всплывает входящее сообщение:
«Рита, возьми трубку».
Следом второе:
«Где ты?»
И третье:
«Ответь на звонок сейчас же!»
Сообщения сменяются очередным входящим. Раздражающее пиликанье мелодии настойчиво бьёт по барабанным перепонкам, заставляя моё бедное сердце скакать и биться о ребра. Я даже вижу, как Эльдар сейчас недовольно ходит из угла в угол. Он всегда так делает, когда не может кому-то дозвониться.
Сбрасываю вызов и отключаю звук, а сама, чтобы не видеть как вспыхивает каждый раз экран, встаю и отхожу к окну. Медленно втягиваю в легкие воздух. Цепляюсь взглядом за машины, снующие по трассе и пытаюсь дышать ровно.
Сейчас, в это время, скорее всего, заканчивался бы праздник, и мы бы с Эльдаром остались одни. Крепко зажмуриваюсь и стискиваюсь пальцами подоконник. Трясу головой, чтобы не позволять фантазии снова рисовать разные картинки. От этого только хуже, как будто сама себя извожу, но чертов мозг не слушается.
Разворачиваюсь и игнорируя светящийся мобильный, отправляюсь в душ. Долго стою под струями горячей воды, потом укутавшись в халат, сушу волосы и возвращаюсь в спальню. От холода, сковывающего тело, забираюсь под одеяло. Знаю, что не поможет, потому что на улице лето, а кондиционер в номере я не включала. Этот холод идет изнутри и ничем его нельзя согреть.
Облокотившись на спинку кровати, решаюсь взять мобильный. Там с десяток сообщений от Эльдара. Все примерно того же содержания, что и раньше. Смахиваю их в сторону, даже не читая.
Совесть откликается только на три пропущенных от мамы и два от отца. Они волнуются, и им я не перезвонить не могу.
– Господи, Риточка, – мама отвечает после первого же гудка.
– Да, мам.
– Боже, слава Богу, с тобой всё в порядке. Где ты? Мы с отцом места себе не находим.
– Всё в порядке со мной, мам. Не переживайте. Мне просто нужно время побыть одной.
– Это Рита? – слышу встревоженный голос отца на фоне, а потом он забирает у мамы телефон, – Дочь, ты где?
– Пап, со мной всё хорошо, – стараюсь успокоить его, – я не дома.
– Я знаю. Эльдар тут нам все телефоны оборвал, требует сказать ему где ты. Но я его предупредил, чтобы он близко к тебе не приближался и не смел больше нам звонить, – папа чеканит сквозь сжатые зубы, – На порог этого мерзавца не пущу, даже если в ногах ползать будет! Ты меня слышишь?
– Да, я слышу, – рефлекторно перебираю кромку одеяла, представляя, что испытывают мои родители.
Какой стыд и унижение перед всеми. Не знаю, как они вообще держатся. Сильные мои.
– Ты там давай домой приезжай, дома оно знаешь, и стены лечат.
– Я приеду, пап. Только позже. Как Полинка?
– Да хорошо. Спит уже с пингвином своим.
– Ясно. Ладно тогда, и вы ложитесь. Не нервничайте, хорошо?
Папа обещает, что они лягут, а мама снова забирает у него трубку. Нервничает, говорит, что никогда ещё Эльдар не был таким злым, как во время звонка им. Переживает за меня и папу. Чуть ли не плачет о том, как всё переживёт Полинка. Я слушаю всё это на автомате, потому что нет сил пропускать через себя ещё и чужие эмоции. У меня и своих-то переизбыток, каждая клеточка болит и стонет.
Закончив разговор, съезжаю на подушку и уже собираюсь выключить телефон, как задерживаюсь взглядом на обложке экрана. Не знаю, что устанавливают другие люди, но у меня стоит наша с Эльдаром и Полинкой фотография. Когда ей было шесть месяцев мы выбрались на фотосессию в парк. Погода стояла сказочная. Мы гуляли, Эльдар заказал нам кучу разноцветных шариков, и носил Полю на руках так, чтобы она видела происходящее вокруг.
Дочка с детства была любознательной. Никогда толком не лежала в коляске. Если вдруг просыпалась, то настойчиво плакала и кричала, пока её не брали на руки и не носили так, чтобы она видела окружающий мир.