Чтение онлайн

– Так, я иду сюда! Кажется, это островок относительной чистоты посреди всеобщего срача! – с таким заявлением я двинулась к кафешке.

О Боже! Там и внутри было чисто, уютные столики, чашечки, печенья!

Оля не оставляла идеи попробовать «вкуснющую индийскую еду», я кстати её так и не увидела за всю поездку, и утащила Данилу искать национальную кухню. Они бросили рюкзаки, и я блаженно развалившись на диванчике, заказала тосты, тыквенный крем-суп и кексы. Сказочное место. Как будто не отсюда. Может вместо входа в кафе я провалилась в портал?

Ребята пришли с какими-то штуками вроде шаурмы и со слезами запивали их чаем. Но хвалили. Главное, все были довольны.

Следующий квест для нас было найти отель.

– Я не бронила ничего заранее, кроме отеля в Дели, это, когда поедем обратно, – объяснила Оля. – Тут и так найдём, ещё нет сезона.

Меня так разморило на диванчике в приятной атмосфере уюта и чистоты, что ребята снова оставили меня с рюкзаками, а сами пошли искать отели.

Данила вернулся первым:

– Жесть воще, грязища, в одном таракана видел! Здоровенного! – пожаловался он.

Я к тому времени успела придремать и на таракана отреагировала вяло. Ну, таракан, собственно, чего удивительного. Индия же.

– Какого чёрта мы сюда приехали? – Данила вздохнул и сел рядом со мной на диван. – Какого хрена я поехал? Знал же, что здесь будет.

– А ты что, не хотел что ли? – удивилась я.

– Да я ещё с прошлого раза охренел, – ответил парень. – Но я же не мог одних вас отпустить, тут же такая дичь творится!

– А как же Оля ездила года три назад с Катериной?

– Так то Катерина, – протянул Данила. – Она видела, какая серьёзная и суровая? Ей можно Олю доверить. А вы обе ветреные, смеётесь постоянно.

Ага, значит мне доверить нельзя.

– Я вообще-то серьёзный человек, кандидат наук, – я подпустила в голос обиды. – И мы не ветреные, а позитивные. Если мы не паримся до мрачных щей над проблемой, не значит, что не видим её.

– Ребят, я нашла отель! – Оля появилась на пороге и перервала наш спор в зародыше. – Собирайтесь, погнали!

Отель назывался Топ Хилл и был самым высоким зданием в окрестностях – целых четыре этажа. Спящий на ходу костлявый индус проводил нас в четырёхместный номер, откуда открывался вид на реку.

Он собирался было уходить, когда Оля его остановила:

– А бельё можно поменять?

Она указала на незастеленные кровати со скомканными простынями и одеялами, на которых явно кто-то спал. – И подмести бы хорошо.

Я поглядела на пол, который и правда был в каком-то сору.

Индус недовольно поморщился и ушёл.

Мы стали разбирать вещи, а он вернулся с товарищем. Один стал менять постельное бельё, а второй подметать.

Я посмотрела на этот процесс и забыла, что хотела вынуть из рюкзака. Индус ловко и быстро заметал мусор прямо под кровать. В какой-то момент он оторвался от этого занятия и встретился со мной взглядом. Говорить ничего не пришлось, он вымел всё обратно из-под кровати и пошёл за совком.

– Не, ну вы видели? Капец! – возмутилась я.

– Они бы и бельё так и оставили, – добавила Оля. – За ними глаз да глаз!

– Это карма! – засмеялась я, вспомнив, как в детстве родители попросили меня убрать остатки от каких-то растений, то ли кориандра, то ли ещё чего-то. Они сушились у нас в гостиной, мама собрала с них семена, и остались ветки с листьями. Недолго думая я замела всё под диван. В принципе затея выглядела неплохо, пока оттуда не полезли жуки…

– Ну, индусы они и правда как дети, – прокомментировала Оля мою историю и зевнула. – Отдохнём, может? Что-то я в поезде не особенно выспалась. А вы?

Мы завалились на неглаженные простыни, возможно всё-таки доставшиеся нам после других постояльцев, но просто из соседнего номера. Да бог с ним. Наконец-то можно поспать.

Дневной сон беспокоен. Слишком неглубок, и сюжет крутится связанный с реальностью. Правда, во время него легко можно заполучить осознанное сновидение.

Я стою в доме родителей, вокруг сумерки, люстра под потолком едва даёт тусклый свет.

– Что же ты нам ничего не привезла из Индии? – с укором говорит мать. – Ни пашмины, ни кашемира, ни просто шерстяного платочка. Обещала же!

Я мучаюсь угрызениями совести:

– Не знаю почему, не успела. Время так быстро пролетело. Я не привезла ничего и никому. Себе тоже ничего там не нашла.

– Так и жизнь пролетит и тоже ничего не останется. Ничего не успеешь. Время оно очень быстро летит, утекает сквозь пальцы. А ты всё ещё не знаешь, чего хочешь, ты достигла того, о чём мечтала? – спрашивает мать.

– Ну, вот кандидатскую защитила, – отвечаю я, припоминая, что ей это вроде бы было важно. Но вопрос, важно ли это мне?

– Молодец, я довольна, – мать протягивает мне диссер в твёрдом переплёте.

Я беру, и он рассыпается в красную пыль. Не зря же его называют «кирпич». И вот эта кирпичная крошка сыпется и сыпется, её всё больше, непонятно как её может быть так много из одного диссера. Но она застилает собой пол, мать, комнату, всё вокруг и меня, подбирается к горлу. Душит.

Я судорожно глотаю ртом воздух и просыпаюсь. Жарко. Солнце палит через незашторенные окна, а на кроватях кульками лежат два тела – друзья спят без задних ног.

После полудня мы пришли в себя и выбрались в город. Улицы, как всегда, украшал жуткий срач и перекати-поле из пакетов. Пожалуй, я больше не буду упоминать про срач, вы сразу его представляйте, когда я что-то описываю, и будет полная картина. Ну, а особо исключительные случаи, так уж и быть, опишу.

– Жарища какая! – Оля огляделась по сторонам. – В Индии много вкусных фруктов, надо найти где-нибудь фреши. Они тут и стоят копейки. Да вот же!

Она указала пальцем куда-то в конец улицы и устремилась туда.

Продавец фрешей, по-нашему свежевыжатых соков, оказался старым индусом в засаленном видавшем виды фартуке, надетом на голый торс. Блендера у него не было, вместо этого он пользовался интересной приблудой, которую, может быть, сам выточил из дерева. Фрукты старик резал и кидал между деревянными жерновами, потом крутил ручку и давил сок, который тёк по деревянному бруску, вдоль которого была выдолблена борозда. В конце пути сока стояло небольшое ведёрко.

Олька с Данилой выбрали манго и ананас, просто ткнув пальцами на фрукты. Индус по-английски болтать не собирался. Он вообще был молчалив. Вытер руки о засаленную мокрую тряпку, висящую на шнеке, взял большой нож и принялся за дело.