Чтение онлайн

Всё, что она говорила, был набор звуков, который ухом Владимира воспринимался, как: "Бла-бла-бла, бла-бла-бла", пока он не сказал Сёме:

– Включи переводчик!

– Ага!
– пальцы человека-эльфа забегали по полупрозрачным кнопкам, и в какой-то момент слониха заговорила на русском:

– ...банда состоит из пяти гуманоидов, которые по неподтвержденным данным находятся на территории Зенли. Это - Укртшин Майдергдис Сокштумысат третий, представитель расы гномов...

На экране появилось трехмерное изображение Коли. Он был похож на игрушку, которой во времена детства Владимира играли девочки, и называлась эта игрушка пупсик. Только пупсик был с длинной белой бородой и с длинными седыми волосами.

– ... на его счету двести пять жертв.

Рядом с гномом появился трехмерный Владимир. Увидев его трехмерную копию, любой бодибилдер бы обзавидовался. Чертам его лица компьютерные гении с Зенли намеренно придали резкие, хищные черты. Наверное, это было сделано для того, чтобы любой, кто его увидит, не сомневался, что перед ним - настоящий преступник, от которого нужно либо убегать, либо сдать Кипяткова властям.

– Это - землянин Вова. На его счету сто сорок одна жертва...

Потом появились фигуры Ольги и Анны, в послужном списке которых оказалось в общей сложности семьдесят два убийства "ни в чем не повинных гуманоидов". Фигуры тех, кого Владимир с сыном считали воплощением женственности, были чересчур мужиковатыми - с широкими плечами, толстыми руками. А их лица были искусственно сделаны злыми - глаза прищурены, губы плотно сжаты, чтобы казалось, что эти дамы убьют любого, кто встретится на их пути. Да, умеют на Зенле промыть мозги, ничего не скажешь.

На экране появился человек-эльф, больше похожий на маньяка - с синяками под запавшими глазами, будто не спал неделю, с оружием, похожим на бензопилу в руке.

– ...Сёма, он же Семён убил две тысячи два гуманоида. Очень опасен. При обнаружении лучше открыть огонь на поражение.

Хоботок слонихи затрясся. Казалось, что ещё немного, и он хлопнет гнома по лбу. И, выждав незначительную паузу, напоследок она произнесла:

– За голову каждого из преступников Объединенным Правительством Зенли обещано по пять килограммов золота!

Картинка исчезла.

– Что-то я не понял, - потрясенно произнес Кипятков.
– Откуда столько убитых? Или эта носатая врёт, или...

– ...Или ты кое-чего не знаешь, - закончил за него Коля.

– И чего ещё я не знаю?
– Владимир нахмурился.

– Многого. Ты думаешь, что хозяин бункера - Казимир Козявкин - улетел на Бали, и вы общались с имитацией. На самом деле он никуда не улетал, и большую часть времени вы принимали живого человека за имитацию. Откуда я это знаю? Да я жил в бункере в то же время, что и вы. Мы с Казимиром жили в отдельном отсеке, в который вам вход был запрещён. Мы с ним дружим уже больше ста лет, и я даже помогал ему при строительстве бункера. Чтобы этот бункер содержать, нужно много золота. Поэтому мы с Казимиром периодически телепортировали вас с Сёмой в разные города, на разные планеты, где вы, думая, что играете, уничтожали врагов свергнутого правительства Зенли, а эти бывшие министры расплачивались с нами золотом. Поэтому за вами числится столько трупов. На мне "висит" не двести шесть трупов, а гораздо больше. Похоже, Объединенное Правительство Зенли знает о моих подвигах далеко не всё...

– А как насчет женщин?
– Владимир посмотрел на Ольгу, потом - на Анну.
– Что-то я не верю, что они вообще способны на убийство.

– Великолепный, а ты знаешь, сколько раз мы были в плену и убегали? Восемь раз. Неужели ты думаешь, что мы ублажали гуманоидов, и те нас отпускали?
– От голоса Ольги Владимир вздрогнул. Он не ожидал, что она не просто заговорит без команды, но скажет нечто осмысленное, с серьезным видом и без улыбки. Похоже, действие "Психотрона" закончилось. Искорки глупости, которые ранее сверкали в её глазах, исчезли, и её красивые, умные глаза метали молнии. Видать, воспоминания о боевом прошлом давались ей нелегко.
– Мы убивали их. И, если бы мы этого не делали, нас уже не было бы в живых.

– Надеюсь, меня ты не будешь убивать?
– Кипятков тут же покраснел, поняв, что шутка вышла неудачной.

– Если бы ты мне не понравился, я бы свернула тебе шею, как цыпленку. Но я люблю тебя!
– Ольга подошла к Владимиру вплотную, нежно положила руки ему на плечи и поцеловала в губы. Их поцелуй длился считанные секунды, которые для влюбленной парочки растянулись в целую вечность. Когда гном многозначительно кашлянул в кулачок, Ольга с явным нежеланием отстранилась от Владимира и добавила своё коронное: - Великолепный!

– Ух!
– выдохнул Владимир. Щёки его стали ещё краснее. В этот раз от возбуждения.

– Давайте поторопимся, а?
– В голосе гнома впервые с момента знакомства с людьми слышалось нетерпение. А ведь Кипяткову уже начинало казаться, что Коля и эмоции не совместимы.

Владимир прибавил скорости, держа в своей руке ладонь Ольги - такую изящную и нежную, что даже не верилось в то, о чем говорила женщина-слониха. Даже думать об этом не хотелось.

В конце коридора забрезжил свет. Ноздри Кипяткова защекотали потоки свежего воздуха с примесью ели. Словно кто-то не так давно распылил в лабиринте хвойный освежитель, предварительно навалив в нем кучу, потому что запах дерьма в коридоре тоже присутствовал, что было странным.

Вот он - долгожданный выход. Вот она - родная Земля, вернуться на которую Владимир уже не надеялся. И, чем ближе к выходу он приближался - тем отчетливее видел заросли молодых елей, покачивающиеся на ветру прямо у выхода из лабиринта. Выйдя наружу, Владимир огляделся по сторонам. Арка лабиринта располагалась в небольшой горе, как ковром покрытой елями и соснами. Кругом были такие же горы, очень напоминающие Уральский горный хребет.

– Очень похоже на землю, - Кипятков посмотрел на гнома. В его взгляде было столько радости, что обычно твердый, как кремень, Коля не смог сдержать улыбки.

Улыбаясь, Владимир стал продираться сквозь ели, не обращая внимания на покалывание иголок. Даже, если ему и было больно, то это была приятная, ностальгическая боль. Отодвигал ветку за веткой, он отчетливее видел клубы белых облаков, плывущих по голубому небу, диск солнца, непривычно ярко слепящий глаза и низину, покрытую зеленой травкой. В низине, у самого подножья горы, Кипятков увидел и источник неприятного запаха - стадо рыжих мамонтов, непринужденно пощипывающих травку своими покрытыми шерстью хоботами. И теплый ветерок, дувший в лицо Кипяткову, принес с собой запах навоза и давно не стиранных носков. Вот чем пахло это стадо.

– Фу, бля!
– улыбка сползла с лица Владимира, и он зажал нос пальцами.
– Водища-то какая!

– Вонища?
– уточнил Сёма. Кипятков в ответ только кивнул головой.

Увидев выходящих из лабиринта двуногих существ, самый большой из мамонтов - самец с огромными бивнями - принялся издавать утробные звуки и вытянул хобот по направлению к лабиринту. Он с шумом втягивал ноздрями на конце хобота воздух, вертя головой и разглядывая нежданных гостей то правым, то левым глазом. Видать, ни внешний вид, ни чужеродный запах людей и гнома ему не понравился, поэтому он опустил хобот, нагнул голову и стал приближаться к Кипяткову и его команде.