Чтение онлайн

Какое-то движение привлекло внимание тут же насторожившейся Норы. Она успела заметить, как в беседке, находящейся неподалёку, мелькнуло простенькое платьице прислуги.

«Так, интересно. Что там делает эта девчонка? Скорее всего, мой неверный муженёк устроил там новое свидание».

Лионор неслышной поступью приблизилась к строению, слушая тонкий голосок девицы, что-то попискивавшей внутри бельведера. Рассмотреть, что там происходит внутри, мешал плотно растущий вокруг неё высокий кустарник. Когда это было для неё преградой? Девушка, сжав зубы, стала решительно пробираться сквозь дебри растительности. Совершенно бесшумно ей это делать не удавалось. Поэтому, когда непослушная ветка, вместо того, чтобы гнуться, с треском ломалась, Нора ненадолго замирала. Переждав немного, чтобы ослабить постороннее внимание к шуму, издаваемому во время её продвижения к цели, она продолжала действовать. Наконец она подобралась к объекту настолько, что стало видно происходящее внутри. Она замерла, и начала жадно наблюдать за движением внутри павильона.

Круглый столик был накрыт изящной скатертью. На нём возвышался кувшин с вином, вокруг которого стояли тарелочки и вазочки с фруктами и деликатесами. Небольшие диванчики со множеством мягких уютных подушечек, расположенные по периметру помещения, приветливо манили к себе. Тот, кто уединился тут, устроился неплохо и собирался приятно провести время.

Маленькая фигурка служанки Марлы чем-то внешне напомнила Норе её собственное телосложение. Это слегка удивило её. Тут же память услужливо предъявила картинку с изображением Бэтти. Лионор напряглась. Бэтт была того же возраста, что и сама хозяйка. Тоже невысокого роста, с округлыми формами груди и бёдер. Цвет и длина волос полностью совпадали. Неужели муженёк выбирает прислугу, похожую на жену? А своей манерой заниматься с ними жёстким сексом он наказывает в их лице Нору… С женой, высокородной леди, он так обойтись не мог, зная, что она может на него пожаловаться кому угодно. А вот прислуга — зависимые от него и всё безмолвно переносящие девушки, делали всё, лишь бы не выгнали с работы.

Служанка суетилась вокруг стола, расставляя яства, время от времени отходя на шаг назад, чтобы оценить качество сервировки. На лице молодой девицы сияла предвкушающая улыбка. Теодора в павильоне пока не наблюдалось.

Удовлетворившись увиденным, Нора стала выпутываться из кустарника тем же путём, что и пришла.

Через некоторое время, приложив значительные усилия, девушка выбралась на тропинку и обходным путём пошла к дому. На минуту остановившись, Лионор осмотрела свой внешний вид. К её облегчению, платье осталось целым. Стряхнув пару листьев, прицепившихся к подолу, Нора потрогала причёску и застонала. Великолепной работе Дори выжить не удалось. Но девушка не унывала, а, проявив находчивость, распустила волосы, лёгшие ей на плечи тяжёлой волной, и причесала растопыренными пальцами, словно гребнем. Конечно, не идеально, но вид уже вполне приличный. До своей комнаты дойдёт, а там и переоденется и примет приличный вид. Ведь вечером, отдавая дань традициям, придётся ужинать с лордом Теодором.

От воспоминания о муже на щеках у леди вспыхнул тёплый румянец. А всё этот Колин, разбудивший в ней дремавшую до сего дня чувственность. Ранее мысли о лорде не вызывали в Норе никаких эмоций. Лорд как лорд. А вчера, встретив его за ужином, Лионор то и дело заставляла себя отводить взгляд в сторону. Мужчина был необычайно хорошо сложен, изысканно одет и держался с таким непередаваемым достоинством, что ей хотелось им восхищаться. Только ледяной взгляд его тёмно-синих глаз на неё оказывал освежающее воздействие на затуманивающийся мозг. Внешних достоинств мужчины было явно маловато для леди Норы. Тут нужны какие-то решительные действия, чтобы он, наконец, заинтересовался собственной женой, а не прислугой.

Нора вошла в дом, пересекла просторный холл и по широкой лестнице начала быстро подниматься в свои покои. Услышав движение наверху, Лионор подняла голову и остановилась. Спускавшийся вниз лорд Теодор, поравнявшись с женой, тоже остановился и пристально взглянул на неё, окатив холодом своих пронзительных синих глаз. Влажные после приёма ванной тёмные волосы на голове мужчины были аккуратно причёсаны. Белая шёлковая рубашка небрежно застёгнута не на все пуговицы. Взгляд Норы тут же нырнул в вырез рубахи. Опомнившись, она посмотрела мужу в лицо. Тео всё так же стоял и изучающе смотрел на супругу. От мужчины не укрылся ни её жаркий взгляд, опаливший его шею и грудь, ни распущенные густые тёмно-русые волосы, тяжёлым водопадом ложившиеся ей на плечи, ни неровное дыхание от быстрого подъёма вверх, ни округлая грудь, высоко вздымавшаяся в ритм дыханию. Мужчина замер. Вырез на платье был глубже, чем у её обычных и чопорных нарядов, застёгнутых у подбородка. Его взору открылась ложбинка, пролегавшая между полушариями грудей. И взгляд. Он больше не был щенячьим и сиротливым. Таким взглядом обычно убивают наповал. В нём сквозили восхищение, ревность и заверения в мести.

Глядя на лорда, Нора отметила, что он чем-то недоволен: плотно сжатые губы, ходящие на щеках желваки. Она перевела взгляд вниз. Руки мужа стиснуты в кулаки, словно он боялся их расцепить, чтобы они не жили собственной жизнью.

Теодор словно впервые видел перед собой жену, похожую сейчас на юную прекрасную нимфу, вышедшую из леса и случайно забежавшую к нему в дом.

— Где ты была, Нора? — спросил он, рассматривая её распущенные волосы.

Взгляд выделил маленький листочек, запутавшийся в волосах. Ещё сам не понимая, что делает, Тео протянул руку и снял древесный лист с волос Норы. При этом она брезгливо не отпрянула от него, как делала это всё последнее время, не отстранилась. Только насторожённо следила за его действиями.

— В часовне Богини Равновесия, — без раздумий ответила девушка.

Кивнув, лорд снова посмотрел на лицо жены. Оказывается, она у него красавица. Большие васильковые глаза под тонкими бровями, небольшой носик. От волнения она быстро облизала пересохшие губы. На мгновение маленький юркий язычок проскользнул между пухлыми алыми губками.

Мужчина натужно вздохнул. Тонкий аромат её духов раздразнил его обоняние.

— До ужина, леди Лионор, — попрощался лорд и стал быстро спускаться с лестницы.

Снова сжав кулаки, он ринулся к беседке, где его ждала доступная и безотказная прислуга. Стоя на лестнице, он всего на миг подумал, что стоит отменить «свидание» и подняться в спальню с собственной женой, такой соблазнительной сейчас и прекрасной. Но, вспомнив все предыдущие неудачные попытки заняться любовью с ней, он резко передумал. Он не хотел спать с неподвижной статуей, вздрагивающей от одного только его обнажённого вида. Нет, супруга не отказывала ему в близости, но то, что происходило в их постели, любовью было назвать сложно. Это было сопоставимо с соревнованиями по единоборству. Пытаясь снять всеми мыслимыми и немыслимыми способами с неё ночную сорочку из грубого полотна, плотную и длинную до пола, он раз за разом терпел поражение. Ни уговоры, ни угрозы разорвать её на Нору не действовали. Лорд не знал, что было причиной такого поведения жены. Природная ли скромность, наставления ли учителей, но преодолеть этот барьер он так и не смог. Все несколько попыток, совершённых им за эти годы, прошли отвратительно. В конце концов, ему пришлось совокупляться с ней в сильном подпитии, не снимая этого предмета, завязанного сверху наглухо тесёмочками на бантик.

Весь путь до павильона лорд видел перед глазами Нору, стоявшую перед ним с распущенными волосами и горящим призывным взглядом. Её губки были влажными и приоткрытыми, словно манили к поцелую. Войдя в бельведер, он увидел служанку. Волна разочарования окатила его. Разозлившись на себя самого, Теодор заставил Марлу встать спиной к себе, чтобы не видеть её лица (сзади она напоминала ему Нору), велел ей наклониться вперёд и опереться на столик. Молчаливая и послушная Марла доводила его до бешенства. Он задрал её подол и стал пороть, как это делал с Бэтти. От ударов ладонью на нежной коже девушки расплывались багровые цветы. Служанка подвывала от боли, кувшин на столе упал от тряски, вино растеклось по всей поверхности, капая на пол кровавыми каплями. Но самое страшное, что всё это не возбуждало лорда. Его боевое орудие, бывшее ранее грозным и мощным, безучастно висело между ног и не желало подчиняться. Он прикрыл глаза, перед которыми тут же возник облик жены. Взгляд васильковых глаз был суров и холоден.

Поняв, что сегодня не получится расслабиться в компании Марлы, он натянул штаны и вышел из беседки. Злой, как рой обиженных ос, лорд направился в дом.

Нора спустилась к ужину и вошла в столовую. Муж уже сидел за столом с бокалом вина, ожидая её. Коротко кивнув ему, девушка подошла к своему месту. Неожиданно Теодор встал и выдвинул перед ней стул. Удивившись этому жесту, леди поблагодарила супруга и опустилась на сиденье.

Весь вечер Теодор внимательно рассматривал Нору. Манера держаться, говорить, её взгляд, — всё ему казалось новым и необычным в ней. Словно это была не его жена, а другая, сильная и гордая женщина. Такая супруга его интриговала и пленяла. Хотелось завоёвывать её, чтобы она обращала своё внимание на него. Сейчас же она бросала на Тео равнодушные взгляды и молча ужинала.

— Дорогая, — обратился лорд к жене. — Как прошла твоя поездка к родителям?

— Благодарю, милый! Весьма удачно, — ответила леди и замолчала, отведя от него взгляд.

— Как самочувствие у леди Марисы и лорда Герберта Кингсли? — продолжил беседу муж.

— Спасибо, дорогой. Оба здоровы, передавали тебе своё благословение, — подозрительно глянув в его сторону, более раздражённо ответила Нора.

Теодор хищно улыбнулся. Так он и знал, ему точно не показалось, что в жене произошли разительные перемены. Ранее смиренно отвечавшая на все его расспросы, сегодня Лионор проявляла бурные эмоции.