Чтение онлайн

Утвердительно кивнул, видя, как ему уже не терпится присоединиться к гостям.

Эндрю умчался, оставив меня один на один со своими мыслями. Я медленно обогнул стол и опустился в кресло отца, прислушиваясь к тому, как затихает мой волк.

Единственный положительный момент сегодняшнего дня, который я мог отметить, – это отсутствие Эмили, второй жены отца. Она непременно бы позлорадствовала всласть, чувствуя, как всё больше и больше отрывает меня от семьи и стаи. Вовремя её любимая няня захворала…

Мысли сами собой перепрыгнули на образ маленького хомячка, встреченного в служебном коридоре.

Если подумать, то моя невеста только окончила школу. Что на работе, что дома… меня не будет покидать ощущения разницы возраста, воспитания, образования и выдержки. «Детский сад» двадцать четыре часа в день, если не удастся сослать её в какое-нибудь учебное заведение. Главное, чтобы ей не захотелось пойти в Портлендский колледж для оборотней. Но, возможно, узнав, что я в нём работаю, она сама не захочет подавать туда документы. Если уже не подала…

Я задумался, пытаясь припомнить тех, кто приходил в приёмную комиссию, а после на формальное для оборотней тестирование, которое многие, с особого разрешения директора, сдают дистанционно в электронном виде. А хомячьей семье купить такое разрешение не составило бы труда.

От размышлений меня отвлекло новое сообщение от брата: «Старик тебя ищет».

Я встал из-за стола, подумав: «И в этот раз отец ничего не скажет, что мы с Эндрю воспользовались его кабинетом и сидели в его кресле». Снисходительность отца порой расстраивала меня. Именно это, по мнению многих, и привело к упадку нашу семью, строительную фирму и всю стаю.

И вот настал долгожданный момент, ради которого собралось много оборотней. Большинство, конечно, были волками. Далее по численности шли хомяки, а коты, буйволы, свиньи и пару птиц (если нюх меня не подвёл, то пару сов и один павлин) разбавляли своими запахами застоявшийся в зале воздух. Многие из волков выглядели крайне недружелюбно, бросая на гостей то плотоядные взгляды, то обещающие скорую расправу.

Атмосфера накалялась, а мне было по ба-ра-ба-ну. Как и обещал Эндрю со своим чудо-успокоительным для оборотней. Даже если бы перед моими глазами завязалась драка, я бы не стал вмешиваться, а с высоты возведённого в зале помоста с отстранённым видом взирал, как оборотни грызутся не на жизнь, а на смерть. Даже явственно представил фонтаны крови, которые внесли бы ярких акцентов в это белоснежное царство обмана и фальши.

Музыка смолкла. Ведущей объявил главных гостей нашего дома – семейство Хаммонд, точнее то, что от него осталось после попытки переворота власти.

По проходу сияя белоснежной улыбкой в искрящемся под светом люстр платье вышагивала блондинка под руку со своим кавалером, которого ведущий не представил, но я заподозрил в этой высокой тёмной фигуре того самого кота, прибившегося к хомякам из-за своих многочисленных разногласий с сородичами. Отставая на добрых десять футов, за контрастной парой семенила девушка в красном платье. Одного взгляда на неё было ясно к каким оборотням она относилась.

Обладательница пухлых щёк, пухлых губ и пухлого счета в банке, с которой я не сводил взгляда, запнулась и полетела вперед. Её глаза округлились, из-за чего она сильнее стала походить на хомячка.

Надеюсь, тогда в коридоре я не на неё наткнулся?

Сейчас, взглянув на ситуацию трезвым от эмоций взглядом, осознал, что про «норы» прозвучало грубо. А быть грубым с той, что согласилась на брак по расчёту, это равноценно выкапыванию себе могилы, в которую для компании может быть схоронена вся моя семья.

Увлёкшись своими размышлениями, я не заметил, как моей невесте пришли на помощь. Но окликнутая своей мамой, девушка поблагодарила довольного своей прытью Эндрю и успешно пересекла оставшееся до сцены расстояние.

Стоя по левую руку от отца, я попытался принюхаться к исходящим от хомячьего семейства запахам, но яркий аромат жимолости мешал сравнить свою невесту с ранее встреченной гостьей. Кто-то из Хаммонд, кажется, вылил на себя весь флакон, чтобы больше досадить волчьим носам.

Наконец-то, отец мог взять слово. После него выступила миссис Хаммонд, сияющая от счастья, словно это мы спасаем их клан от надвигающейся жопы. «Гордые» родители велели нам с Джозефиной выступить вперед, чтобы продемонстрировать свою «близость». Надо было просто встать рядышком и всем улыбнуться. Никакого страха или отвращения. И тем более желания придушить навязанную пару на глазах у всех. По поводу последнего пункту я больше всего беспокоился, но мне на выручку пришёл Эндрю. Только сейчас мне не казалось, что братишка помог мне: реакция и концентрация заметно снизились. Я будто бы погрузился на дно бассейна и прослушал приглушённые речи выступающих, с трудом понимая смысл сказанного.

Вяло текущие мысли в моей голове сравнили юную мисс Хаммонд с нежным цветочком. Отмахнулся от этой ассоциации, концентрируясь на следующем пункте выступления перед гостями. Так как Джозефина продолжала стоять на своём месте, я протянул в её сторону ладонь, приглашая выйти вперед и встать рядом со мной.

Маленькая ладошка легла в мою раскрытую ладонь, лаская притупившиеся нервные окончания. Я едва ощущал тяжесть в свой руке, поэтому держал в голове мысль «Не раздавить. Не сломать», когда держал её.

Звук ломающихся костей, впрочем, как и женские крики, это не тот аккомпанемент, под который все должны убедиться в серьёзности наших намерений – быть вместе. Несмотря на расовые различия и разницу возраста.

Я готов. Все ради стаи. И семьи.

Кто-то из толпы выкрикнул «целуйтесь!», и ещё несколько голосов его поддержали.

Мои мысли разлились, словно река в полноводье. Я не мог сообразить: идти на поводу гостей или своих желаний. Мне никого целовать не хотелось. Было достаточно одного мимолётного взгляда на притихшую девушку, чья ладонь едва ощутимо дрожала в моей руке, чтобы понять – её желания схоже с моими.

Отец коротко кивнул, чтобы я не тормозил, и дал собравшимся то, что они хотят. Уж лучше такое зрелище, чем драка.

Свободной рукой обнял малышку и притянул к себе, отворачивая её растерянное личико от толпы, и склонился, ещё больше закрывая обзор зевакам своей головой.

Я чувствовал её страх, который старательно маскировала жимолость, видел, что она зажмурилась и задержала дыхание. Если бы волк во мне не спал глубоким сном, то я бы не применено воспользовался возможностью и что-нибудь выкинул бы. Например, растянул бы эту пытку, носом проведя по нежной трепещущей шее, наслаждаясь сладким запахом страха. Потому что так и должно быть. Я – охотник. А она… Она – мелочь, не стоящая внимания волка.

Меня слегка повело, и наши губы коснулись. Я медленно разогнулся. Успокоительное Эндрю работало слишком хорошо. Время, казалось, текло иначе. Или я сам слишком замедлился.

Улучив момент, я предупредил отца о том, что отлучусь, и направился в ближайшую уборную, чтобы принять меры. Я подозревал, что это плохая идея – пить то, что подошло Эндрю. Его нервная система была словно оголённые провода под высоким напряжением. Чего не скажешь обо мне. Обычно я спокоен.

Прочистив желудок, я умылся, надеясь, что этого будет достаточно, чтобы метаболизм оборотня сделал своё дело. Я очень рассчитывал, что тормозная жидкость в скором времени перестанет действовать. Тогда можно будет выпустить Бака из вольера и выпить шампанского с Амелией, после того как большая часть гостей разъедется по своим домам.