Чтение онлайн

–  Ты пробил?

–  Машина находится в собственности следователя прокуратуры М. К. Лукшанова, - выразительно и по буквам выговаривает Олег.

–  Опять следственные органы?
– удивляется Влад. Он снимает куртку, вешает её на крючок, стягивает ботинки.
– Херня какая-то.

–  Ну, кто был за рулём, другой вопрос.

–  Что-то мне это не нравится.

Влад идёт на кухню, становится перед окном, поглаживая подбородок. Мы с Олегом плетёмся за ним.

–  Что-то ещё случилось?
– неловко спрашиваю я. Точечный озноб ползёт по позвоночнику, заставляя меня подрагивать.

–  Нет, ничего, - бросает мне через плечо Влад.

Но почти сразу Олег говорит обратное:

–  Да, на самом деле, всё хреново, поэтому я сегодня расспрашивал тебя о желании и возможности поехать из страны.

Повернувшись к нему, я медленно киваю. Конечно, я же не полная дурочка, я так и подумала, когда Олег вдруг завёл разговор о возможностях, которые передо мной открылись бы в другой стране. Перед этим Влад предлагал нам втроём поехать куда-то, отдохнуть. Но ни одному, ни второму я не поверила, сразу раскусила их намерения сбежать. Наверное, я и сама хочу сбежать, потому что постоянно думаю, как могу встретить где-нибудь Медведя, а тогда. Тогда, боюсь, никогда не увижу ни одного дорогого мне лица.

Но ответить я не успеваю, у Олега звонит телефон.

Его рингтон, какая-то англоязычная песенка, так резко разбавляет тишину, что я даже вздрагиваю.

Смотрю, как Олег сосредоточенно вглядывается в телефон, и сама хмурюсь.

–  Алло?
– прикладывает он трубку к уху.
– Саша?

Я молчу и, кажется, даже слышу, как кровь бежит по артериям, а сердце бьётся в груди. Поворачиваюсь к Владу, а тот едва заметно пожимает плечами, мол, подождём, узнаём. Интересно, звонок Саши - знак хороший или плохой. Может быть, он перестал обижаться на Олега? Уж не знаю почему, Олег казался мне человеком, на которого нельзя долго таить злобу (не то что он сам).

–  Что. Саш?
– произносит Олег спустя секунд пять, смотрит с недоумением на телефон в своих руках.
– Сбросил, - говорит нам.

–  Ну и? Что он сказал?

–  Сказал, что хотел меня предупредить и что. очень любит самолёты.

Олег хмыкнул, едва не рассмеявшись.

–  Что это за прикол?
– высказываюсь и я.

–  Это не прикол, это намёк, - уже серьёзнее обращается ко мне Олег.
– Когда мы общались, Саша говорил, что его телефон частенько прослушивают. обе стороны.

–  Какие ещё стороны?

Влад прерывает меня, он резко меняется в лице:

–  Он намекает, что тебе пора сматываться? Сегодня? Сейчас?

–  Думаю. да.

–  А можно ему перезвонить?

–  Солнышко, не думаешь же ты, что он возьмёт трубку?
– приторно-сладким голосом обращается ко мне Олег.

Но я не виню его за несдержанность, я и сама вся на нервах. Приступ Паранойи нападает на меня, как и всегда, внезапно. Я молча иду в прихожую и проверяю, чтобы входная дверь была заперта, а на обратной дороге - сама не знаю, почему, что за игры подсознания - вспоминаю всевозможные способы убить человека. Я видела такое сотню раз, в сериалах, в кино. И никогда не задумывалась, что с ним рядом бродит реальная мафия.

И она так работает, именно поэтому люди снимают такие сериалы. Да я и сама знакома с Медведем. Я знаю, что он на многое способен.

Даже не прислушиваясь к тому, о чём беседуют Влад и Олег, я первым делом говорю, возвращаюсь в кухню:

–  Мы должны бежать.

И я готова убеждать их, объяснять, почему не стоит оттягивать. Я даже сжимаю кулаки, собираясь высказаться.

Но парни снова удивляют меня:

–  Я соберу наши вещи, потом, Майя, поедем за твоими документами, - кивает Влад.
– А ты.
– обращается он к Олегу.

–  Я возьму для нас билеты на какой-то остров, где пальмы, море, песочек и. не нужна виза. Хм, Багамы?

–  Багамы, - соглашаюсь я.

В какой-то момент слабость в коленях заставляет меня сесть на ближайший стул. Я говорю ребятам, что в порядке. Не хочу задерживать их, тем более что перед отъездом у меня тоже есть одно большое дело - поговорить с Кариной. Я переживаю за неё, переживаю, что даже сеансы с психотерапевтом, на которые она согласилась, не помогут и она вернётся к тирану.

Я достаю мобильник с кармана, думаю набрать её номер, но решаю всё-таки поговорить лично. У меня будет дома минут десять, чтобы собрать одежду на пару дней и документы, конечно же.

Но если подготовиться, то можно многое сказать.

–  Майя, а ты плавать хотя бы научилась?
– зовёт меня Олег.
– Она плавать не умеет, ты знал.

Я вздыхаю, прикрываю на миг глаза. Ничего, я справлюсь. Обязательно справлюсь. И я поеду, ради них.

–  Научилась, - кричу я и поднимаюсь на ноги.

***

Сборы проходят так, будто мы просто отправляемся на курорт.

Влад держится серьёзнее, но когда я спрашиваю его, он отмахивается, что старается сосредоточиться, а Олег заполняет тишину своей трескотнёй. Он рассказывает, где бывал, что видел, чем ему запомнилась Италия, и почему он так не любит зимы в Швейцарии. Слово за слово, и уже рассказывает мне, в каких конкретно городах есть филиалы "Айде", некоторые оформлены как дочерние предприятия, и это отлично, говорит мне Олег.

Он складывает какие-то бумаги в папку и бросает её в раскрытый чемодан.

–  Дочерние предприятия - отдельные юридические лица, Медведь или там, например, Верочка не смогут наложить на них лапу, даже если отхватят себе "Айде", понимаешь?
– подмигивает он мне.

–  Вы хотите там работать?

–  Это было бы проще всего. И не переживай, ты сможешь получить визу, потому что мы и тебя трудоустроим, да.

–  Ладно, - пожимаю плечами я.

Не хочу и не могу так далеко загадывать.

Я не готова принять решение и уехать навсегда, стараюсь концентрироваться лишь на том, что обязана сейчас покинуть Москву для спасения своих близких. Что будет потом? Посмотрим, узнаём. Почти физическая боль проходится по моему телу от предположения, что я никогда не встречусь с родителями или Каринкой.

–  Вроде всё?
– спрашивает Влад.

–  Точно, пойдём.

На лестничную клетку я выхожу первая и нешуточно напрягаюсь, когда на этаже открывается лифт. Хватаюсь за руку Влада и даже не замечаю этого. Понимаю, что сделала, когда он нежно шепчет мне на ухо: "всё в порядке, милая". Оказывается, на лифте приехала соседка Влада, пожилая женщина по имени Мария.