Чтение онлайн

Карина говорит дальше, позволяя лишь вставлять небольшие ремарки между её пылкими речами.

Она не замечает, как я прячу слабоалкоголку в холодильник, и ставлю перед ней чашку с её любимым чаем с бергамотом.

–  Как же он меня достал своими ревностью, подозрительностью! Как будто я хотя бы раз давала серьёзный повод!

–  Для него поводом стало платье, судя по всему, - киваю я.

–  Платье, которое я даже не купила!

Постепенно Карина успокаивается, но высказывается так же жёстко, как и прежде.

Я полностью на её стороне, но Глеба критикую очень осторожно. Знаю же, что послезавтра буду слушать о том, как её любимый мужчина пришёл домой с цветами заглаживать вину.

–  Зря мы замуж торопимся, Майя, ой зря. Вспомни, как раньше нам весело было.

Меня бросает в жар от её фразы. Я даже умудряюсь забыть о проблеме с Олегом, но теперь она стискивает меня за руку ещё сильнее и резче. Моё счастье висит на волоске, буквально.

Моё прошлое возвращается и заставляет расплатиться за всё.

–  Я изменилась с тех пор, - говорю я тихо.
– По крайней мере, я очень на это надеюсь.

–  Ну, все мы меняемся, конечно.

–  Таков порядок вещей.

Голову Карины занимает личная драма, она не обращает на мои слова должного внимания.

Я встаю и поворачиваюсь к окну, вижу слабые очертания своего лица, волос, чёрного шелкового халата. В голове мелькает надежда: а вдруг Олег меня не узнаёт? Теперь я веду себя иначе, разговариваю иначе и выгляжу значительно лучше.

–  Не буду звонить этому козлу первая, пусть подумает над своим поведением.

–  Он подумает, надеюсь.

–  Если не подумает, то с этим пора заканчивать.

Слушая Карину одним ухом, я вспоминаю всё то, что происходило между нами с Олегом.

Как мои руки суетливо бродили по его телу, сминая толстовку, а его пальцы проворно лезли в трусики; его дыхание с привкусом водки, и мои стоны от того, как резко он в меня входил.

Румянец, наверняка, проявляется на моих щеках и я призываю себя не погружаться в прошлое. Хотя бы не сейчас. Не с ней.

–  Ладно, пойду прогуляюсь, наверное, - вздыхает Карина.
– Спасибо, что приняла меня.

–  Что? Куда?

Она не собирается возвращаться на работу в детский планетарий, и не хочет идти домой, как же я могу позволить бродить ей одной по улице? Сажусь перед ней на корточки и кладу руки на колени.

–  Предлагаю свою компанию. Я сейчас приведу себя в порядок минут за двадцать.

–  За тридцать пять, будем реалистами, - вставляет она.

Люблю эту женщину!

–  Ладно, за тридцать пять. И пойду с тобой на прогулку. У нас будет целых два часа до моего собеседования. Согласна?

–  А когда я отказывалась от такого?

Она вымучивает для меня улыбку, я энергично киваю и бегу в комнату, чтобы взять полотенце для душа. Моё сердце почти выпрыгивает из груди от тёплых чувств к лучшей подруге.

Несмотря на её брак, на то что вскоре и я почувствую, что такое быть женой, мы остаёмся такими же близкими, как и в школе.

Олег

Влад настаивает на том, чтобы я повалялся в клинике ещё на сутки, пока приходят анализы. Поэтому домой я попадаю только на следующий день к вечеру.

Возможно, Влад делает ставку на то, чтобы я немного остыл. И... в целом он не ошибается.

Желание спорить с ним или материться на то, как несправедлива жизнь, постепенно иссякает. Я даже не сопротивляюсь, когда он молча сворачивает в винный маркет в Мансуровском переулке, и возвращается с бутылкой Каберне Совиньон, будто ставит печать на нашем вечере. Я бросаю взгляд на многоэтажку, замечаю на одном из верхних балконов женщину в белье. Господи, и не холодно ей?

Чего только не творят люди вечером в пятницу.

На Волхонке мы попадаем в небольшую пробку, Влад предполагает, что дело в ДТП, я вижу его спустя минуту. Вроде бы пострадали только автомобили, водители достаточно здоровы, чтобы выяснять отношения прямо на дороге, активно жестикулируя.

–  Останешься сегодня у меня, - говорит Влад и глушит мотор около дома. Он не спрашивает, приказывает, чеканя слова.

Я молча открываю дверь со своей стороны, иду сам и здороваюсь с Петром Степановичем.

Он живо вскакивает с места, засыпает меня вопросами, как там солнечная Италия, а я хочу поскорее отвязаться, киваю, мол, хорошо, и не признаюсь, что он перепутал страны.

В лифте прислоняюсь к стене и, наконец, чувствую себя в безопасности, а на пороге квартиры Влада невольно растягиваю губы. Мне нравится то, что я вижу, светлые стены в прихожей, мягкая мебель, много растений на подоконниках, красивый декор. Наверное, теплота в солнечном сплетении зовётся ностальгией, когда-то меня бесила привязанность Влада к натуральности, настоящему дереву, текстилю изо льна или шёлка, но, признаю, в отказе от безжизненного пластика что- то есть.

–  Здесь всё, как и раньше, - констатирую я и снимаю пальто.

–  Конечно, думаешь, у меня было время заниматься редизайном?
– он приобнимет меня, но сразу отпускает, идёт на кухню.
– Располагайся, я принесу вино и. закуски.

Вижу сумки и чемодан с вещами, которые Влад бросил около дивана, но, конечно, не разобрал, и присаживаюсь на любимое кресло. Из открытого окна доносятся крики шпаны, следом срабатывает автомобильная сигнализация, кто-то громко орёт.

–  Сразу скажу, что история с моим отцом началась ещё до твоего отъезда, - Влад входит в комнату и ставит на столик бокалы и алкоголь.
– И с твоим отъездом она не связана.

–  Я и не думал, что связана. Твой отец меня любит.

Влад приподнимает бровь, но я пожимаю плечами, хм, скажи, что нет?

Продолжая меня обхаживать, Влад открывает вино, наливает, и в следующий раз из кухни возвращается с блюдом, на котором я мгновенно узнаю рулетики с ветчиной из ресторана Jacks. Сам-то он, конечно, не готовит, разве что яичницу может пожарить и макароны сварить, если инструкцию на этикетке прочитает.

Усевшись рядом, он поднимает бокал:

–  Выпьем за твой приезд?