Чтение онлайн

— Приступай к еде, я быстро, — сказала я, и со стопкой вещей скрылась в ванной.

Светло-жёлтое хлопковое платье с широким шёлковым поясом под грудью синего цвета, который завязывался на спине бантом, отлично сидело на мне. Немного смущал ворот, который от края низкого декольте собираясь складками, закрывал верхнюю часть грудной клетки и полностью шею. Фиксировала его тонкая шёлковая ленточка, тоже синего цвета, и тоже завязывающаяся бантиком на шее сзади. Всё вроде прилично. Только он, зараза, был прозрачным. Полукружия груди, шея и часть спины были видны, затушёванные дымчатой тканью и складками.

«Гавринил, гад, всё предусмотрел. Этот наряд только провоцирует, а не охраняет мою целомудренность. Да ладно, прикрою шарфиком. А так — ничего себе. Симпатично», — покрутилась я перед зеркалом. Платье вздулись колоколом.

Волосы завязала в высокий хвост и закрутила их в рыхлую дульку. Зажимы в виде цветов украсили прическу.

Что скрывать? До сих пор не могла спокойно смотреть на свою изменившуюся внешность. Выглядела я потрясающе, по земным меркам, но никак не по здешним. Всё равно, себе нравилась.

Пирис сидел и ждал меня.

— Ты чего не жуёшь? Здесь достаточно, чтобы накормить ещё несколько человек.

— Э-э-э…

— Короче, не важно. Помоги. Надо подтащить стол к кровати.

Мы дружно уселись за стол: я на кровать, Пирис в кресло.

Мясной рулет, нежный, тающий во рту, который я тут же благополучно выплюнула, жаренные лапки кого-то, что не рискнула попробовать, кажется, овощной салат с зеленью и ягодный пирог на десерт. Пожалела, что покусилась на салат. Мои вкусовые рецепторы были в шоке, давая сигналы SOS мозгу. Сочетать несочетаемое — это искусство, требующее отдельного почитания. Может, это и мечта гурмана, только я люблю простую, понятную, сытную еду.

В итоге всё отправилось в топку Пириса, который млел от еды. Наблюдая за его счастливым лицом, подумала, что меня не собирались травить. Скромно поела кусочек пирога и запила водой. Вино меня не прельщало. Мне просто необходимо быть трезвой.

— Пир, ты же не был в комнате, когда эти двое здесь… Нет? — осторожно спросила я.

— Нет. Я смылся сразу, как услышал шум в коридоре.

— Меня чуть не слопала виверна, — жалобно всхлипнула я.

— Они не едят людей.

— Да что вы все заладили: не едят, не жрут. Убивают же?

— Не злись. Убивают. Ты права, — согласился котяра.

Пирис оттащил стол, кресло и сел рядом, взял мои руки в свои тёплые и мягкие ладони, поглаживая запястья большими пальцами. Успокаивает.

— Она не причинила бы тебе вреда. Просто не успела бы.

— Почему?

— Я находился на тренировочной площадке, когда это происходило. Принц Рикиндариэль вёл тренировочный бой с двумя воинами из элитного отряда. Это, я тебе скажу, очень сложный поединок. Всё произошло так быстро, что никто ничего не успел понять. Только что трое сражаются, а через мгновение — двое воинов валяются в бессознательном состоянии на арене, а принца и след простыл. И сразу же раздался хлопок нарпы в стороне озера. Нарпа — одно из самых опасных оружий. Если вложить в него достаточно сильный артефакт, можно оглушить и обездвижить большой отряд воинов. В крайнем случае и убить. Следов не останется.

— Кошмар! С девушкой же всё в порядке?

— Почему ты беспокоишься о девушках, что хотели тебя уничтожить? Такая странная. Любая другая потребовала бы судить их по законам Эриндила. Они бы не избежали наказания, включая их семьи, — возмущённо воскликнул Пирис. Даже крылья негодующие зажужжали, но тут же исчезли.

— Котик, я рада, что ты меня защищаешь и беспокоишься обо мне. Но такое поведение свойственно людям. Это называется человечность, сострадание, сочувствие. Не забывай об этом, пожалуйста. Я человек и очень этим горжусь.

Пирис смотрел на меня не мигая. Мои ладони он всё ещё держал в своих.

— Можешь рассказать мне о твоём мире? — наконец отмер он.

— Мой мир не такой и радужный, как ты можешь подумать. Уверяю тебя, там хватает злодеев, много боли и страданий. И оружие там пострашнее этой палки, забыла название. Эриндил одним снарядом сотрёт. И следа не останется, ни от существ, ни от леса и животных. Но всё это компенсируется хорошими людьми, что готовы прийти на помощь, могут пожертвовать собой ради других. Полные любви и заботы. Это делает их самих счастливыми.

— П-п-пожертвовать собой? Ты серьёзно? Я не верил легенде, что близнецы пожертвовали своей магической силой на благо Эриндила и Вайпарны. Их жизнь резко сократилась без магии, и они быстро умерли, прожив жалкие сто лет.

Мой весёлый смех привел Пириса в состояние транса.

— Что такого смешного я сказал? Это очень грустная легенда.

— Это замечательная легенда. У этой парочки проснулась человечность. Ты знаешь, что в среднем человек живёт от силы семьдесят лет. До ста вообще доживают единицы. Это нормально для нас. Поэтому я и смеялась.

— Ты не можешь так быстро умереть.

— Я и не собираюсь, в ближайшие лет пятьдесят, точно.

— Не шути так.

Я смеялась от души. Так легко и спокойно мне не было давно.

— Покажешь мне, где ваша площадка? Кстати, Дин тоже примчался на берег. Это он меня притащил сюда.

— Знаю. И не удивляюсь этому.

— Как звать Дина полным именем?

— Принц Динариэль.

— Котик, а можно задать щекотливый вопрос?

— Да.

— Ты вот перевоплощаешься в кота и обратно, куда девается одежда? Голым я тебя не видела.

Очередной шок Пирису был обеспечен. Кажется, я задала очень неуместный или неприличный вопрос.

«Я такая непредсказуемая. Мне начинает нравиться этот мир», — широко улыбнулась я.

— Так скажешь или нет? Мне любопытно. Я таких симпатичных оборотней, как ты, никогда не встречала, — мило улыбнулась я.

«Никаких других тоже», — подумала про себя.

— Ну, это не секрет, в общем-то. Вещи убираются в пространственный карман.

— И всё? Можешь не объяснять, что это. Читала. Кое-что в фэнтези авторы не врали. Большой вопрос — откуда у них такие сведения? Путешествия по мирам случаются, Пир. Наверно, это здорово. Так, пошли, прогуляемся? А то, время идёт. Я на взводе, вся такая заряженая адреналином. Счастливо взорвусь, нафиг. Столько впечатлений.

— Я не могу с тобой пойти. Ты же знаешь?

— Пир, дорогой. Ты ведь наполовину сильф?

— И это знаешь? — опустил голову шельмец.

— Я не обижаюсь на тебя. Трудно довериться близкому человеку, а первому встречному — так просто очень трудно.