Чтение онлайн

– Подними руки, любовь моя, - повелительно сказал Джефф, когда брат остановился передо мной и расправил платье.

В самом деле из тончайшего кружева, похожего на паутинку, с завышенной талией и – шнуровкой из шёлковой ленты спереди. Юбка состояла из нескольких слоёв ткани, к моему облегчению, потому как белья мне, конечно, не предложили. Я помнила слова Джеффри утром, что или я ношу платья на голое тело, или – хожу без них, но в нижнем белье. Опустив глаза, я послушно подняла руки, позволив кружеву невесомо скользнуть по телу, мягко обнять. Всё впечатление от на удивление скромного круглого выреза портила та самая шнуровка. И отсутствие корсета под платьем. Джонас с сосредоточенным видом аккуратно стянул тонкие шёлковые ленточки, так, что кружево плотно облегало грудь. А Джеффри, по-прежнему стоя за моей спиной, продолжал поглаживать соски уже через ткань, так, что они вызывающе торчали, нарушая образ целомудренной невесты. Боже, мы же в церкви будем, и… и меня увидит священник… Я задохнулась от вспыхнувшего стыда, перемешавшегося с жаром проснувшейся страсти и перехватила запястья Джеффа, попытавшись отвести его руки. Конечно, не получилось, мои пальцы легко стряхнули и в свою очередь, теперь жених держал меня, пока Джонас наклонялся и… Его губы сомкнулись на вершинке, увлажнив ткань, сначала на одной, потом на второй.

– Что такое, Мари? – шепнул Джефф, продолжая удерживать мои руки, и теперь уже его губы коснулись шеи чуть пониже уха. – Я просто хочу, чтобы твоё желание выйти за меня замуж выражалось не только в счастливой улыбке, - мурлыкнул он, пока язык Джона продолжал дразнить мои соски, заставляя их ещё сильнее выступать под тканью.

А контраст между мокрым кружевом и прохладным воздухом добавлял ощущений, делая темневшие вершинки ещё чувствительнее. Я прикусила губу и прерывисто вздохнула, комната перед глазами чуть расплылась – на ресницах повисли слезинки. Закралось подозрение, а настоящий ли священник, тот, кого привёз Джеффри. Я сомневалась, что он или Джонас станут так рисковать и показывать кому-то из посторонних, что на самом деле происходит в этом доме. Но если не настоящий, то к чему этот фарс?! Неужели Джефф всерьёз полагает появляться со мной в обществе, хотя бы изредка? Мне хватило сообразительности понять, что после всего, что произошло со вчерашнего вечера, я не выйду за порог этого дома, мне просто не позволят. Даже в сопровождении Джеффри или Джонаса. По крайней мере, не в ближайшее время, пока я окончательно не смирилась со своим положением.

– Ну вот, - Джон наконец отстранился, а Джефф опустил мои руки, не разжав пальцев на запястье. – Теперь можно идти, - он усмехнулся, окинув меня довольным взглядом. – Ты готова, малышка.

Да, в самом деле, я была готова… Во всех смыслах. Сбившееся дыхание, жар внизу живота, налившаяся тяжестью и болезненной истомой грудь. Во мне опять проснулось желание, туманившее разум и приглушавшее все остальные эмоции. В том числе и отчаянное нежелание идти куда-то с Джеффри в таком виде. Но – я сделала шаг, потом ещё один, и ещё, ощущая руку жениха на талии. Джонас шёл впереди. Краем сознания отметила, что иду босиком, даже без домашних туфлей. Однако Джеффри проявил заботу по-своему: едва мы вышли из спальни, он просто взял меня на руки и направился к лестнице.

– Я прикажу прибрать спальню, пока нас не будет, - небрежно бросил Джонас, оглянувшись через плечо.

Мне казалось, дом вымер. На первом этаже, пока мы шли к входу в домашнюю церковь, нам не встретился никто из слуг. Джон ненадолго оставил нас, свернув по пути в крыло, где жили горничные, и вернулся к нам, когда Джеффри уже переступал порог церкви. На какую-то долю мгновений я невольно напряглась, ожидая удара молнии, или что жених начнёт хоть как-то реагировать на нахождение в святом месте, но… Ничего не произошло. Как и с Джонасом. Они просто шли по неширокому проходу между рядов скамеек, я по-прежнему находилась на руках Джеффри. Шаги гулко разносились под сводами, а я никак не могла поверить, что всё происходит на самом деле.

У алтаря ждал священник. По виду – обычный, в чёрной сутане с белым воротничком. Я жадно вглядывалась в его непроницаемое лицо, пыталась поймать взгляд, вдруг вспыхнула безумная надежда, что он поймёт, что со мной что-то не так, что вся эта свадьба – фарс. Догадается, что мне нужна помощь! Но… Когда он посмотрел всё же на меня, внутри всё упало, и надежда угасла. Равнодушные глаза лишь скользнули по мне, пока Джеффри ставил перед алтарём, и остановились на женихе.

– Начинайте, - с улыбкой кивнул Джефф, крепко сжав мою ладонь.

Джонас стоял позади, как свидетель, и я всей спиной ощущала его присутствие. Больших трудов стоило не ёжиться и не передёргивать плечами, а ещё, сдерживаться, чтобы не прикрыться. Хотя священник, кажется, и не заметил ни откровенности моего наряда, ни бесстыдно торчавших под кружевом сосков. Он откашлялся, переплёл пальцы и пробубнил:

– Мы собрались здесь, дабы засвидетельствовать брак между этими людьми, - тут я едва не рассмеялась, но сдержалась: это было бы слишком похоже на истерику. Из людей здесь была только я… и может быть, сам священник. – Джеффри Линс, добровольно ли ты берёшь в жёны девицу Мариэль Интари?

Девица. Ещё один повод для веселья, бившегося в груди. Эти маленькие нелепости добавляли гротеска происходящему, и я всё ещё не верила, что в самом деле стану женой Джеффри.

– Да, святой отец, - твёрдо ответил жених.

– Девица Мариэль Интари, добровольно ли ты берёшь в мужья Джеффри Линса? – теперь священник обращался ко мне, со скучающим видом глядя куда-то за мою спину.

В груди сдавило, а горло сжал спазм, и на несколько мгновений дар речи отказал, такая сильная вдруг накатила паника. Джефф вдруг сильно стиснул мои пальцы, чуть повернув голову и посмотрев на меня. В его взгляде читалось предупреждение, хотя голос был мягким и нежным, когда жених заговорил:

– Мари, любовь моя, ну что ты так разволновалась? – он заботливым жестом убрал упавшую на щёку прядь волос. А потом достал из кармана камзола квадратную бархатную коробочку и улыбнулся. – Мы ведь любим друг друга, правда?

– Д-да, - пересохшими губами выговорила я, и этого священнику хватило.

– Обменяйтесь кольцами, - кивнул он, и Джефф открыл футляр.

Два простых ободка из обычного золота, один побольше, другой поменьше. Ни украшений, ни гравировки. Шевельнулось смутное беспокойство, но моя дрожащая рука уже потянулась к украшению. Я словно наблюдала за собой со стороны, как вынимаю кольцо, поворачиваюсь к Джеффри, надеваю ему на безымянный палец… Потом он вынул предназначенное мне, взял мою безвольную ладонь, и золотой ободок легко скользнул на положенное место.

– Объявляю вас мужем и женой, - похоронным звоном прозвучали слова священника, и неожиданно основание пальца закололи сотни невидимых иголочек, так, что я чуть не вскрикнула. – Можете поцеловать супругу, - милостиво разрешил священник и отвернулся, словно дальнейшее его не интересовало вообще.

– Благодарю, святой отец! – с чувством произнёс Джеффри, потом притянул меня к себе и запечатал рот поцелуем.

Долгим, глубоким и далёким от целомудренного. Его язык раздвинул губы, проник в мой рот, ладони легли на попку, прижимая к себе и давая почувствовать, что Джефф готов не только к поцелуям. Когда и как ушёл священник, я так и не поняла, в голове испуганной птицей билась единственная мысль: я теперь жена. Но за кого я вышла замуж?! И что со мной будет дальше?.. Сколько длился поцелуй, выпивающий моё дыхание, я тоже не знала, просто, когда закончился воздух в груди, Джеффри наконец оторвался от моих дрожащих губ и склонился к уху:

– Ну что, любимая супруга, расскажешь, какими шалостями вы тут занимались с Джонасом, пока я организовывал нашу свадьбу? – вкрадчиво спросил Джефф. – А потом подумаем, как тебя наказать, м-м?

Я вздрогнула, прикрыв глаза и сглотнув горький ком, а потом как-то разом расслабилась, обмякнув в объятиях… мужа.

– Да, Джеффри, - покорно пробормотала и кивнула. – Расскажу.

Кольцо, связавшее меня с ним, не снималось. Я попыталась украдкой стащить украшение с пальца, сама не знаю, зачем, но – не смогла. Оно довольно свободно держалось, однако снять его не получалось. А в следующий момент я оказалась снова на руках у Джеффри, и он быстрым шагом направился к выходу из церкви

– Я весь в предвкушении, жена моя, - мурлыкнул он, прижав меня крепче.

А шедший позади нас Джонас тоже улыбался, многозначительно и широко. Я поняла, что моя брачная ночь начнётся прямо сейчас, в середине дня, и будет очень… длинной. Хотя, Джеффри говорил что-то о гостях?