Чтение онлайн

— Если ты не можешь принять мое прошлое... — говорит Дикон. — Тогда да, возможно, ты и права.

Я всплескиваю руками и выхожу прочь из комнаты. Затем я выхожу на улицу, и следующее, что осознаю, я рыдаю, сидя в своей машине. Я бесцельно колесила по улицам, не желая возвращаться к Дикону. Не то чтобы мне было куда идти.

***

— Рита? — удивленно спрашивает папа, когда я вхожу в дверь.

— Привет, — говорю я. — Не возражаете, если я останусь у вас на ночь?

— А как же Дикон? — спрашивает моя мама. — Твой муж.

— Я знаю, что он мой муж, мама, ты можешь просто не совать нос?

— Не лезь не в свое дело, — говорит отец, поворачиваясь к матери.

Они позволили мне упасть на диван, и папа направился на кухню, где начал возиться с кофеваркой, в то время как мама притворяется, что разгадывает кроссворд.

Закрыв глаза, я лежу и думаю о Диконе, когда он был со всеми этими женщинами, и мне интересно, как я могу быть для него другой, не такой как они. Нет, я знаю, чем именно я отличаюсь: я притворяюсь, что замужем за ним. Он должен хорошо ко мне относиться, иначе рискует, что я испорчу все его планы. Переспать со мной было просто... некой забавой. Или он действительно получил удовольствие? А может, это просто привычка? Насколько я знаю, он не прочь переспать с любой женщиной, что будет находиться рядом.

Меня будит звук скрипнувшей раздвижной двери. Мама замечает, как я открываю глаза, и откладывает свои кроссворды.

— Ты проснулась?

— Думаю, да, — говорю я.

— Твой отец только что ушел, так что теперь ты можешь рассказать мне, что случилось.

Я вздыхаю:

— Что случилось с «не лезь в чужие дела»?

Думаю, это стоимость пребывания у них.

— Не знаю, — говорю я.

— Он изменил тебе, не так ли? — спрашивает моя мама. — Мужчина, который выглядит вот так, с тобой и с...

— Мама! — огрызаюсь я. — Подумай сперва о том, как бессердечно это звучит, прежде чем просто сказать это. Хочешь сказать, он мне не ровня?

— Конечно, Рита, — смеясь, говорит мама. — И это хорошо, ты всегда должна будешь выкладываться по полной (прим.: используется термин, который в бейсболе обозначает — бить по мячу изо всех сил так, чтобы он улетел за забор).

Почему всем так нравится проводить аналогии с бейсболом?

— Значит, он все же изменил, да? — с самодовольным видом больше утверждает, чем спрашивает, моя мама.

— Не совсем, — говорю я.

— Так он сделал это, или он этого не делал? — спрашивает моя мама. — И если это было только один раз, я рекомендую тебе простить его. Ты не найдешь другого такого, кто бы зарабатывал...

— Он этого не делал, — говорю я. — Довольна? Но я узнала, что он сильно отличается от того, что я о нем думала.

— Как это? — спрашивает она.

— Я узнала, что он... после смерти Стейси в его постели перебывало очень много женщин.

Мама пожимает плечами:

— И что? Он был одинок и убит горем.

— Эй, — говорю я, скрестив руки. — Ты должна быть на моей стороне.

— Я на твоей стороне, Рита, — говорит мама. — Я пытаюсь вернуть тебя к мистеру денежному мешку. Ты рискуешь своим браком, потому что до тебя он был с женщинами? Кого это волнует?

— Если он был с тридцатью женщинами, каковы шансы, что я лучше, чем они...

— Да ладно тебе, Рита, — говорит моя мама. — Разве он женился на какой-то из этих женщин?

Я вздыхаю. Я не могу сказать ей, что наш брак фиктивный. Что моя неискушенность — практически единственная причина, по которой меня выбрали.

— Разве он не должен был горевать о Стейси? Всякий раз в кино, когда у парня умирает жена, он всегда слишком измучен горем, чтобы смотреть на другую женщину.

— Жизнь — это не кино, Рита, — говорит мама. — Люди скорбят по-разному.

Я слышу, как открывается раздвижная дверь, и появляется папа. Я замолкаю.

— Что происходит? — спрашивает он.

— Я выяснила, почему Рита здесь, — говорит мама. — Она расстроена просто потому, что Дикон переспал с кем-то... до того, как они начали встречаться. Он даже не изменял ей.

Папа смеется:

— Черт возьми, Рита, если спать с кем-то, прежде чем начать встречаться с кем-то другим, у твоей мамы были бы десятки причин злиться на меня! Когда-то, когда я учился в колледже...

— Роджер, — говорит Мама. — Мы оба знаем, что это неправда.

Плечи отца опустились, и он сказал:

— Там была пара...

— Пара в буквальном смысле этого слова, — говорит моя мама. — Двое, включая тебя. До меня ты переспал лишь с одной девушкой, и я была так хороша, что ты никогда не вспоминал прошлое.

Я пытаюсь заткнуть уши, но все еще слышу мамин голос.

Папа смеется.

— Хорошо, ты меня подловила. Но если бы я не встретил тебя, то клянусь, я бы сорвал все до единого цветки во дворе. Я бы...

Я затыкаю пальцами уши и начинаю мычать. Наконец-то я их не слышу. Не желаю представлять, как мои родители занимаются сексом. Насколько мне известно, меня принес аист.

Мама трясет меня за плечи:

— Он прекратил. Ты такая ханжа, Рита, иногда не могу поверить, что это мы тебя вырастили.

— Это бунтарский поступок! — говорит мой папа. — Я же говорил тебе, что когда она впервые попросила нас пойти с ней в церковь, а мы отказались — мы ее потеряли!

— Не начинай снова, Роджер...

— Говорю же! — продолжает он. — Если бы мы притворились заинтересованными, она бы занялась чем-нибудь другим.

— Да, — говорю я. — Как наркотики. Ничто не может быть таким же бунтарским или таким же плохим, как ходить в церковь, да?

Мама вздыхает:

— Ну, это сделало тебя такой ханжой, что ты так нервничаешь из-за прошлого Дикона. Живи сегодняшним днем, Рита. Я уверен, что в Библии что-то сказано на этот счет.

Я смеюсь. С тех пор, как я стала набожной, это стало маминой линией поведения. Она давала мне советы, а потом говорила, что уверена, что в Библии обязательно что-то об этом написано.

— Папа, что у нас на ужин? — спрашиваю я.

У нас всегда готовит папа.

— Сардельки, — говорит он. — Обжаренные в пиве.

— Опять? — спрашивает моя мама.

— Не нравится? — огрызается он. — Готовьте сами!

Я сажусь с ними есть, а сама думаю о том, что сказала моя мама. Вправе ли я судить, что Дикон делал в прошлом? Если я поговорю с ним, и он скажет, что серьезно настроен быть со мной, тогда какая разница, что было до меня? Дикон ни слова мне не сказал о том, что у меня было так мало мужчин до него? Нет... он никогда не заставлял меня чувствовать себя плохо из-за этого, так почему я должна делать то же самое с ним?