Чтение онлайн

— Так это «да»? — спрашивает он, глядя на меня снизу-вверх.

Я беру кольцо и надеваю его обратно на свой палец.

— Это, определённо, «да», — отвечаю, улыбаясь. — Вероятно, это первый раз в истории, когда кто-либо сделал предложение с обручальным кольцом.

Дикон поднимается и хватает меня, крепко прижимая к своему телу. Мы долго целуемся, глубоко и страстно.

Я слышу, что Анна вошла в то время, как мы целовались, и отстраняюсь от Дикона.

— Мы делаем это настоящим, Анна. Дикон сделал предложение снова!

Она улыбается.

— Я видела, что все идет к этому.

Я надуваю губы.

— Ты всё обломала, нужно было изобразить удивление!

— Я не удивлена, — отвечает Анна. — Но я офигенно счастлива за вас!

Она обнимает меня, не выпуская свой бокал. Немного «Маргариты» выплёскивается, но никого из нас это не волнует.

— Я думаю... — говорит Дикон. — Я думаю, когда судья увидит это, увидит, что мы настоящая семья, думаю, она поймёт, что место Элси здесь. Она увидит, что есть между нами, и поймёт, что у нас есть много любви, чтобы подарить… и…

— Ты говоришь, что любишь меня? — спрашиваю я, усмехаясь.

— Не ведись так сильно на это! — огрызается Анна.

— Он почти сказал это! — говорю я. — Он мог забыть, что ещё не говорил этого, и считать, что сказал. Я хотела напомнить ему в случае…

— Я люблю тебя, Рита, — произносит Дикон и целует меня снова прежде, чем мне удаётся вставить хоть слово.

Когда мы прекращаем целоваться, долгое время спустя, Анны опять нет. Дикон улыбается мне. Это искушающая улыбка, и я очень чётко понимаю, чем он искушает нас заняться.

— Я тоже люблю тебя, Дикон, — я смеюсь. — Боже, никогда не думала, что из всех людей скажу это тебе!

— Ты всегда была влюблена в меня, — усмехается он. — Ты должна была, как минимум, фантазировать об этом или хотя бы о тех вещах, которые мы уже проделали друг с другом, — подмигивает Дикон.

— Заткнись, — отвечаю я, ударяя его в грудь. — Я не была влюблена в тебя, идиот!

Он ухмыляется, затем берёт меня за руку и увлекает вверх по лестнице в свою спальню.

Мы в рекордное время избавляемся от своей одежды.

— Есть какие-либо другие позиции, которые ты не пробовала? — спрашивает Дикон. — Думаю, мы можем по-быстрому опробовать их все…

Я нервно смеюсь, обдумывая целый ряд идей.

— Есть кое-что, что я хотела бы сделать, — произношу я. — Не позиция, не совсем.

— О, — говорит Дикон, выгибая бровь.

— Не то, — отвечаю я. — Я говорю о душе.

— А-а-а, — произносит Дикон, усмехаясь. — Я всегда готов к хорошему душевому траху.

— Ты только что сказал, что любишь меня. Тебе обязательно продолжать называть это душевым трахом?

— Душевой любовью, — говорит он, широко улыбаясь.

— Это даже хуже, — заявляю я. — Просто не называй это вообще никак.

— Разве Брайн не делал этого в душе? — спрашивает Дикон.

— Он утверждал, что душ предназначен для очищения, а этот наш греховный добрачный секс был грязным.

Дикон смеётся. Слишком сильно.

— Как будто эти две вещи не уравновешивают друг друга в таком случае? Смыть грех?

— Я пыталась привести этот аргумент! — говорю я. — Но он не желал слушать.

— Меня тебе не придётся убеждать, — произносит Дикон, включая воду.

Скольжу взглядом вниз по его телу, бугрящемуся мускулами и покрытому чернилами. Его член сейчас ещё недостаточно возбуждён — это первый раз, когда я вижу его в состоянии ином, нежели полное возбуждение и подрагивание.

— Ты в порядке? — спрашиваю я.

— Это сложно: выбросить Элси из головы, — говорит Дикон. — Эйдан сказал, что мне даже не разрешено звонить ей.

Я вхожу в душевую кабинку, беру Дикона за ладонь и тяну его к себе.

— Я улучшу тебе настроение прямо сейчас, а затем мы вернём её обратно, вместе.

Мы ступаем под воду, и я беру его большой толстый член в свою ладонь. Пробегаю нежно рукой вдоль его мужского достоинства и чувствую, как оно растёт и твердеет, в то время как я вожу рукой по его длине.

После всего десяти или около того секунд, я могу видеть, как вздуваются его вены, а член становится настолько большим, что я больше не могу сомкнуть пальцы вокруг него.

Я обхватываю его яйца, а Дикон тянется губами вниз к моей шее. Он поднимается поцелуями по моей шее, пока не достигает мочки моего уха. Дикон прикусывает её, и я ощущаю его язык, который легко касается моего уха. Он покусывает моё ухо, когда я начинаю ритмично поглаживать его толстый член.

Горячая вода бьёт по нашей коже, и я выдавливаю немного геля для душа на ладонь. Вспениваю его и возвращаюсь к работе над членом Дикона.

— Твой член такой грязный, Дикон, — шепчу я. — Мне нужно вымыть его.

— Убедись, что он благопристойный и чистый, — произносит Дикон, постанывая, пока я глажу его.

Дикон прислоняется к стене, в то время как моя ладонь скользит и двигается по всей длине его члена. Я замечаю, что трение кружит ему голову и всё тело Дикона напрягается.

— Иисусе, Рита.

— Не поминай Господа всуе, — говорю я, прислоняясь и кусая его губу.

— Бл*дь, — выдаёт Дикон.

Я кусаю сильнее.

Он внезапно пробирается между моих ног и пальцем скользит прямо внутрь меня. Я задыхаюсь. Я уже мокрая и понимаю, что в то время, как его палец проникает в меня, я чувствую себя мокрее, чем даже в душе.

Дикон прижимает меня к стене, меняясь со мной местами. Затем проникает в меня ещё одним пальцем, и я чувствую, что мои колени слабеют. Дикон сильнее прижимает меня к стене, чтобы я не упала, но вместо этого я обхватываю его руками и плотно вжимаю своё тело в него. Я хватаюсь за его сильную спину, пока он скользит вперёд-назад своими пальцами во мне.

— Я хочу твой член, Дикон, — прошу я.

— Он благопристоен и чист, — отвечает Дикон. — Лицом к стене.

Я подчиняюсь.

Опираюсь руками в дальнюю стенку душевой кабинки и наклоняюсь, пока моя задница не выпячена так далеко, насколько это возможно.