Чтение онлайн

— Богатенький мальчик, — шепнула ему Одетт, хотя говорила так громко, что мы все прекрасно её услышали.

Мясник округлил рот, кивнул и оглядел меня с ног до головы.

— Неплохо, наверное, — бросил он с явным подтекстом.

— Она ведь…

— Пойдём, мистер Ворбакс, — Одетт взяла меня под руку, не дав раскрыть её секрет о том, что она сама являлась «богатенькой девочкой». — Это будет твоё последнее испытание на сегодня. Касса самообслуживания. Ты будешь моим грузчиком.

— Подожди-ка, твоим… кем? — переспросил я.

Гейл

Первый день на этой кухне показал мне, что готовка куда сложнее, чем кажется. Теперь, спустя несколько дней, я убедился, что готовить по-прежнему сложно, а мне на кухне точно не место.

— Жжёт! — заорал я, хватаясь за раковину, пытаясь промыть глаза.

Но тут же почувствовал, как Одетт бросилась ко мне.

— Никакой воды!

— Жжёт! Чёрт!

— Зачем ты трогаешь глаза, когда режешь перцы? — закричала она.

— Я забыл!

— Кто вообще забывает о таком в процессе?!

— Мне больно! Почему ты орёшь на меня?!

— Потому что! Чёрт побери! — она схватила меня за руки и отвела от раковины.

— Куда мы идём? — паниковал я, так как не мог открыть глаза.

— Не волнуйся, я тебя держу. Садись. — Она усадила меня на табурет. Паника немного отступила, но жжение всё ещё пульсировало в глазах, будто огонь пожирал их изнутри. Боль была такой, что у меня дрожали ноги.

— Его нужно отвезти в больницу, — произнёс слева Искандар.

По его тону я понял, что он был взволнован, и мне захотелось увидеть его лицо.

— В больницу из-за этого? Принеси мне молока, — рявкнула Одетт в ответ.

— Молока?

— Мисс Одетт…

— Искандар, вы хоть что-то знаете об американской системе здравоохранения? Нет? Вот и помолчите. Если мы поедем туда, пока он будет ждать приёма, пока я буду объяснять, что случилось, пока оформим бумажки — он будет страдать ещё дольше! — отрезала она.

— Мне бы этого не хотелось, — пробормотал я сквозь слёзы, от которых жжение только усилилось.

— Молоко, — подал голос Вольфганг с правой стороны.

Она ничего ему не ответила, но вскоре я почувствовал, как мокрое полотенце, пропитанное молоком, коснулось моих глаз. Холодная влага немного успокоила жжение, и дрожь в ногах понемногу утихла. Я выдохнул с облегчением.

— Ты как ребёнок в теле взрослого мужчины, знаешь об этом? — прошептала она, находясь так близко, что я чувствовал её дыхание на своей коже.

Она уверенно водила мою голову в разные стороны, чтобы осмотреть глаза. Даже не спросила разрешения.

— Мне это уже говорили, — прошептал я.

Правда, я сомневался, что маленькие дети борются с искушением обнять кого-то за талию и притянуть к себе.

— Как сейчас ощущения? — снова шепнула она, от чего у меня по спине пробежал холодок.

Мне захотелось снова натереть глаза перцем, лишь бы она осталась так близко.

— Лучше, — ответил я, хотя думал совсем о другом.

— Можешь открыть глаза?

Я попробовал, но смог продержать веки открытыми всего мгновение. Её лицо расплывалось, но даже в таком виде оно было удивительно красивым.

— Почему ты улыбаешься?

Чёрт.

— Э-э, улыбаюсь? Я просто стараюсь не заплакать, — выдавил я, слегка соврав.

— Ложись, — велела она, перекидывая мою руку себе на плечо и поддерживая.

О, я точно нуждаюсь в ещё одной порции перца.

— Я помогу... — начал Искандар.

— Нет, не поможешь, — отрезал я ему по-эрсовски.

— Что ты сказал? — насторожилась Одетт, не убирая рук.

— Сказал ему, чтобы не паниковал. Мне лучше.

— Хорошо, осторожнее, — попросила она, обходя что-то на полу. После нескольких манёвров я, наконец, оказался на диване. — Всё, ложись.

Её руки на моей груди и плече жгли сильнее, чем перец глаза. Но потом она положила на них влажное полотенце, и я рефлекторно потянулся к нему.

— Нет, не двигай. Полежи так пару минут.

— А ты куда? — спросил я, хватая её за руку.

— Доделывать ужин. Не волнуйся, твой телохранитель прямо тут.

— Ты оставишь меня на него? Он вызовет скорую, если я чихну, — пробормотал я с обидой.

— Кажется, вам уже лучше. Честно, я бы хотел, чтобы жжение длилось дольше, — огрызнулся Искандар по-эрсовски.

— Он говорит, что не уверен, знаешь ли ты, что делаешь, — соврал я Одетт.

— Ах, вот как? — тут же вспылила она, обращаясь к нему. — Это не моя вина! Как видишь, ему уже лучше. Так что не надо быть таким строгим. Люди — не роботы, у всех случаются ошибки.

Я прикусил щёку, чтобы не расхохотаться.

— Я сейчас вернусь. Зови, если снова начнёт болеть, — попросила она.

Я кивнул и прислушался, пока её шаги не затихли.

Только тогда Искандар вновь заговорил.

— Вы довольны собой, сэр?

Я ухмыльнулся.

— Прости, но дай мне насладиться моментом. Она ещё никогда не была со мной такой нежной.

— Хорошо, только не калечьте себя ради её внимания.

— Никогда бы не стал, — солгал я.

Хотя идея, возможно, стоила внимания.

Какой денёк! Гораздо веселее, чем я думал. Вот как живут обычные люди: стригутся на кухне, ходят в продуктовые магазины, готовят ужин... и натирают глаза перцем.

Всё было таким... обыденным.

Я ещё несколько минут пролежал на диване, а затем потянулся, чтобы снять полотенце с глаз. Поморгал несколько раз, и жжение почти ушло, оставив после себя лёгкую головную боль.

Но вскоре я уловил аромат того, что она готовила, и посмотрел через спинку дивана. Одетт стояла у плиты, пробуя соус с деревянной ложки. Видимо, результат её устроил, потому что она улыбнулась, затем взяла телефон и снова что-то прочитала. После этого она добавила в кастрюлю овощи, которые мы купили, и повернула ручку на плите. Каждый её шаг, каждое движение притягивало мой взгляд. Она была... какой-то совершенно другой.