Чтение онлайн

Единственной, что поселилась в моем сердце, стала Мелина. Она была моей первой любовью. Искренней, всепоглощающей, чуткой любовью. Рядом с ней я будто бы оказывался высоко в небе. Парил, подгоняемый попутным ветром, и грелся под теплым весенним солнцем.

Между нами ничего не было. Мелина никогда не жила в малахитовых покоях, а наше общение заканчивалось лишь невинными поцелуями. Но я любил, и верил, что она любила меня.

Любой каприз, просьба, желание. Для меня не было преград, а если и было, то я их ломал. Если она чего-то хотела или просила, я беспрекословно исполнял. Однажды, мне пришлось уговаривать отца взять на службу в казначейство её дядю.

После всего, что я сделал, Мелина выбрала моего брата. Это был настоящий удар. Предательство. Не только её, но и Малека. Оказалось, что он давно положил на неё глаз. Они быстро поженились, а я еще долго не мог прийти в себя. Все спрашивал почему да почему. И добился ответа. Малек – старший сын. Он – будущий князь, а я всего-то на побегушках. Какая корысть. Но не все в жизни можно просчитать. Смерть не обхитришь. Мелина умерла от какой-то болезни. Даже целители из Сапфиора не смогли помочь ей.

– Не буду. Ты уже её поселил. Все в замке это знают, – сухо произнесла матушка.

– Мне больше интересно, зачем в отборе обязательно участвовать иномирянке?

– Приказ королевы, – она покачала головой. – София привела в королевство столько девушек. Не знаю, к чему это приведет. Бедные, я не завидую их судьбе.

– Им придется привыкать здесь жить. Ну а если они выиграют отборы и станут женами князей, то будут привыкать с удобствами.

На лице матери скользнула улыбка.

– Надеюсь, у Светланы есть шанс.

– Да-а, – протянул я. Мне как раз бы повысить её шанс.

– Королева правильно сделала, что возродила эту давнюю традицию. Они были придуманы не просто так. Может это единственный шанс женить упрямого дракона.

В ответ я улыбнулся.

– Что ты в действительности хотела со мной обсудить? – матушка вряд ли бы явилась среди бела дня просто чтобы пожалеть иномирянок. Обычно наши разговоры носили более содержательный характер.

– Сегодня, когда я гуляла на крыше…

«Кира-ан», – в голове раздался хриплый голос Светланы. «Кажется я умираю…»

Я не расслышал, что сказала, мне матушка дальше. Резко поднялся с места, перепугав её.

– Извини, мне нужно по одному срочному делу.

Матушка опешила.

«Что у тебя стряслось?» – мысленно спросил я девушку, но та не ответила. Не раздумывая больше ни секунды, я ринулся к балкону. Так быстрее, но заметнее.

В один взмах я оказался на нужном балконе. Двойные двери были распахнуты в гостиную, но в тот момент меня бы они не удержали. Мы ведь только виделись. Что могло случится за столь короткое время?

Волнение охватило с головой, когда я ступил в прохладную темноту помещения. Сердце больно ударилось в груди, когда передо мной предстала ужасающая картина. На полу вместе с перевернутым стулом лежала Светлана. Горничная сидела рядом и придерживала её голову, обтирая бледные щеки. Кажется, служанку звали Юлин. Она подняла на меня блестевшие от слез глаза и испуганно прошептала:

– Я не виновата… Я…

– Зови на помощь!

Приказав, я кинулся к умирающей девушке. Никаких сомнений. Это яд.

– Уже, ваша светлость, – Юлин отползла на коленях от Светланы. – Я отправила лакея!

Дверь в покои и вправду была приотворена, а из коридора доносился шум. Но дожидаться прихода лекаря не имеет смысла. Важен каждый миг.

Моя матушка всегда боялась отравлений. Поэтому приучила и меня, и Малека носить с собой медальон из жабьего камня. Внешне он никак не походил на выуженный из болот булыжник. Скорее ограненный серебром опал. Достаточно положить его под язык, чтобы спастись от неминуемой участи.

Я действовал быстро. Вытащил украшение из-под рубашки, сдернул с шеи и, уложив голову девушки набок себе на бедро, грубо впихнул под язык камень. В первые мгновения ничего не происходило.

– Не сиди без дела, зови! – гаркнул на горничную, которая таращилась на нас. Она тут же подорвалась и заспешила к выходу.

Возможно не стоило её отпускать. Вдруг сбежит, но больше отправлять было некого, а оставить Светлану я не мог.

– Кто же додумался подлить тебе яд? – прошептал я, коснувшись ледяного лба и щек девушки. Она по-прежнему оставалась неподвижной. Ни дрожания век, ни шевеления губ. Но сердце все еще билось. Медленно, но равномерно.

Внезапно меня осенило, и я почувствовал себя ужасно виноватым. Неужели все это случилось по моей воле? Из-за моей мысли, что проскочила во время заключения сделки? Магические силы вмешались в ход событий и исполнили сделку по-своему? Нет, она ведь должна была подумать о том, что говорила.

Сильное отчаяние охватило меня.

– Давай не будем так заканчивать нашу авантюру!

Интуитивно склонившись к ней, я обратился к ней мысленно: «Ты нужна мне. Нужна! Прошу, очнись!».

Не знаю, было ли это действием магии или просто совпадением, но Светлана дернулась в моих руках. Задрожав, её веки приоткрылись.

– Кхм… кхм… – девушка попыталась выплюнуть камень, но я придержал её челюсть.

– Не надо, это лекарство.

«Какой-то… неприятный… вкус».

– Потерпи немного.

Успел. Облегчение накатилось дикой волной усталости. Словно я все время сидел, напрягая каждую мышцу в теле, и только сейчас позволил себе расслабиться.

Светлана непонимающим взглядом уставилась на меня. Два ярко-голубых глаза виделись мне запуганными и невероятно печальными. Бедная. Сколько же всего ей пришлось пережить из-за попадания сюда. Не прошло и дня, а она уже оказалась на пороге смерти.

Но кто мог это сделать? Конкурентки? Они еще не видели её. А если и видели, то мельком. И вряд ли бы успели подсыпать яд. Фагмий вряд ли бы пошел на такое. Но кто тогда?

Я всмотрелся в голубые глаза и ласково погладил девушку по голове, запустив пальцы во влажные шелковистые волосы. А что, если ты съела то, что предназначалось кому-то другому?

Меньше всего хотелось вновь пить или есть. Но вокруг меня так хлопотали, что противиться было невозможно. Надо отдать должное новой горничной, которую выделила княгиня из своей личной прислуги. Она бережно поправляла подушки, пока я отлеживалась в кровати после отравления. Подносила воду, пробовала предлагаемую еду и с невероятным трепетом разговаривала со мной.