Чтение онлайн

– Свершение физической стороны брака. Хотя я совершенно не понимаю, для чего именно брачные отношения.
– Давно крутилась эта мысль в моей голове, озвучить просто было некому, а тут такой удобный случай и слушатель, который возможно даст мне ответы на некоторые мои вопросы и возможно, даже честные.

– В смысле?
– Ян явно не подобного от меня ожидал.

– В самом прямом. Если я и воспитывалась при монастыре, то это не значит, что я совсем оторвана от реальности и мое сознание обитает где-то там.
– В подтверждении своих слов помахала рукой в сторону окна, указывая видимо на то самое "где-то". Ян же неожиданно даже развернул кресло, видимо решил удостовериться, что оно, сознание то есть, действительно не где-то там. М-да, невысокого же он обо мне мнения.
– Не стоит забывать, что монастыри Реи дают последние пристанище личностям очень далеким от благочестия: убийцы, маньяки, воры, да и просто неудачники, на которых списали чужие грехи. Они евнухи и сделать ничего не могут... в физическом плане, но вот просветить. О чем никогда не говорили монахини, с удовольствием расскажут они, это знает каждая.

– Как интересно.... И на каких же основаниях вы предположили, что брачные отношения это не обязательный критерий?

– Исключительно лишь со слов моего несостоявшегося мужа и его дневника.

– Дневника?
– деланно удивился Ян.

– Та самая книжечка, которая была у меня в руках, когда вы изволили меня спереть.

– А-а-а-а.... Эта! Да, занятое чтиво, только я бы на вашем месте не стал верить всему, что там написано.

– Позвольте это уже мне решать, - меня немного напрягли вскользь оброненные им слова о достоверности и о его мнении "на моем месте". Ещё одного умника на моем пути мне только и не хватает для полноты ощущений.
– Тем более что никаких других версий у меня больше нет, а иной информацией я не располагаю.

– А я тут на что?

Будь я чуть менее трезва, мне бы и в голову не пришло, что он сейчас таким образом надо мной подшучивает. Но не сейчас, когда все чувства словно обострены и малейшее проявление эмоций подмечает взгляд.

– Неужели для того, что бы меня просветить?

– Ах, меня раскусили!
– Картинно закатив глаза, Ян уже не скрывал своего веселья.

– А если серьезно?
– Весь этот фарс изначально порядком раздражал, но сейчас он уже перешел все допустимые границы, исчерпав моё и так мизерное терпение.

– Я здесь для того, чтобы в целости и сохранности доставить вас к моему Главе, и вашу няньку я здесь изображать, не намерен. Так что...

– Ян, я разве просила вас опекать меня?
– Вот и дождалась, раздраконила человека зазря, на эмоции вывела. А надо ли было?
– Я просто нуждаюсь хоть в какой-то информации. Мне необходимо знать, что происходит, и чем я могу в случае чего помочь. Поверьте, я сама не в восторге от того, что мне приходиться висеть у вас мертвым грузом неизвестного содержания. Просто ответьте на несколько моих вопросов, по возможности правдиво и я клянусь, буду вести себя как положено и нос свой, куда не надо не совать. Пожалуйста.
– В глазах мужчины напротив отразилось нешуточная борьба. Видимо мое предложение о тихом поведении оказалось для него настолько заманчивым, что он готов был рискнуть, выдав мне часть информации. Правда потом мне придется ещё поломать голову над тем. Насколько много в ней было правды, но что-то мне подсказывает, что времени у меня на это будет предостаточно.
– Ян, я не могу больше скитаться в неведении. Это жутко тяжело, считать себя монстром.

В кабинете на некоторое время установилась тишина, нарушаемая ставшими уже привычными звуками с улицы: мерное поскрипывание и шелестящий свист ветра. Ян все так же продолжал сидеть напротив меня каменным изваяньем, устремив взор горящих негодованием глаз куда-то далеко и, если бы я не была уверенна, что такое совершенно невозможно, то решила бы что он с кем-то сейчас ожесточенно спорит. Я же, безвольной тряпочкой растеклась в кресле, окончательно растеряв свой задор и пыл, выговорив хоть кому-то все то, что успело накопиться в душе за многие годы отчуждения.

Встав, он двинулся неверной походкой прочь из кабинета, совершенно кажется, забыв обо мне.

– Сейчас сюда принесут завтрак, поешьте, а потом поговорим.
– Равнодушное замечание, произнесенное ровным голосом, словно бы вскользь, не смогло скрыть от меня той вселенской усталости, что скрывалась за показным бесстрастием.

– Я буду ждать.
– Уже в спину успела заметить задержавшемуся в дверях Яну.

– Верю.
– Кривая ухмылка напоследок и он исчез за хлопнувшей дверью, которую тут же распахнула с пинка тащившая увесистый поднос девушка-кошка, в которую я так опрометчиво пульнула недавно подушкой. Фируза кажется?

В полном молчании, одарив меня недовольным взглядом, она быстренько выставила передо мной скудный завтрак, стоящий из пары бутербродов с каким-то мясом и твердым сыром, стаканом чая и так "любимыми" мною зелеными яблоками.

– Спасибо.

Учтиво поблагодарила я девушку, чтобы хоть как-то загладить перед нею вину, на что меня с полным достоинства видом проигнорировали фркнув и, высоко задрав курносый нос, удалились. Стоит заметить, что мне стоило невероятных усилий не заржать в голос, настолько комично смотрелась эта малышка с вздёрнутом носиком, пытающаяся строить из себя, в лучших традициях любовных романов, оскорбленную леди. При ярком освещении я смогла выяснить для себя, что странная девушка выглядит даже младше меня на добрых пару лет. Хотя сама при каждом удобном случае, когда ей казалось, что я не вижу, с интересом косилась на меня, словно на диковинную зверушку.

Пожав плечами и выкинув из головы эту комедию, только что разыгранную передо мной, я с азартом набросилась на еду. Любимые, не любимые у меня эти зеленые яблоки, а голод - не тетка, захочешь есть и не такое слопаешь за милую душу.

Только я успела доесть, как вернулся Ян, притащивший, как вы думаете что?

Правильно, книгу, очень смахивающую на тот самый дневник, что недавно вручил мне совершенно другой человек, намеривавшийся стать мне мужем. Гад.

– Что это?

– Это?
– Протянул мне для наглядности книгу Ян.
– Да берите, не бойтесь её так, это же не змея, право слово!

– Чтобы и вы сплавили мне на хранение свою макулатуру неизвестного происхождения!?
– Я была готова отдубасить блондина этой же книгой, если он сейчас же не уберет её с глаз моих.

– Даже реши я так поступить, мне этого просто на просто не позволит сделать капитан, так как это его сборник "сказок", причем коллекционного издания, раритет. И откуда только сперли?!
– Открыв титульный лист, он тут же его закрыл, а на мой невысказанный вопрос заявил.
– Я этого не видел.

– А почему сказок?

– Не сказок, а "сказок".

Словно я знаю разницу!

– И-и-и? В чем разница-то?

– Это, - демонстративно постучав по обложке, - сборник всех мифов, которые успели написать и устно сочинить за все время о нашем народе.

– Что, прямо все?
– Утвердительный кивок. И тут до меня дошло....
– О каком народе?

– Об Аргхах.

– Аргхах? А это кто?

Вместо ответа, Ян отбросил книгу на стол и одним слитным движением оказался около меня. Его лицо, с застывшей словно маска, отчужденностью, оказалось так близко от моего, что я со всей доступной четкостью смогла разглядеть, как его обычный, человеческий зрачок вытягивается в тонюсенькую ниточку, а золотая радужка медленно растекается по всему белку. От этого зрелища я испуганно вжалась в кресло, стараясь спрятаться от этого огромного зверя, да, именно зверя, так как человеческого в нем сейчас было мало.

– Это й-а-а-а....
– Нависнув надо мною, протянул это... этот аргх.

Усы, глаза и эти... мохнатые ушки, так задорно выглядывающие их густой блондинистой шевелюры! Знакомьтесь, кот, просто кот, мать его.

– Э-э-т-т-то что?! Кто вы такой?

– Один из тех, кому вы, возможно, будешь приказывать, если вы действительно та, кем тебя считают.

– О чем вы?

– Аргхи - исконные жители Империи, мы же потомки тех, кто решил не покидать этот мир, и остались жить здесь. Люди же перешли сюда уже перед самой катастрофой, принеся с собой заразу из-за которой все и произошло. Власть Крови никогда не будет на них распространяться уже только потому, что мы разного вида. Если ты сможешь пробудить в себе кровь предков, то любой аргх будет рад отдать за тебя свою жизнь, но на людей твоя власть никогда не будет распространяться, как бы кто не считал. Твой лорд знал об этом, но предпочел тебе не говорить. Сама догадаешься, почему?