Чтение онлайн

Не буду рассказывать, каких трудов мне стоило добраться до небольшой дверки у печки, но счастья потом было выше небес.

Уже сидя на лавочке, опираясь спиной о крепкий деревянный стол, вдетая Елеей в легкий, широкий сарафан и теплые шерстяные носки, с кружкой теплого отвара, слушала о том, как Ян меня притащил к травнице и в каком состоянии он был сам.

– Нет, ну это ж надо было! Я всегда знала, что у Яна свои тараканы в голове, но три дня держать тебя на одной горечавке это, знаешь ли...! Только наш железный Ян такое мог удумать.
– Возмущалась Ессея, потрясая кочергой.
– Я когда вас на пороге дома увидела, думала это по мою душу Чули (местный аналог тетушки Смерти, только они парами больше ходють) пришли. А потом как разглядела, в каком вы оба состоянии..., думала по ваши души ждать.

– Но всё же обошлось. Я так понимаю, что больше благодаря вашим стараниям.
– Попыталась успокоить разошедшуюся не на шутку знахарку.

– Да я-то почти ничего не делала, только отвары да бинты Яну успевала отдавать. Он все сам, да сам, не пускал к тебе, пока ты в стабильное состояние не пришла....

Пздынь!

Прыснув во все стороны глиняными осколками и остатками отвара, кружка разбилась, выскользнув из враз ослабевших рук.

– Сам?

Ой, дайте мне лопату, я пойду в какой-нибудь сугроб побольше и как можно глубже закопаюсь!!!

– Ой, что же это ты так? Тебе плохо? Голова не кружится?
– Закудахтала знахарка, изображая вокруг меня бурную деятельность с тряпкой наперевес.
– Ах, да что же это я! Сейчас-сейчас, все уберем, и я тебя накормлю.

Так и подмывало сказать ей, переигрываете, не верю. Но, чувство такта не позволяло, да и... лень? Да и нет у меня причин её в чем-то обвинять, все же я совершенно непонятно кто, да ещё и с такой выдающейся шевелюрой. Сразу же ясно, кто такая и за что меня "подпалили".

– Елея, а мы одни?
– Моим вымороженным голосом можно было воду в лед превращать.

– В смысле? Мы с тобой тут пока одни, а так, в деревне, много ещё народу. У нас поселение большое, под пятьдесят дворов уже.
– Снова начала строить из себя дурочку.

– Елея, с нами кто-то ещё был? Или только я и Ян?

Мой вопрос так и повис в воздухе. Женщина с мокрой тряпкой в руках так и замерла посередь комнаты. Резко стало так тихо, что я даже прекрасно слышала, как в сенях что-то упало, а потом мягкие лапки прошли в нашу сторону.

– Мяу?
– вопросительно.

Огромный, бело-кремовый кот, вальяжно вплыл к нам. Животное было настолько пушистым, что больше смахивало на меховой шарик. Даже лап было не видно.

– Мур-рр-р?
– Пушистый монстр запрыгнул на лавку и уставился на меня своими яркими зелено-желтыми глазищами.

– Ессея...?

Женщина, все это время внимательно следившая за котом, тяжело вздохнула и, вмиг растеряв всю свою приветливость, строго уставилась на меня.

– Если тебя совесть мучает, то спроси об этом у самого Яна. Мне он ничего не говорил. НО! Вы были одни.

Меня опалило холодом, а в душе все сковала глыба льда.

Как больно....

В руку ткнулся холодный мокрый нос кота.

– Мур? Мурк!

Горячий, шершавый язык прошелся по не забинтованному пальцу.

Стараясь не сделать больно ни себе, ни коту, осторожно принялась почесывать животинку. А кошак, состряпав наглую моську, развалился поперек лавочки, подставив мне свое мохнатое пузо и, оглушающее мурча, закатил в экстазе глаза, стоило мне только запустить в его шерсть пальцы.

Перед глазами все снова как в тумане и щекам почему-то жарко и щиплет...?

– Пф!
– Сдернув с головы косынку, из-за чего по её плечам рассыпались огненно-рыжие волосы, Ессея покинула наше общество, громко хлопнув дверью в сенях.

Больше ни чем не сдерживаемая, сграбастав придушенно муркнувшего кота, не обращая внимания на боль в руках. Разрыдалась, уткнувшись носом в одуреюще пахнущий снегом и морозом мех.

– Опять.... Опять я... вино-о-овата-а-а.... Они, все... из-за меня! А я... дура!

Слезы лились горячим потоком на белый мех уже мокрого кота. Поначалу он пытался сопротивляться, но теперь просто висит у меня на руках, смерившись с участью подушки-подружки и жилетки в одном флаконе.

Неожиданно по ногам ударил порыв холодного воздуха. Отняв от мокрой шкуры заплаканное лицо, увидела, как в комнату, словно ураган вбежал Ян. Заметив меня, он как был, в шубе и сапогах, рванул ко мне.

– Ами, что тряслось? Ами?

Ян, присев передо мной на корточки, попробовал забрать из моих рук кота, в шкуру которого я снова зарылась носом. Рывок, ещё один. Придушенный мяв...

– Амина, отпусти Магистра, а то мы его задушим так.

– Ко-ик-го?
– Ну вот, наплакалась, теперь икаю.

– Кот, его зовут Магистр. Отпусти несчастного, а то он уже весь сырой. Вот, ты только посмотри какой он теперь взъерошенный.

– Ой!

И правда, теперь у кота шерсть на спине стояла сосульками и топорщилась во все мыслимые и немыслимые стороны.

Отдав кота Яну, шмыгнула носом. Черт, да что же это всем от меня одни неприятности. Вот и кот от меня пострадал, а ребята на кораблях вообще... умерли. А-а-а-а!!!

Из глаз снова брызнули слезы. Да что же это такое? Никак не успокоюсь.

– Амин, ну что же ты плачешь-то? Из-за Магистра что ли? Да не переживая ты так, ему полезно лишний раз умыться. Через часик ещё пушистей станет.

– Мя!
– Возмущенное со стороны от кота.

А я же только больше рыдать начинаю. У-у-у... я ходящий кошмар для окружающий. Да что ж я маленькой-то не умерла?

– Ами, ну что ты?
– Видя, что его попытки меня успокоить ни к чему не привели, Ян сел рядышком со мной, а потом....

Я даже не поняла, как оказалась у него на руках. Уткнувшись носом в его шею, окруженная его теплом.

– Ну, ничего-ничего, поплачь, тебе полегче станет.
– Большая ладонь мягко гладила меня по голове и сам мужчина, немного покачиваясь из сторон в сторону, тихо говорил мне всякие успокаивающие глупости.
– Не беспокойся, шрамов почти не останется, будешь краше, чем была. Весь двор Императора будет, пред твоей красотой преклонятся. Ну что ты, девочка, не плачь.

– Да... плевать я... хотела... на шрамы. Там... корабли..., люди на них.... Из-за меня-я-я...! А я.... У-у-у-у....