Чтение онлайн

— Бесполезно, — он отложил пойманную книгу. — Я его наизусть знаю. Нет там ничего подходящего.

— Посмотри на последней странице, — отмахнулась я, балансируя на шаткой пирамиде из стула и трехногого табурета и пытаясь дотянуться до мешочка с травами. — Я там записала чернакские аналоги…

— Так я и думал… — протянул Алексан минуту спустя. — Ну, и как Контроли? Сложно было писать?

— Контроли? — дернулась я, судорожно соображая, где умудрилась проколоться.

Ножки табуретки съехали с узкого сиденья стула, и я с визгом полетела вниз, напрочь позабыв, что как-никак одаренная. И хорошо, что позабыв. Даже представлять не хочу, как отреагировало бы на какую-нибудь левитацию содержимое этого стеллажа. Впрочем, испытать пятой точкой упругость каменного пола мне не позволили — Алексан подхватил свою невезучую абитуриентку у самого пола.

— Что ж ты так перепугалась? — возмутился он. — Не скажу я никому. Хочет Ее Высочество за чужой счет умницей выглядеть — пусть.

— А… Ну… — проблеяла я, окончательно перестав соображать, что происходит, не говоря уже о том, что сижу на руках Алексана, как в кресле.

— Я еще вчера думал, что где-то твой почерк видел, — он осторожно поставил меня на пол, продолжая поддерживать под локоть. — Но вспомнил только сейчас. Теперь понятно, почему высокородная принцесса сюда никого не пускает. Она вообще тут хоть раз была?

— Ну, да… — кое-как выдавила из себя я, подавившись идиотской смесью облегчения и обиды. С одной стороны, принц похвалил именно мои Контроли и все же не догадался, кто я такая. Хотя не совсем понятно, с чего я вдруг стала этого так бояться. С другой — принцесса-дурочка, не способная самостоятельно написать собственные экзаменационные работы, это он тоже про меня.

— И как часто Ее высочество тут появляется? — фыркнул Алексан, не заметив моих терзаний. — Раз в год? Или реже? Впрочем, неважно. А ты сама? — он вдруг смерил меня каким-то странным вмиг заледеневшим взглядом. — Вы не думали поступать в Академию Стихий, лерра Олгa? Может, вам помощь нужна?

— Нет, не думала, — огрызнулась я, стряхнув его руку. Как всегда в непонятной ситуации я разозлилась. — А что? Желаете составить мне протекцию, Ваше Высочество? Так спасибо, не надо. Обойдусь и без академий ваших и без высочеств всяких белакских. И вообще. Шел бы ты в свои покои, высочество. А то ужин вот-вот закончится. Вдруг кто заметит, что принц сбежал!

Алексан вздрогнул, а я, не желая больше любоваться вмиг опротивевшей физиономией, отвернулась. Надо же, вообразил, что бедная черначка себе таким образом дорогу в Академию пробивает. Еще бы цену озвучил, зануда высокородный! В комнате повисла тягостная тишина. И вдруг мне на плечо легла теплая ладонь:

— Извини… Я погорячился, — тихо сказал он. Я молчала. — Ко мне слишком часто набиваются в друзья с разными далеко идущими планами. Я не привык, что кому-то может быть просто интересно со мной. Вот и… Олгa?

— Ифит с тобой. Только принца больше не включай, — буркнула я, чувствуя, как пылают щеки от стыда за резкую отповедь. Надо же. Мысленно ругала Аленну за то, как она разговаривает с братом, а стоило чуть разозлиться самой, высказалась едва ли не хуже. — Решай, что для тебя более ценно: или друг, или высочество.

— Прости, — повторил он. — Я ценю нашу дружбу. Очень ценю.

— Тогда доставай тот мешок, из-за которого я чуть шею не свернула, — через силу улыбнулась я, желая как можно скорее сменить тему. — Про ужин я не шутила, вдруг нас действительно хватятся.

— Меня — вряд ли, — криво усмехнулся он, но послушно поставил табурет обратно на стул и полез на верхнюю полку.

Я мысленно отвесила себе оплеуху: умудрилась за пять минут потоптаться по всем неприятным для бедолаги белака темам.

Мы снова занялись зельем. Даже довели опыт до конца, пусть и неудачного. Но вот непринужденная веселая атмосфера, наполнявшая лабораторию до сих пор, после неприятной перепалки словно испарилась. Выплеснув последствия неудачной попытки в специальный каменный желоб, мы, не сговариваясь, взялись за уборку. Полчаса спустя я толкнула потайную панель, открывающую вход в комнату белакского принца. Самое время было прощаться, Но Алексан медлил, а у меня в голове царил полный раздрай.

— До завтра? — проговорил он, беря меня за руку.

— Как получится, — отозвалась я, снова запутавшись в собственных желаниях и мыслях.

С одной стороны, такие натянутые сценки мне никогда не нравились, и хотелось побыстрее уйти. С другой — я вдруг обнаружила, что моим пальцам очень уютно в его теплой чуть шершавой ладони.

— Ты знаешь, где меня найти, — едва заметно склонил голову Алексан и, выпустив мою руку, сам толкнул панель.

С тихим щелчком резная створка встала на место, и я осталась наедине с пыльным полумраком. Какое-то время я стояла на месте, а потом, поддавшись нездоровому любопытству, заглянула в «глазок».

В первый момент мне показалось, что комната пуста. Лишь несколько минут спустя я догадалась посмотреть в зеркало, скорее всего, далеко не случайно висевшее точно напротив. Алексан стоял без движения, прижавшись затылком к потайной панели и прикрыв глаза. Сообразив, что веду себя по меньшей мере неприлично, я отскочила назад и быстро зашагала обратно к своим покоям.

Несмотря на сравнительно ранний час, возвращаться в лабораторию не хотелось. Но и о событиях сегодняшнего вечера перегруженный мозг думать отказывался. Обругав всех принцев скопом и каждого по отдельности, я с размаху плюхнулась на диван и, закинув ноги на подлокотник, потянула с маленького столика первую попавшуюся книгу.

«…Да падет проклятье на глаза неверного, если они коснутся этих страниц.

Да падет проклятье на глаза недостойного, если они коснутся этих страниц.

Да падет проклятье на глаза торопливого, если они коснутся этих страниц.

Только вместе с венцом первосвященника может смертный получить это знание…»

— Чего? — опешила я, с трудом разобрав старомодный рукописный текст, и развернула книжку обложкой к себе. — «Слезы Создателей».

Вспомнив, откуда у меня это творение, я невольно рассмеялась. Кто бы мог подумать, что мрачный, внушающий священный ужас Старый Правитель был не чужд подобной беллетристике. Неудивительно, что он держал эту книжонку под замком: такой удар по репутации.

Я снова хохотнула, и тут же подавилась собственным смешком и сотворила охранный знак: «Книжонка хранилась в секретном кабинете, да еще и запертая на ключ. А ну как старый параноик еще и чарами какими-нибудь защитил собственные тайные пристрастия? Прямо перебор по проклятьям на квадратный сантиметр текста получается…»

Осторожно отложив книжицу в сторону, я испробовала на ней весь свой арсенал распознающих чар. Но темный переплет остался таким же немым и бесцветным. По всему получалось, что если писанину и защищали какие-то плетения, то они давно развеялись за давностью лет.