Чтение онлайн

Насмерть измученная за ночь, магичка была даже рада неожиданному пробуждению.

— Барышня, — зашептала Лили прямо в ухо хозяйке — Вы чего тут спите-то? Ох, не доглядела я, что вы в кабинете улеглись… А всё Катрина, язва такая! Вымотала меня. Сделай то, да сделай это… На ночь ей, падлюке, приспичило горшки перемывать! Ну, я перемыла, да без задних ног и свалилась… Идемте наверх, в спальню. Да не смотрите так…

Мелко хихикнув, заговорщически подмигнула:

— Знаю, что вы с джейтом вчера погрызлись. Только нет его. Уехал.

Поднявшись по лестнице вместе с хозяйкой, Лили быстренько ввела ту в курс дела.

— Так вот что, — устроив джейту в постели поудобнее, обернула ей ноги одеялом — Лежите покамест. Я сейчас в камин щепы подкину, да горячего чайку вам принесу.

Тут же ответила на слабые возгласы и объяснения Адалины:

— Чего? К сыночку после сходите. Теперь вам погреться бы. В кабинете-то том морозяка по ночам стоит, ровно в землянке какой… И подремать. А то вон… Синева под глазами! И шатает вас, будто с перепою. Не дай Боги, заболеете…

Прислуга вышла прочь, костеря на чем свет стоит и хозяина, и вообще всех мужиков — "эговистов".

Джейта Реггасс же, неожиданно для себя самой, тут же стремительно провалилась в сон…

…Вернувшись домой, лишенец обнаружил невесту в детской.

Переступив порог, и осторожно заглянув в личико весело разулыбавшемуся младенцу, невольно усмехнулся в ответ.

Маленький звереныш лежал в колыбели, выпростав из ставших ему малыми пеленок ручки и ножки. Приняв Айвера за своего, подарил ему радостную, беззубую улыбку, что делал уже не в первый раз.

— Подрос, — обронил просто для того, чтобы если и не разрушить, то хотя бы шевельнуть давящее молчание — Немного.

Джейта Реггасс стояла у стола, спиной к жениху.

Стараясь ничем не выдать волнения, либо прочих чувств, выпрямила спину и только слегка дернула плечами.

— Это ребенок дракона, джейт Брир, — произнесла деланно-ровно, аккуратно укладывая в стопку чистые детские вещи — Дети драконов растут достаточно медленно. Пик их роста и обретения Сути приходится в среднем на одиннадцать-двенадцать лет. У некоторых особей это происходит даже позже. Прошу прощения, если вам эти сведения ни к чему. Я сказала об этом просто для пояснений. Без всякого злого умысла.

Терзаясь то ли угрызениями совести, то ли каким-то прочими неудобствами, лишенец подошел к невесте.

— Ладно тебе, — пробурчал, положив руку на талию, схваченную широкой вязкой голубого передника — Хватит дуться.

— Уйди от меня! — раздула ноздри магичка — Руки прочь! Ненавижу тебя, подонок! Видеть тебя не мо…

И тут же, резко и надрывно всхлипнув, поднялась на цыпочки, отвечая на алчный, грубый, но такой долгожданный поцелуй…

Сразу же прервавшись, уперлась кулаками в широкую грудь:

— Что там случилось, Айвер? Куда ты ездил?

— Нашла время спрашивать, — рыкнул лишенец, рывком подняв невесту на руки — Потом расскажу.

Закинув сопротивляющуюся джейту Реггасс на плечо, потащил прочь из детской, не обращая никакого внимания на сдержанную улыбку Дины и откровенное, хамское хихиканье открывшей ему дверь в коридор, Лилианы…

Едва оказавшись в спальне, нареченные сразу же набросились друг на друга.

Да вот только каждый из них сделал это с определенной целью.

— Я не спал всю ночь, — выдохнул джейт Брир, касаясь щеки невесты жесткими губами, несмотря на раненную руку, проворно распуская шнуровку платья, обнажая узкие плечи и нежные верхушки грудей — Соскучился так, словно год тебя не видел… Давай мириться, моя сладкая!

— Сперва тебя надо перевязать, Айвер! — пытаясь унять странную ледяную дрожь и внезапную слабость в ногах, прошептала магичка — Ты останешься без руки… С таким… Отношением… Ммм…

Накрыв губами один из закаменевших, темных сосков, тут же оторвался, дав волю здоровой руке.

— Меня надо просто, эмм… полюбить, — заявил не требующим возражений тоном — Хотя бы немного. А рука… Что моя рука, драгоценная? Уверяю, что и без нее я могу быть тебе полезен. Всё… Давай, не кривляйся. Ты ведь и сама… Хочешь, верно? Ну же…

Вместо членораздельного ответа она что-то промычала.

Порывисто обняв жениха, позволила, подхватив себя на руки, отнести в постель.

— Но только, — затараторила, торопливо раздеваясь — Потом я обязательно тебя перевяжу.

— Я тебе рот перевяжу сейчас! — зарычал лишенец, сдергивая через голову рубаху — Пожалуйста, помолчи. Иди ко мне…

Он взял желанную прямо так: задыхающуюся, полураздетую. Горящую! Торопящуюся отдаться без остатка, не тратя время на ненужные движения и слова.

— Ах! — ей хватило сил только на этот выдох — Ах…

Устремившись всем телом навстречу своему Мужчине, впитывала она теперь его страсть и ярость. Его напор. Целиком отдавшись безумию, творящемуся здесь и сейчас, безумствовала и сама, принимая желание, напор и волнующую, восхитительную твердость, грозящую разорвать тело на сияющие, полыхающие жаром куски.

— Айвер, — прошептала невеста, огладив его лицо сияющей ладонью — Айвер! Ты… мой, мой, мой…

— Правильно, — пожаром опалило тяжелое дыхание шепчущие губы — Вот так, да. По имени. Я твой, моя радость. Моя жизнь! А ты моя. Чувствуешь, НАСКОЛЬКО ?

Резко подавшись вперед, вошел до самого конца, что прежде опасался делать…

Из-за панического, идиотского страха, примет ли его ее тело? Нужен ли он ей… ТАК, как нужна ему она? И, если не нужен, как тогда жить?

Да и зачем…?

— О, как же это! — вскрикнула Адалина, сдавив скрещенными ногами поясницу жениха — Как же восхитительно… Еще, еще, еще… Еще!

Подсунув руки под спину джейты Реггасс, лишенец принялся ласкать ее изнутри тягуче ноющей плотью.

— Моя хорошая, — шептал он, то погружаясь сильнее, то почти выходя из нее — Нравится так, да… На всю длину… Мне тоже, счастье мое, мне тоже! Ты такая…

На секунду накрыв рот губы невесты глубоким поцелуем, тут же зашептал, оглаживая их языком: