Чтение онлайн

Как только нареченные вышли в заснеженный, переливающийся от слабого света, падающего из окон особняка, двор, лишенец сразу же и приступил к этому.

— Последний раз тебе предлагаю. — вкрадчиво заговорил, остановившись посреди дорожки и беря невесту за руку — Последний. Клянусь.

Джейта Реггасс внимательно посмотрела на него.

В ветренной, снежной полутьме казалось безмятежным и умиротворенным. Оконный полусвет смягчил остроту черт, сгладил изъяны и убрал жесткость.

Брир, не знавший Адалину раньше, теперь был абсолютно уверен, что вот такой когда-то и была его невеста: мягкой, улыбчивой, тихой, доброжелательной. Нежной, как взбитые сливки. И такой же теплой…

Без льда в глазах. Без ехидной усмешки, калечащей милое лицо. Без тяжелой, омутовой мути в душе. Без дерьма в сердце.

Когда-то. Очень, очень, очень давно.

— Что, Айвер? — звук, слетевший с ее губ, легким облачком растворился в воздухе без остатка — О чем ты?

Тронув взглядом лицо жениха, считала вопрос безошибочно.

— Нет. — ответила, словно стекло сломала кованым каблуком. Резко повернувшись, собралась уходить — Нет. И прекрати.

— Да почему? — приказав себе быть терпеливым, спросил он — В чем дело? Тебя что… бедность пугает? Ну так, Адалина… Подожди.

Перехватив ее руки, удержал на месте:

— Да послушай же! Я понимаю, что после прежнего шика жизнь в глуши для тебя хуже выгребной ямы. О, уж кто, кто, а я тебя отлично понимаю! Сам, в свое время едва мозгами не повернулся от такого "счастья". Но ведь теперь, вот теперь у меня появился, наконец, шанс всё вернуть. Раздели его со мной. Мы не будем жить здесь, обещаю. Как только мой срок закончится, мы уедем… Куда захочешь! Хочешь в столицу? Я добьюсь… Я заставлю столичный совет восстановить меня в прежних правах! Я всё верну. Клянусь тебе.

Нельзя сказать, что магичка не слушала. Наоборот. Безотрывно глядя прямо в лицо джейту сузившимися глазами, даже дыхание затаила, стараясь и кратким вздохом не перебить эту речь.

— Ты милый! — ответила, когда он закончил — Ты очень милый, Айвер. И ты мне нравишься. Правда, нравишься. Я и сама боялась верить, но… Это так. Однако, всё же… Что может случиться, если вдруг ты… Что-нибудь такое выкинешь? Ударишь меня? Или заведешь любовницу? Пока мы вместе по договору, меня мало взволнуют подобные эксцессы, даже если они произойдут. А вот если без… Как семья… Мне придется…

— Убить меня? — холодно спросил лишенец — Ну, договаривай. Убить?

Джейта Реггасс замолчала. Резко отвернувшись, она прикрыла рот рукой. Так, как будто ее мутило.

…Внезапно тишину разорвал дикий грохот и жар, идущий от закрытых ворот.

— Не переживай, дорогая! — пробормотал Брир — Убивать меня тебе не придется. Здесь тот, кто получше с этим справится…

Быстро, резко и грубо отшвырнув невесту от себя, с силой рявкнул:

— БЕГИ!!!

Джейта Реггасс отскочила прочь, не сразу поняв, что происходит.

Плашмя упав на снег, коротко взвизгнула.

И тут же, задохнувшись от ужаса, поползла назад, пытаясь увернуться от живой, широкой ленты огня, текущей прямо к парадному входу особняка…

Мгновенно опомнившись, Адалина, перекатившись на живот, повернулась всем корпусом к горящему потоку, выбросив вперед обе руки. Развернув ладони, описала ими круг, создав заслон. Он, хоть немного, но всё же должен был сдержать поток драконьей "блевоты", как называл смертоносное пламя Зверей "обожающий" их Айвер Брир.

"Вопреки разным заблуждениям, — ни к селу, ни к городу затараторила память, внезапно решив пересказать наизусть строчки из какого-то полузабытого трактата, либо учебника — Драконий огонь не бывает обжигающим и быстрым. Сила пламени Зверей не в жаре и скорости, а именно в тяжести и плотности. Поэтому…"

— Поэтому! — выхрипнула магичка, стараясь подняться с земли — Поэтому… Поэтому… Нам нужно… Разрушить плотность и… Ослабить жар!

Встать на ноги не вышло. Получилось только, упершись одним коленом в расквашенную жаром землю, продолжать гнать пламя прочь сцепленным "кольцом" обеих рук.

— Айвер! — попыталась крикнуть. И тут же закашлялась, едва не подавившись гарью и собственной слюной, почему-то плотной, липкой и кислой, как дешевый мармелад — Ахххрр…

Харкнув еще несколько раз, Адалина прочнее сцепила руки.

Снова попыталась подняться. И снова ничего не вышло. Ноги разъезжались в грязи и снеговой жиже. Поясницу нещадно ломило, а лицо горело и нестерпимо чесалось. Глаза слезились, а виски трещали от боли. Голову сдавил раскаленный обруч, в затылок же воткнулся острый шип. Одежда, нагрубшая от грязи, сковывала движения. Горло забило кипящей слюной, как пробкой. Дышать было попросту нечем.

Зато руки магички чувствовали себя прекрасно!

Налившись Силой и оранжевым пламенем, маленькие ладони крутили воронку, поглощая драконий огонь, полностью отрезав ему путь к крыльцу особняка.

Воронка стремительно росла. Ощутив еще одну струю, выброшенную откуда-то из дымной тьмы, пожрала и ее, довольно зазвенев, от души насытившись.

— Ахххр! — хрипнула джейта Реггасс, вновь попытавшись встать, и определить, где находится джейт Брир — Ахххр… Айвер!

Внезапно чьи-то руки подняли ее с земли рывком.

— Живы, барышня? — визгнула Лили хозяйке прямо в ухо — Хорошо, я подоспела! Мы едва вышли, дверь перекосило, ой… Ой, ой! Ой, страшно! Вы… Так! Стойте покамест…

Встав рядом с хозяйкой, пигалица широко расставила ноги.

— Надо узнать, где у него башка! — проверещала, подперев Адалину плечом — В дыму не видно… Но наверняка, откуда огонь прет, там эта самая башка и есть! Так вот, надо ровненько по огню идти. Вы вот что, барышня… Держитесь за меня, и пламя гоните туда, вперед. Прям змеюке этой в морду! А мы за ним следом… Как к башке подойдем, так я его и тресну в лоб! Будет знать, засранец… Ой! Ать, зараза!

Подпрыгнув на месте и увернувшись от шипящих искр, прислуга взмахнула крепко зажатой в руке, закопченной кочергой.

Подбодренная нежданной поддержкой, джейта сделала шаг вперед. Это было удивительно, но…

Ноги ожили, а тело налилось силой, становясь пластичным и резвым. Горло, зазвенев сталью, выхаркнуло прочь здоровенный сгусток горелой слюны.

— Лилиана! — крикнула Адалина непривычно трубным голосом — Беги отсюда! Иди в дом. Туда я постараюсь не пустить…

— Щас! — отозвалась та, покрепче затягивая рот обрывком мокрой тряпки — Так я вам и ушла, разбежалась… В доме бабы сами справятся. А вы без меня пропадете… Ой!