Чтение онлайн

Казалось, зреет нечто такое, что я никак предугадать не могу. И это настораживало все сильнее.

Потому и всю ночь проспала я беспокойно, то и дело просыпаясь. Да и сны снились не особо вдохновляющие: будто бы Эйтон умирал на этом злосчастном завтрашнем балу, а я ничегошеньки не могла сделать! Моя магия просто куда-то улетучивалась и вообще якобы была дана мне лишь на время, и теперь это самое время истекло…

В общем, утром я встала с энтузиазмом и воодушевлением зомби, выкопавшегося из склепа. Самое то для похода на бал.

Зато Тарьен, с которым мы встретились за завтраком в гостиной, проявлял внезапную активность.

— То есть ты уверена, что Ниелла там будет? — уже который раз взволнованно вопрошал он, мечась за спинкой дивана, стоящего посреди комнаты. — Точно-точно будет?

Насколько я успела узнать взбалмошную юную графиню, она ни одно великосветское мероприятие ни за что не пропустит. Завяжет в дулю все нервы родственникам, но на свободу все равно вырвется.

Но в ответ на восклицания Тарьена я лишь сдержанно кивнула. Не то, чтобы чашка чая в моих руках волновала меня больше, чем судьба временного жениха, но сейчас даже разговаривать не хотелось. Будто бы мой организм заранее экономил все возможные жизненные силы. Даже самые незначительные.

— Если мне и вправду предоставиться возможность с ней поговорить… — но тут же сам себя осадил, мол, чего это я так размахнулся, — хотя бы просто ее увидеть…это же настоящий подарок богов! Как думаешь, Анна, успею ли я озвучить хоть толику моих искренних извинений прежде, чем ее ледяное презрение заставит меня онеметь навсегда?

Не, как он вообще до сих пор выживал с такими взглядами на жизнь?.. Вот во всем Тарьен казался мне разумным и сдержанным, а порою даже подозрительным. Но если дело касалось Ниеллы, он словно бы терял рассудок начисто.

Я все же ответила:

— Не думаю, что Ниелла так уж тебя презирает. Так что шанс нормально побеседовать точно есть.

Тарьен даже замер на месте, смотря на меня с чуть ли не детской надеждой. Вот как мало надо человеку для счастья… Просто пообещать ему увидеть любовь всей его жизни. Хотя к чему вообще мой сарказм? Может, я просто завидую? Что кого-то вот так любят, а меня вовсе нет? Но, честно, даже моего больного воображения не хватает, чтобы представить Эйтона ведущегося себя хотя бы толику как Тарьен.

— Это будет воистину судьбоносный бал!

Так и хотелось мрачно сыронизировать, что как бы эти его слова не оказались пророческими.

Но он продолжал:

— И потому нужно тщательно подготовиться! Учесть каждую мелочь! Ведь, боюсь, другого шанса мне, может, и вовсе не представиться… Ох, прости, Анна, что я все о себе и о себе! Я еще до завтрака распорядился, вот-вот приедет та дама из лавки готовых платьев, так что ты сможешь подобрать себе идеальное для бала.

Ну мне особо идеальное и не надо. Только, однозначно, я хочу черное. И уже даже не потому, что этот цвет, как известно, символизирует бунт против богов, а я этих местных интриганов как раз таки терпеть не могу. Нет, дело в другом. В черном я была на моем первом балу. И так как у этого бала есть все шансы стать последним, то нечего и традицию нарушать.

***

Тарьен к моему черному цвету отнесся уже с философской терпимостью и больше насчет «уважения к богам» ничего не высказывал. Хотя сам при этом был весь в белом. Торжественный, взволнованный и уже все уши мне прожужжавший про Ниеллу. Но, может, все истинно влюбленные так себя и ведут? Или просто уверенный в своей скорой смерти Тарьен уже не заморачивается никакими условностями и открыто говорит, что думает.

Но, самое забавное, хоть в чем-то мы совпали:

— Как удивительно, Анна, получается! Что на первом балу в этом году мы были вместе и даже одеты так же, так и теперь все совпало! А учитывая, что для меня это точно последний бал, все донельзя символично!

Вот-вот. Не то, чтобы я верила в какие-либо предзнаменования, но тут даже мне казалось, что все не зря совпало.

Причем, буквально за час до того, как уже пора было отправляться в королевский дворец, мне прилетело очередное паническое послание от лорда Кифедиса.

«Леди Анна! Будьте предельно осторожны! На балу при всех разговаривать нам очень опасно, я уверен, что последнее время за мной следят. Если будет возможность, постарайтесь найти во дворце укромное место, где нас точно не подслушают. А я уже там отыщу вас. И умоляю, остерегайтесь всего! При малейшем признаке опасности лучше покиньте бал, обо мне не беспокойтесь! Ведь если я все-таки прав (а все на то и указывает, что, к огромному моему сожалению, я прав), то на нас с вами, последних иномирян, объявлена охота. Королю чего-то не хватает (понятия не имею для чего), но все указывает на то, что речь именно о нас. И если кто прознает, что это именно мы, сами понимаете, леди Анна, нам конец. Потому, повторюсь, будьте предельно осторожны!»

Стоило мне дочитать последние слова, как послание самоуничтожилось у меня в руках.

В общем лорд Кифедис тоже прибавил мне энтузиазма и веры в лучшее.

Но, как ни странно, страха не было. Вот я сейчас смотрела на свое отражение в большом напольном зеркале и невольно подмечала, что образ у меня прямо роковой. Эдакая загадочная леди в черном бальном платье. Бесстрашная и готовая к любым сложностям. По крайней мере, хотелось верить, что готовая… Но, с другой стороны, никак заранее не угадать, какие пакости уготовила летающая голова, то есть, простите, Илберг с подачи его неведомого хозяина. Хотя, если послушать лорда Кифедиса, то опасаться стоит не их, а вообще короля…

Но как бы то ни было, бал в любом случае обещает стать запоминающимся.

Во дворец мы добирались порталом. Прямиком в главный холл.

В честь бала здесь было открыто несколько порталов, и из них то и дело появлялись разряженные аристократы. Лакеи в парадных ливреях кланялись новоприбывшим, у лестницы наверх стояла стража, мрачная и недвижимая. Уже здесь слышалась музыка, оркестр в бальном зале старался на славу.

Но сейчас и улыбки окружающих казались мне фальшивыми, и музыка зловещей. Я поймала себя на том, что краем глаза все равно высматриваю среди прибывающих в холл знакомое лицо… И нет, увы, не лорда Кифедиса. Мы с Тарьеном, право слово, как два нервно-влюбленных в ожидании возможной встречи с объектами своей неразделенной страсти. Да и то в этой ситуации он держится лучше, чем я.

Но пока никого из рода Ристеллхолд видно не было. И это расстраивало. Мне почему-то казалось, что уже одно присутствие Эйтона поблизости придаст мне бодрости. Ну или злости. Хотя как-то мобилизует, а то снова накатила физическая слабость столь ощутимо, что даже пришлось держаться за локоть Тарьена, чтобы подниматься по лестнице.

— Это из-за меня, да? — он тут же распереживался. — Что ты на мое исцеление силы потратила?

Но я лишь покачала головой. Не объяснять же ему, что как маг он слишком слаб, чтобы я получала достаточную подпитку. Ну тут хоть без приступов обходится, да и то хорошо.

К тому моменту, как мы добрались до распахнутых дверей бального зала, мне все же стало чуточку полегче. Не до такой, конечно, степени, чтобы пускаться в плюс или, что в моем случае вероятнее, от опасности наутек. Но все равно хоть слабость не так одолевала.

Ровно до того момента, как я увидела Эйтона.

***

Эйтон

— Я даже не знаю, что в этой ситуации меня больше удивляет, — бурчал Артан, пока поднимались по лестнице холла во дворце. — То, насколько было предсказуемо, что Ниелла таки сбежит на этот бал без разрешения? Или то, что бабушка этому очень даже способствовала?