Невеста сына
Шрифт:
Время не такое уж позднее, около двенадцати.
У Владимира действительно было дело.
Маше он, разумеется, ничего не сказал, но он велел пробить все по связям Коли и Милы. И более предметно, по связям бывшей невесты ее сына. Потому что вся эта возня с внезапной скупкой акций у частных лиц не прошла для него незамеченной.
Сейчас он собирался встретиться с доверенным, у того появились новые сведения.
глава 20
Человек Шахова ждал его в условленном месте. Встречались в машине. Уже второй раз за сегодняшний день. Доверенный передал ему несколько папок с распечатками и электронный носитель с информацией.
– Вот, здесь все, что не вошло в общие файлы.
– Если понадобится уточнение вот по этому моменту, - проговорил Иевлев, мельком пробежав глазами материалы, и постучал ногтем по одной из страниц.
– Как быстро можно будет сделать?
– Так быстро, как это будет нужно, - нейтрально проговорил мужчина.
– Хорошо, - Владимир кивнул.
– Тогда пока остановимся на этом. До завтра.
Собственно, завтра уже началось, время почти час.
Потом, когда ехал домой, он несколько раз порывался позвонить Маше, но не стал этого делать. Во-первых, пусть спит, когда он думал о ней, спящей в постели, его заливало теплом и истинно мужским довольством. А во-вторых, надо было самому еще раз проверить и перепроверить, потому что сведения будут для Маши тяжелыми и неприятными. От этого хотелось бы ее избавить, но не выйдет. И это была уже другая мысль.
Папку с данными о Наташе, он отложил отдельно. Тут, как Иевлев и предполагал, были интересные сведения. И еще. Всю комбинацию Павла доверенный раскопал и четко выложил.
Владимир мог был тормознуть все, оспорить, предать огласке. Но предпочел оставить все как есть. На этот счет тоже были определенные мысли. Прежде чем что-либо предпринимать в этом, он хотел приватно переговорить с дочерью Маши Милой. Это было важно, так уж вышло, что в этом деле многое замыкалось на ней. Он некоторое время наблюдал за девушкой и был почти уверен в своих выводах. Однако он также знал, что всегда есть место случайностям.
В гостиницу он добрался уже к двум, можно было еще немного поработать, но он не стал. Завтра важный день, надо было хоть немного поспать.
***
Павел опять плохо спал ночью, не давали покоя мысли. Он просчитывал варианты и не чувствовал полной уверенности. Ощущение, как будто упускает что-то, его не оставляло. Где-то около трех он встал и вышел в кухню. Нет, жене звонить не стал, просто стоял в темноте, курил и злился. Какого черта он должен ютиться тут в двух квадратных метрах. Эта вынужденная теснота его порядком достала.
Павел к другому привык, а все басни про рай и шалаш - ну его нахрен.
В какой-то момент навалилось тоскливое чувство, что делает все неправильно, его тянет не туда. Пришла даже шальная мысль, поехать к Машке, пусть примет его обратно. На миг даже смежил веки, представив, как все могло бы быть. Мужчина сглотнул, нервно дернулся кадык.
Промелькнула вся их жизнь вместе перед глазами, молодость, смех, дети... Он ведь тогда на многое пошел, ради того, чтобы жениться на Машке.
И тут же сжал зубы, давя все это в зародыше. Потом он отошел от окна и зло затушил сигарету. Спать надо по ночам, а не дурью маяться. А то лезет в голову всякая херня!
Когда вернулся в спальню, глянул на спящую Наташу и вспомнил про тот альбом. Но не будить же ее сейчас. Решил спросить утром.
Утром спросил. Наташа стала оправдываться, что-то такое несла, мол, подруга уехала, будет только на выходные. Паша разозлился, но махнул рукой. Не до альбома сейчас было, предстояли важные дела. Велел ей перечитать все, что найдет в интернете об акционерных обществах. Впрочем, Наташе отводилась роль раздражителя. Все надежды Павел возлагал на дочь. С ней, кстати, надо было встретиться днем и переговорить.
***
Просто удивительно, какой положительный эффект оказывает на женщину ночь любви. Маша смотрела на себя в зеркало и не верилось. Глаза блестели, кожа как-то по-особенному разгладилась, как после посещения косметолога. А главное, «разгладились» свернувшиеся колючими узлами мысли. Уже положение не казалось таким безнадежным, и даже просвет виделся.
На работу она приехала в хорошем настроении. Одевалась, конечно, с определенным умыслом. Да, ей хотелось нравиться.
И черт побери, доказательство она получила. Пока шла от парковки к зданию, ее провожали взглядами встречные мужчины, а один дядечка даже присвистнул. Но все это осталось за пределами, внутрь входила Мария Александровна, генеральный директор.
Как всегда, немного раньше обычного, чтобы успеть выпить чашечку кофе с вкусняшкой до начала рабочего дня. Входя в прихожую, поздоровалась с Валерией, та сразу поднялась навстречу:
– Мария Александровна, кофе занести?
– Да, Лера, заноси. И потом сводку, ты знаешь.
– Да, да, конечно, - закивала личная помощница.
А она уже вошла внутрь. Первый взгляд - на город за стеклянной стеной. Потом глубоко вдохнула и пошла к рабочему столу. Только успела расположиться и включить компьютер, Валерия занесла кофе и очередной кондитерский изыск (от Вовы) и сразу вышла.
Маша отпила первый глоток, пряча улыбку, отломила ложечкой пирожное и положила в рот. Короткий стук в дверь.
– Можно?
Вова. Она ждала его. Мужчина быстро охватил ее всю жадным взглядом, так что она невольно стала краснеть. Закрыл за собой дверь и медленно приблизился.
– Хорошо выглядишь.
– Кофе хочешь?
– ей даже почти удалось скрыть глупую улыбку.
Мужчина качнул головой.
– Нет.
И присел напротив. Некоторое время смотрел, как она ест, потом негромко проговорил:
– Хочешь знать, кто тебя сливает?