Невеста. Часть 4
Шрифт:
«Давай утащим ее в дальнее логово. Это отличный план».
«В вагон-дом?»
«Да. Подальше от любопытных глаз. Я знаю, что мы сумеем уговорить сладкую ягодку стать нашей парой», – волк внутри довольно заворчал и начал потихонечку отбирать контроль у человека в надежде на то, что Туман не заметит изменений в организме.
«Она нас возненавидит! Ты забыл уроки Яры по половому воспитанию? Я не хочу становиться насильником!» – грозно рявкнул человек и загнал волка в дальний угол своего сознания. Туман ментально пнул блохастый коврик под зад, чтобы зверь знал свое место и не пытался перехватывать контроль там, где его не просят.
Туман до сих пор не мог простить себя за свое неадекватное поведение, когда он впервые увидел Весту. Головой двуликий все понимал и осознавал, что это неправильно, но тело требовало секса и разумная часть половозрелого мужчины тут же сдалась под натиском бушующих гормонов. Не было ему оправдания. Хорошо, что с Калинкой все было иначе. Медленно и постепенно. Можно даже сказать осторожно. Туман чувствовал себя в роли сапера на минном поле. Один неверный шаг. Бах! И все полетит в бездну. Туман был благодарен Яре и Колояру за то, что они на своих обязательных собраниях для взрослых и подростков старались донести до всех жизненно важную информацию о том, что нужно объяснять правила поведения не только юным медведицам: «замри, зажмурься и расслабься», но и не воспитывать насильников из своих сыновей. Гарантию, что чей-то перевозбужденный отпрыск не нарвется на мощную самку, которая окажется яростнее, злее и кровожаднее самца, теперь никто не давал. Яра была тому прекрасным примером, а многие девочки начали ровняться на своего кумира. Медведица никогда не давала себя в обиду и безжалостно уничтожала врагов, разнося их в пух и прах. Окровавленная Яра с горящими глазами и с оторванной головой в руках стала негласным символом Клана Бурых Медведей и Белой Стаи. Имя Ярость среди двуликих вызывало трепет. Прекрасная воительница, пришедшая из дремучих лесов, тренировала девочек с удвоенной силой, и они стали показывать неплохие результаты наровне с самцами. Общество и устои оборотней претерпевали радикальные изменения, но все они шли только на пользу. Веста оказалась права в своих суждениях, и в парах, где царила взаимная любовь и уважение, всегда рождались сильные малыши. В клане Бурых Медведей начался долгожданный беби-бум.
А тем временем бестолковая и безмолвная ругань в голове Тумана и его зверя набирала новые обороты.
«Мне пофиг, что ты там говоришь и думаешь, бесхвостый засранец. Хочу Калинку в пару. Хочу, хочу, хочу! Дай, дай, дай!» – дальше зверь издавал звуки, похожие на хныканье и плачь капризного ребенка.
Десять минут спустя
«Обиделся?»
«Нет! На идиотов не обижаются. Их лечат».
«Скажи честно, ты совсем отчаялся встретить истинную волчицу?» – Туман искренне пытался понять причину, из-за которой сильный зверь внутри него чувствовал себя несчастным и разбитым.
«Не знаю, как ты, а я нашел свою истинную самочку, и она вовсе не волчица», – злобно огрызнулась несносная меховушка.
«А как же дети?» – это был хороший вопрос. Звери жили инстинктами и гнали галопом своих хозяев, чтобы те успели оставить после себя потомство. Ведь жизнь оборотня могла оборваться в любой момент.
«Разберемся. Будут у нас дети», – внезапно припечатал волк.
«Ой, дурак! Совсем колпак поехал. Мы несовместимы с медведями», – Туман все-таки решил открыть страшную тайну своему зверю, которую и так все знали.
«Кто тебе об этом сказал? Кто-то пробовал и у них не получилось? Сколько было смешанных пар? Мне нужны точные цифры и статистические данные о количестве попыток».
Тишина. Туману нечего было ответить. Таких прецедентов в истории двуликих не было. Во всяком случае о подобном никто не слышал.
«Мы усыновим или удочерим кого-нибудь, если у самих не получится. Раз безумная маньячка по имени Ярость смогла принять чужих детей, значит, и мы сдюжим. Род отца и матери пусть младшие братья продолжают, а я любви хочу», – волк начал подвывать, срываясь в очередную истерику.
«Нет, с тобой явно что-то не так».
«Это с тобой что-то не так! Ты только рот Калинки вылезал, а спуститься ниже даже не пытался. Конечно, она не понимает, какое удовольствие ты скрываешь. Вот наша ягодка и стесняется идти дальше поцелуев и объятий».
«Поцелуи – это уже победа. Я не хочу ее напугать и оттолкнуть от себя. У Калинки и так сердечко бьется, как у напуганной пташки, когда мы остаемся наедине», – Туман даже думать боялся, какие ощущения испытывает его девочка, когда они милуются украдкой. Весна и Колояр всегда были рядом, да еще и Малинка с Вьюгой беспрерывно крутились под ногами и тихо дразнили влюбленных расчесывая им нервы.
– Тили-тили-тесто, жених и невеста! – маленькие разбойники требовали сладости за молчание. Вьюга и Малинка первыми спалили подпольную контору с поцелуйчиками, но ябедничать взрослым не стали. Они поступили, как дальновидные бандиты и поставили молодых на счетчик. Туману и Калинке пришлось испечь большой торт с ягодами. Естественно, он достался только Вьюге и Малинке.
«Мне мало поцелуев. Хочу больше! Иди и укради Калинку, трус несчастный! Я хочу любви-и-и-и-и. А-у-у-у-у!»
И вот так Туман мучился всю ночь. Какой сон? Какой отдых? Беспрерывный внутренний диалог и ментальная ругань на повышенных тонах с матом.
Глава 5
Когда Калинка впервые увидела Тумана, она, к своему удивлению, не испугалась и не струсила. Здоровенные медведи все время тревожили ее нервную систему, а тут подозрительная тишина. Даже в холодный пот не бросило. Исподтишка, умирая от любопытства, она сумела хорошенько рассмотреть своего гостя, спрятавшись за спину мамы. Молодой самец спокойно и без лишних телодвижений водрузил убитого кабана на разделочный стол. Что Калинка могла сказать про Тумана? «Красавец, спортсмен и комсомолец». Высокий, поджарый, жилистый и гибкий, словно виноградная лоза, выросшая на южных землях. Он не пугал Калинку своими габаритами, грозным рычанием и беспрерывным доминированием. Вдобавок не было у волка километровых плеч, бычьей шеи и огромных кулаков. Туман был другим. Как внешне, так и внутренне.
«Вот это цвет! – Калинка сделала вид, что ей срочно нужно взять специи, которые хранились на другом конце кухни. – Словно снег».
У двуликого была густая светлая шевелюра, почти белая. Длинные волосы он заплетал в тугую косу, и ее кончик заканчивался чуть ниже лопаток. Глаза у волка были светло-серого цвета с синим ободком на радужке и длинные черные ресницы. Одет он был в обычный костюм, вытканный изо льна. Простая светлая рубаха с подвернутыми рукавами и широкие штаны. Красный пояс с мудреным орнаментом добавлял образу сказочный вид. Национальное волчье достояние и сокровище. Хоть сейчас бери и ставь его в краеведческий музей.
«Какой красивый! – Калинка застыла, покраснев, и отвела взгляд, но было уже поздно. Ее поймали с поличным, когда она любовалась волком. Не смогла она утихомирить любопытство и снова взглянула на Тумана, – О пресвятая малина, что происходит? Что со мной?»
Первый раз в жизни Калинка пошла на сознательную провокацию и добродушно улыбнулась оборотню. Слабая медведица уже смирилась с тем, что любое ее действие или бездействие вызывало неадекватную реакцию у большинства самцов в клане. Она вела себя как жертва, но не сегодня. Сегодня Калинка была обычной девушкой, которая не смогла удержать яркие эмоции и улыбнулась красивому парню.
– Завтра. Кухня. Заяц. Увидимся, – волк весело подмигнул медведицам и пошел дальше по своим делам.
«Ничего страшного не случилось! Он не напал на меня и не обидел!»
***
Калинка
Для Калинки это было удивительно, но в Тумане не бурлила агрессия и не кипел тестостерон. Оборотень, находясь на кухне, не хотел никому ничего доказать. Природа у волков отличалась от природы медведей. Четкая и понятная иерархия веками формировалась в стае и держала всех двуликих в ежовых рукавицах. Альфа ментальной силой закреплял за каждым волком определенное место. Это было очень удобно для тех, кто привык жить в большом коллективе. Плюс гендерный перекос тоже отразился на мышлении клыкастых. В Белой Стае «староверов» волчица всегда была подарком небес, и отношение к ней было соответствующим. Самка приравнивалась к прекрасной богине, которая сошла с великой луны на грешную землю, чтобы подарить одинокому волку свою любовь и детей. С мишками в этом плане все было иначе. Самок и самцов рождалось приблизительно поровну. Плюс косолапые изначально не жили стаями. Даже маленькими группами. Не было в них это заложено эволюцией, но, как показала практика, выживать кучкой в мире людей было гораздо легче, чем поодиночке. Предки Бурьяна и Добрыни это поняли и сумели построить вертикаль власти с большим количеством медведей на одной территории. Самый сильный и умный самец в клане – главный. Старейшины клана защищают и дают кров. Остальные подчиняются и помогают. Примете это и живите с этим, как хотите. Не нравится? Никто никого не держит. Мир большой. Двери открыты. Это правило действовало для всех, кроме Яры. Ее этот закон не касался, так как жизнь без Яры для Бурьяна теряла всякий смысл. Слишком сильно глава клана любил свою жену. До мурашек и полного умопомрачения. Правда, был один момент, который шокировал многих волков. Вышеупомянутые косолапые никогда не стеснялись толпы и могли прилюдно устроить потасовку. Яра дралась с Бурьяном каждый раз, когда муж жестко осаживал разъяренную медведицу и призывал ее уважать авторитет главы клана. Бурьян ловко избегал сильных ударов, а потом скручивал свою женушку в рогалик и успокаивал в кровати. Из спальни сначала доносилась ненормативная лексика, которая быстрым потоком лилась из уст обоих медведей, а потом громкие стоны Яры и грозное рычание Бурьяна. Волки были в шоке от их отношений, но комментировать происходящие откровенно побаивались. Добрыня еще в самом начале совместного проживания как-то глупо пошутил над волками. Он сдуру ляпнул о том, что никого не минует участь Яры, если идиот решит оспорить авторитет Бурьяна. Провинившегося волка отлюбят по первое число в разных позах, грязных, без предварительных ласк. Добрыне потом пришлось оправдываться и объяснять клыкастым, которые решили вернуться на свою территорию, что это была неудачная шутка и насиловать Бурьян в спальне никого не будет, а попросту прибьет на улице. Староверы облегченно выдохнули и решили остаться. Такие правила их больше устраивали.