Чтение онлайн

— Они встречаются! — прокричала Эмма из прихожей, словно городской глашатай, объявляющий королевский указ.

Тейлор издала приглушенный звук, в котором угадывалось его имя и крайняя степень отчаяния. Райан подавил смешок и закрыл за ними дверь, готовясь к удару.

Удар пришёлся первым делом от его матери. Она влетела в комнату – фартук всё ещё присыпан мукой, глаза сияют и уже на мокром месте.

— Милая, — сказала она Тэйлор, сжимая её ладони. — Наконец-то.

А потом Райану, с многозначительным взглядом:

— Давно пора.

Отец хлопнул его по спине – так, что едва рёбра не затрещали.

— Долго же ты собирался, парень.

— И я рад тебя видеть, пап, — выдохнул Райан, восстанавливая равновесие.

Из гостиной, точно суслики, повыскакивали кузены. Дядя перегнулся через спинку дивана. Кто-то присвистнул. Кто-то коротко бросил:

— Расплачивайся, — у каминной полки из рук в руки перекочевала помятая десятидолларовая купюра.

— Вы что, ставки ставили? — Райан выгнул бровь.

— Разумеется, — жизнерадостно отозвалась тётя Лайла, заключая Тейлор в объятия. — Мы семья реалистов. И романтиков. Романтиков-реалистов.

Лицо Тейлор стало пунцовым. Она беззвучно прошептала «спасите» ему через плечо тёти Лайлы. Райан усмехнулся и поднял обе руки в знак капитуляции. Он предупреждал. На ужин у Картеров невозможно войти незамеченным, если у Эммы в руках свежая сплетня.

— На кухню, — скомандовала Эмма, разворачивая их, как буксир, с малышкой на бедре и торжеством в глазах. — Мама сделала трёх цыплят, две сковороды картошки и вот ту зелёную штуку, которая непонятно как затесалась рядом с салатом.

— Это стручковая фасоль! — крикнула мать. — Не бойтесь её.

Стол уже был накрыт: мерцали свечи, от блюд шёл пар. Райан отодвинул стул для Тейлор и сел рядом. Она бросила на него быстрый, благодарный взгляд, который задел в его душе струны, которые он не хотел бы тревожить под прицелом родственников.

— Правила игры, — объявила Эмма, занимая место во главе стола, точно генерал перед брифингом. — Уровень подтрунивания держим такой, чтобы Тейлор не сбежала. Имена для будущих детей пока не предлагать. И никому не позволяется говорить, я же говорила.

Один из кузенов поднял руку:

— Встречное предложение. Каждому полагается по одному, я же говорил.

— Отклонено, — отрезала Эмма.

Райан скрыл улыбку. Тейлор прижала салфетку ко рту, подавляя смех. Шум в комнате утих, когда все заняли свои места. По кругу пошли тарелки, и отец выпустил первый залп:

— Итак, — начал он, разделывая курицу с излишним пафосом, — кто из вас сделал первый шаг?

— Смотря что называть шагом, — Райан взял булочку.

— Я так и знала! Знала, что это он. Он всё это время ошивался под окнами кафе, как цепной пёс, — Тейлор поперхнулась. Эмма в восторге хлопнула ладонью по столу.

— Как пес? — сухо переспросил Райан.

— Верный. Ворчливый, — перечислила Эмма. — И мотивированный вкусняшками.

— В точку, — пробормотала Тейлор с пляшущими чёртиками в глазах.

Мать наклонилась к ней с миской картофеля:

— Это был тот самый поцелуй в кофейне, о котором мне уже успела нашептать миссис Абернати?

— Вы уже и об этом пронюхали? — Райан замер с раздаточной ложкой в руке.

— Это маленький городок, — заметила мать. — Здесь новости распространяются быстрее, чем в интернете.

Дядя Дейв погрозил вилкой:

— Я видел это в группе района на Фейсбуке. Там выложили запись с трёх ракурсов и версию в слоу-мо.

Тейлор уронила голову на руку.

— Я переезжаю.

— И не надейся, — обрадовала её Эмма. — Наслаждайся триумфом.

Райан положил Тейлор картошки и пододвинул тарелку обратно, мимоходом коснувшись костяшками пальцев её запястья. Короткое касание. Успокаивающее. Она ответила ему взглядом, в котором читалось одновременно: спасибо и я не могу поверить, что это твоя семья.

— Райан, помнишь Томми Майерса из мастерской? — Отец разлил вино и передал бутылку дальше.

— К сожалению, — сказал Райан.

— Томми сегодня утром спросил, не нужна ли твоей девушке охрана, раз у неё теперь два поклонника, — продолжил отец с невозмутимым видом. — Я ответил: да. Очень крупная охрана. С твоей фамилией на всех куртках.

— Этот мужик однажды приклеил четвертаки к полу на заправке, — пробормотала Эмма. — Никто не должен слушать его советы.

Кузен подался вперёд, его глаза блестели:

— Кстати, о поклонниках. Мы будем обсуждать этот тайный квест? Я бы хотел поздравить того, кто затеял всё это старомодное ухаживание. Смело. Немного жутковато... но смело.

Все взгляды устремились на Тейлор. Она едва заметно напряглась, но тут же расслабилась. Райан почувствовал эту перемену и захотел найти её руку под столом.

— Это было... мило, — осторожно произнесла она, сосредоточив внимание на пюре. — Продуманно. Очень... лично.

— И всё равно Райан лидирует в народном голосовании, — Эмма поиграла бровями.

— Мандат от народа – серьёзная вещь, — Райан сделал глоток воды.

Тейлор пихнула его локтем, что он расценил как победу.

— Кстати, о голосах, — подала голос тётя Лайла. — Как там прошёл подсчёт в кафе?

— Неэтично, — быстро вставила Тейлор.

— Исторически, — парировала Эмма.

— Сокрушительно, — подытожил Райан.

Мать промокнула глаза салфеткой:

— Я всегда знала, что вы найдёте путь друг к другу. То, как вы вечно препирались... Это же классика. Он спорит только с теми, о ком не может перестать думать.

— Спасибо, мам, — буркнул Райан.

— А Тейлор розовела именно таким оттенком только тогда, когда кто-то произносил его имя, — добавила мать, не очень вовремя, но абсолютно правдиво.

Тейлор закрыла щёки ладонями. Райан почувствовал, как дёрнулся уголок его рта. В нем нарастало непреодолимое желание придвинуть её стул поближе. Не сейчас. Он ограничился тем, что прижался коленом к её колену под столом. Она ответила тем же.

Тарелки пустели. Начались истории. Семейные ужины работали как течение: стоит в него попасть, и ты просто дрейфуешь. Сегодня течение уносило их в прошлое.