Невезучая В Любви
Шрифт:
— Я так и знала! Ты местная легенда, — Эмма всплеснула руками.
Его мать подалась вперёд:
— Мы получим экземпляры с автографами на Рождество?
Тейлор рассмеялась, и напряжение окончательно покинуло её плечи.
— Только если пообещаешь не начинать отзывы с фразы «как мать жениха».
— Такого обещания я не дам, — сказала его мать.
Десерт подавали с такой торжественностью, словно это был парад. Пирог, брауни и что-то лимонное, что мать изобрела с уверенностью женщины, свято верящей, что сливочное масло способно решить любую проблему. Гости перемещались по комнате, подливали кофе, менялись местами. В какой-то момент Эмма усадила малыша на колени Райану и стащила его ложку. Он балансировал с племянником на одной ноге, а другой удерживал стул Тейлор поплотнее к своему. Она прижалась к нему так естественно, будто делала это всю жизнь.
— Итак, — Эмма снова встала, точно дирижёр перед оркестром. — Последний пункт повестки. Мы любим Тейлор. Мы любим Райана, в большинстве случаев. Мы одобряем эти отношения. Консенсус достигнут?
По столу волной прокатилось дружное «Да!».
Эмма торжественно кивнула:
— Решение принято. Заседание объявляется закрытым. Пожалуйста, забирайте контейнеры с едой и примите как факт то, что я буду совать нос во всё, что касается вашей жизни, до скончания веков.
— Во всё, — эхом отозвалась мать, собирая тарелки.
Тейлор на мгновение прислонилась головой к плечу Райана, а затем выпрямилась со смущённой улыбкой.
— Думаю, мы этого не переживём.
— Переживём, — тихо сказал он, так, чтобы слышала только она. — Ты покорила их всех уже давным-давно.
Она посмотрела на него, и в её глазах мелькнул вопрос, который он не смог до конца разгадать. Он не стал отвечать словами. Просто держал её взгляд, пока её губы не тронула та самая беззащитная улыбка, которая сегодня утром перевернула весь его мир.
Когда они наконец вырвались на крыльцо с завёрнутыми в фольгу остатками ужина, а морозный воздух заколол щёки, Тейлор выдохнула так, будто час не дышала. За дверью всё ещё слышался смех Эммы. Свет фонаря над крыльцом окутывал всё тёплым ореолом.
— Это было... мощно, — сказала Тейлор.
— Добро пожаловать в семью, — ответил Райан.
— Я всегда здесь была, — она подняла на него лицо, глаза её блестели.
Он мог бы сказать «я тоже». Но вместо этого Райан просто взял её за руку. Тёплую. Надёжную. Находящуюся именно там, где ей и место.
— Готова? — спросил он.
— К чему?
— Ко всему, что будет дальше.
— Да, но как же мой тайный поклонник? А вдруг он продолжит оставлять мне подарки? — она сжала его пальцы.
— Я продолжу заявлять права на то, что принадлежит мне. Рано или поздно до него дойдёт, — Райан широко ухмыльнулся.
Он повёл её вниз по ступенькам, в холод, чувствуя впервые за долгое время, что «вперёд» – это направление, которому можно доверять.
Неделя святого Валентина в кафе всегда напоминала взрыв «блестящей бомбы», после которого тебе же вручают швабру. Розовые салфетки. Посыпка в виде сердечек. Коробки, перевязанные лентами, которые вечно норовили развязаться. Витрина сияла от клубники в шоколаде, капкейков «красный бархат» и сахарного печенья, покрытого таким слоем глазури, что оно едва не трещало под собственным весом. Всё вокруг пропиталось запахом какао, ванили и лёгким привкусом паники.
— Купидон звонил, — объявила Дженна из-за горы меренг. — Просил передать, чтобы ты перестала выставлять его лентяем.
— Передай Купидону: пусть отметится в журнале и поможет с уборкой после смены, тогда и поговорим, — Тейлор фыркнула, продолжая выводить крошечные розочки на торте в форме сердца.
Звякнул колокольчик. Стайка подростков ворвалась за латте, хихикая над распечатанным списком школьных симпатий. Мистер Нельсон занял свой угловой столик и принялся за кроссворд. Миссис Абернати подмигнула Тейлор так многозначительно, что та чуть не выронила кондитерский мешок.
— У тебя щёки порозовели, — пропела Дженна, когда наплыв посетителей схлынул. — Это от духовки или от тех городских дебатов, что закончились публичным поцелуем?
— Это пар, — чопорно ответила Тейлор. — От посудомойки.
— Ага. Горячий пар от «горячего» Райана Картера, — Дженна обмахивалась стопкой крышек для стаканов.
Тейлор рассмеялась и потянулась за коробкой с атласными лентами, которую держала под прилавком. Один рулон выскользнул и укатился в пустое пространство, куда она обычно складывала запасные коробки для выпечки. Она опустилась на колени, чтобы достать его, и увидела нечто совсем не похожее на ленту.
На деревянном полу лежал белый конверт. Ровные края, её имя на лицевой стороне написано тем самым аккуратным почерком.
Сердце ёкнуло. На миг шум кафе превратился в неясный гул. Она вытащила конверт и медленно выпрямилась, прикрывая его собой, словно кто-то мог выхватить его из рук.
— Это то, о чём я думаю? — прошептала Дженна, округлив глаза.
Тейлор сглотнула и поддела клапан конверта большим пальцем. Внутри была всего одна карточка.
Под текстом была аккуратно приклеена крошечная засушенная фиалка.
У неё перехватило дыхание. Её секретное место. Не фонтан. Не смотровая площадка. Маленький пешеходный мостик у реки, где каждое четырнадцатое февраля она сидела с термосом какао и вчерашним брауни. Она смотрела, как вода скользит под деревянными перекладинами, и твердила себе: если сегодня ей не подарили цветов, это не значит, что она их не достойна. Никто не знал, что она ходит туда. Ни Эмма. Никто.
Кроме одного человека.
— Ну и? Собираешься сказать Райану, чтобы он снова поработал твоим пугающе красивым телохранителем? — Дженна беспардонно оперлась на прилавок, подперев подбородок рукой.
— Здесь сказано прийти одной, — Тейлор кончиком пальца коснулась засушенного цветка.
Дженна сморщила нос:
— Звучит как завязка фильма ужасов.
— Это общественный парк, — возразила Тейлор, хотя внутри всё же шевельнулось беспокойство.
— В общественных парках живут еноты. И мужики в плащах из детективных романов, — Дженна наставила на неё лопатку для крема. — Напиши Райану. Пусть притаится где-нибудь поблизости на почтительном расстоянии и делает вид, что он просто гуляет.
Тейлор снова впилась взглядом в записку. «Приходи одна». Эти слова одновременно манили и пугали. Этот квест был нежным, немного безумным, порой пугающим, но Тейлор всегда казалось, будто чья-то рука мягко лежит на её пояснице, направляя вперёд. Одной частью души она хотела подчиниться инструкции. Другая же часть слышала голос Райана, перечисляющий все причины, по которым посещение безлюдных мест после захода солнца – плохая идея.
— Дженна, — тихо произнесла она. — Моё тайное место... Откуда он мог о нем узнать?