Чтение онлайн

Руквуд хранил гробовое молчание во время допроса его сокурсников и не мог понять, из-за чего так расстраивается Снейп. Ну да, они растоптали те идиотские ингридиенты, ну и что? Он решил пристыжено опустить голову и заявить, что ему тоже очень жаль. С матерью это всегда срабатывало, не правда ли? Когда мальчику было всего лишь шесть, его отца убили проклятые авроры, а мама все спускала ему с рук, если он выглядел сожалеющим о своем неблаговидном поступке. И ему действительно жаль — жаль, что их поймали!

Руквуд почувствовал, как взгляд декана прожигает дырки в его голове, и поднял глаза, встретившись с ним взглядом. И тут же почувствовал, как глаза профессора словно проникают в его разум, вытаскивая на поверхность самые отвратительные его мысли и чувства. Он не понимал, откуда взялась эта уверенность, но точно знал, что не сможет соврать Снейпу. Тот понимал, что мальчишка совсем не раскаивается.

Снейп сел за стол, находящийся за спиной Руквуда, и повернулся к Амесу и Макнайту.

— На сегодня вы оба свободны. Вы освобождены от домашнего ареста, и все ограничения теперь сняты. В течение следующих десяти дней вы будете появляться здесь на отработках, но теперь вы будете заниматься своей домашней работой и догонять своих сокурсников. Я помогу вам с любыми трудностями. Доброй ночи, господа.

Им не нужно было повторять дважды – парни мгновенно схватили свои вещи и почти выбежали из класса.

Северус развернулся и подошел к камину. Пробормотав заклинание Incendio и швырнув в огонь горсть дымолетного порошка, он громко проговорил:

— Кабинет директора по просьбе Северуса Снейпа!

Когда в камине появилась голова Дамблдора, Северус немного отступил в сторону, давая директору возможность войти в комнату.

— Да, Северус, чем могу быть полезен? – он повернулся и заметил Руквуда, сидящего с низко опущенной головой в попытке выглядеть раскаивающимся — к сожалению для него, безуспешно. Северус отозвал директора в сторону и тихо объяснил ему:

— Два других мальчика усвоили этот урок, с них сняты все ограничения. Следующие десять дней они будут заниматься со мной своей домашней работой. А Руквуд всего лишь расстроен тем, что его поймали — думаю, он будет пробовать мстить всем, кто так или иначе причастен к его наказанию. Я переживаю за младшие курсы, особенно за мистера Купера, если Руквуд останется в замке. И боюсь, что за семь оставшихся месяцев мы не сможем перевоспитать его.

Альбус задумчиво кивнул, подошел к парте, за которой сидел парень, и встал напротив. В конце концов, любопытство победило, и Руквуд поднял голову, вновь попадая в ту же ловушку — на этот раз, голубых глаз. Альбус опечалено покачал головой:

— Мне жаль, мистер Руквуд, что вы, похоже, не поняли самого главного из того, что мы преподаем в школе. Боюсь, что если мы позволим вам и дальше оставаться в замке, ваше поведение в конечном итоге может навредить остальным студентам.

Северус, проведи мистера Рувуда в его комнату, чтобы он мог собрать свои вещи, а я пока поговорю с его матерью, чтобы она его забрала. Прощайте, мистер Руквуд. И мне бесконечно жаль, что мы так и не сумели объяснить вам, что у всех нас равное право чувствовать себя в безопасности и иметь личные вещи.

Меньше, чем через час Руквуд вернулся в поместье своей матери, исключенный из школы за нападение на мистера Купера и безрассудного поступка в «Флориш и Блоттс», подвергшего опасности жизни многих людей. Это происшествие было также зарегистрировано в департаменте защиты магического правопорядка.

На следующее утро во время завтрака в Большом Зале неожиданно с грохотом распахнулась входная дверь, являя миру министра Фаджа. В окружении своей свиты он подошел к столу преподавателей. Судя по его красному лицу, создававшему неприятное сочетание с его же зеленой шляпой, министр был очень зол и раздражен.

— Господин Директор, я хочу получить объяснение статье в сегодняшней газете!

— Корнелиус, возможно, нам стоит продолжить в моем кабинете. Я уверен, что студенты хотят позавтракать и отправиться на уроки, а не выслушивать наши дискуссии.

Студенты же подумали, что они бы с большим удовольствием послушали намечающийся спор, чем пошли учиться, но их мнения никто не собирался спрашивать.

— Конечно, да, да, пусть заканчивают и идут в классы, вы правы, — быстро забормотал Фадж.

Как только они вошли в кабинет, Фадж принялся размахивать бумагами прямо перед носом директора:

— Я только что узнал, что мальчика Поттеров забрали из дома его законных родственников и отдали в руки Пожирателя Смерти, устроив здесь целое представление! Вы не имеете права! Я требую, чтобы ребенка немедленно вернули его тетке!

Снейп тем временем разумно предположил, что именно Сайрус стал причиной неожиданного визита министра, поэтому он оставил малыша с Ниппи и появился в кабинете директора почти одновременно с Дамблдором и Фаджем:

— Господин директор, возможно, министру тоже стоит увидеть мои воспоминания?

Альбус кивнул и достал свой мыслеслив, а Северус вновь поместил в него свои впечатления, касающиеся Сайруса.

Только Альбус, Корнелиус и Северус коснулись палочками серебристого содержимого думосбора. Телохранителям и остальным чиновникам, сопровождавшим министра, было совсем не обязательно обладать подобной информацией. Северус не стал делиться воспоминаниями о появлении несчастного израненного малыша и последующем лечении, но показал разговор с Кингсли, когда последний сообщил, что Дурсли уехали в Канаду, не сказав никому, что их племянник пропал два месяца назад. Также Северус не стал показывать воспоминания об уникальных возможностях его сына, справедливо рассудив, что чем меньше людей знают о его невидимости, тем в большей безопасности малыш.

Северус поместил в мыслеслив еще несколько своих любимых воспоминаний – моментов проведенных вдвоем с сыном: малыш признает его своим отцом и называет себя Сайрусом Северусом Снейпом; объятия и поцелуи; Поппи сообщает, что мальчик полностью здоров. И, наконец, последнее — малыш учится летать на метле, а Северус во время пикника начинает осторожно объяснять ему, кто он такой и кем были его настоящие родители.

Корнелиус, явно ошеломленный увиденным, тяжело осел на стул, который ему предупредительно подставил Северус:

— Подумать только! Альбус, почему? Я имею в виду, как… ведь это их собственная кровь и плоть! Как они могли быть такими жестокими?

Министр повернулся к Снейпу и неохотно кивнул:

— Хорошо, думаю я погорячился, и вы действительно будете для ребенка неплохим опекуном — уж, конечно, лучше его тети и дяди. Но вот сможете ли вы защитить его от ваших бывших… коллег? И, Альбус, я все еще недоволен спешкой, с которой вы обстряпали опекунство, и непонятной секретностью.

— Ах, Корнелиус, а вы представляете, на что пошли бы маги, чтобы отомстить этим невинным магглам? Или какая бы кутерьма поднялась вокруг дела об усыновлении, и что еще могло бы случиться с Гарри Поттером?