Чтение онлайн

— Боюсь, совсем мало. Конечно, мы встречались в клубе, но это было очень давно. С тех пор я не часто слышала о нем, в основном, это были слухи.

— Например?

— Вы знаете, что он был полицейским? Насколько я знаю, он ушел в отставку, но не сам, а его попросили. Кажется, его обвинили в избиении подозреваемого — выбивал показания. Было расследование, но ничего так и не доказали.

— Обычное дело, — сказала Бренда. —Дружки-полицейские прикрыли своего.

Мартин кашлянул.

— Это не совсем справедливо, дорогая. По большому счету... — Они втянулись в спор о полиции, в то время как два сыщика на заднем сиденье сосредоточились на прошлом Дэнби.

— В общем, подозрений хватило, чтобы заставить его уйти в отставку. Это было вскоре после войны, я уверена. После этого он устроился на работу в одну из частных охранных фирм — охрана банковских денег и тому подобное... Фирма называлась «Охранное агентство Тринкхэма».

— Но сейчас он на пенсии?

— Да, уже как год. Или два? Именно тогда он переехал в Доусон, деревушку на побережье. Сказал, что живет в небольшом коттедже у моря. Это все, что мне удалось о нем узнать.

— Вы ничего не слышали о визите майора Стоукса к нему?

— Что? Я в это не верю. Майор ни за что бы в жизни...

Фин кивнул, но так энергично, что канотье снова соскочило.

— Так сказал Джервейс Хайд. Более того, он сказал, что Дэнби угрожал убить майора.

— В самом деле? — Мисс Фараон замолчала, а Бренда с Мартином все еще спорили:

— ... а иногда ты становишься просто невыносимым! Полагаю, в следующий момент я услышу, что британское правосудие — лучшее в мире! Честно...

— ... совсем не то, что я сказал. Бренда, послушай. Я знаю, что продажных полицейских не так много, но какое это имеет отношение?..

— Впереди есть паб, — предложила мисс Фараон. — Давайте сделаем остановку и немного остынем, хорошо? Вы двое грызетесь, как пожилые супруги.

Перед пабом был сад, и пока взрослые сидели, упираясь коленями в ржавый стол под зонтиком «Мартини», Миа Тавернер могла вволю поизвиваться на коленях матери. Задолго до того, как остальные пригубили свои напитки, Миа успела пролить лимонад из стакана.

— Ради всего святого, пусть ребенок побегает и поиграет, — сказала мисс Фараон. — Есть кое-что важное, о чем все вы должны знать. — Она потягивала пиво до тех пор, пока Миа не отправилась на другой конец сада мучить какого-то малыша.

— Что именно? — спросил Хайд.

— Первым делом я хотела бы услышать твою версию относительно встречи майора Стоукса и Фрэнка Дэнби.

Он допил пиво и отер пену с усов.

— Рассказывать особо нечего. Майор рассказал мне об этом около месяца назад, когда я случайно столкнулся с ним на Оксфорд-стрит. Сказал, что нанес визит Дэнби. Услышав, кто его навестил, Дэнби пришел в ярость, приказал ему убираться и сказал, что если тот когда-нибудь попадется ему снова, он убьет его.

Леонард Латимер ахнул.

— Почему ты мне ничего не сказал в машине, когда я говорил с тобой о Стоуксе?

Хайд оскалился.

— Не хотел расстраивать тебя, пока ты вел машину, старик. Ты постоянно жалуешься на сердце — к чему рисковать?

— Да, но... —Латимер запнулся и уставился на свои ногти.

— Вопрос совсем в другом. Вопрос в том, почему Дэнби не упомянул об этом, когда я говорила с ним вчера по телефону? Строго говоря, зачем он солгал?

Фин спросил, что она имеет в виду.

— Я ему не сказала, что майор умер, я просто спросила Фрэнка, не виделись ли они с ним недавно. —Она поставила стакан, наблюдая, как оса пытается приземлиться на ободок.

— Он рассмеялся. Это был короткий, довольно злобный смех, хорошо мне знакомый. Он рассмеялся и сказал: «Почему бы нет, Доротея. Я не видел старину Стоукса со времен войны». — Потом он извинился и повесил трубку.

Фин проследил за реакцией остальных. Латимер откинул назад голову и прижал ладони к лицу. Мартин и Бренда перестали собачиться и озирались вокруг. Хайд пожал плечами и рыгнул.

С Дереком Портманом произошла более живописная метаморфоза. Его крупное актерское лицо претерпело ряд изменений, словно находилось в поиске подходящего выражения: гнев? удивление? удовлетворение (я так и знал\)? Наконец оно остановилось на выражении завуалированной подозрительности.

— Этого как раз достаточно, не так ли? — сказал он. — Я, конечно, хотел бы спросить Дэнби, что...

— Мы все хотим спросить его, Дерек. — Темные глаза мисс Фараон стали жесткими.

— Но мы должны сделать это деликатно. Все может объясниться вполне невинно.

— Например?

— Пожалуйста — он мог просто забыть о визите. Или, возможно, он шутил, хотя, бог знает, зачем.

Латимер убрал руки.

— Н-никогда не знал, что у Дэнби есть чувство юмора, не так ли? Я имею в виду, раньше он посмеивался над сценами из-изнасилования в кровавых романах, которые читал, но в этом не больше юмора, чем я...

— Чего я хотела бы, — сказала мисс Фараон, — так это увидеть, как он отреагирует на известие о смерти майора Стоукса и на то, что мы считаем, что это было убийство.

— Положим, сделать это будет сложновато, — заметил Латимер. — У нас не больше доказательств, чем у лунного человека{54}!

Портман достал серебряный карандаш и начал рисовать на столе.

— То, что у нас есть, — пустые домыслы. Я, например, предпочел бы что-то более основательное. Так что хватит фантазировать, Латимер, и поедем.

Все допили свои напитки, кроме мисс Фараон. Она сидела, загипнотизированная видом осы, размахивавшей клиновидными крылышками на краю бокала с пивом. Наконец насекомое свалилось внутрь.

— О чем вы задумались? — спросил Фин. — Что-то, связанное с Разгадчиками? Что- то, чего вы мне не рассказали?

— Ничего такого, — призналась она. — Просто на ум пришел еще один палиндром. — Она ткнула в бокал. — Regal wasp saw lager{55}.

Коттедж «Дельфин», который им был нужен, стоял в ряду таких же белых кирпичных бунгало с видом на море свинцового цвета. Дорога пролегала сзади, мимо обшарпанных кухонных дверей и помятых мусорных баков и вела к автостоянке, больше похожей на помойку. У них был шанс дважды осмотреть дома: сначала пробираясь вдоль задних дворов, затем берегом моря. Они видели дом с закрытыми ставнями и висячим замком, чистый домик с оконными коробками, заброшенный дом, дом с бельевыми веревками и музыкой, ревущей по «Радио 1» и так далее. Всё жилье невзрачное и большей частью убогое.