Чтение онлайн

Холодный бриз дул в сторону моря. Мисс Фараон продрогла, когда шла с племянником вдоль берега, взяв его под руку. Фасады некоторых коттеджей выглядели еще более уныло — сквозь треснувшие ступени пробивались сорняки.

На ступеньке одного из таких крылец сидел человек, обращенный лицом к морю. Он был одет в ярко-фиолетовую рубашку, расстегнутую до пояса, рваные брюки, солнцезащитные очки и морскую кепку неопределенного фасона, из тех что продаются на благотворительных базарах. Это был грузный, неповоротливый гигант с изуродованным лицом бывшего боксера. Видимо, мисс Фараон узнала знакомый профиль со сломанным носом, и решила позвать:

— Фрэнк! Фрэнк Дэнби! Это Доротея, Фрэнк! Я говорила, что мы все можем приехать, и вот мы здесь.

Мужчина либо не слышал, либо испытывал неприязнь, поскольку продолжал смотреть на воду, не повернув покалеченного лица. Когда они подошли ближе, он вынул из кармана медную подзорную трубу и уставился в море. Наконец, не оглянувшись, он сказал:

— Хэлло, Доротея! Вижу, ты притащила с собой всю долбаную банду. Кажется, я говорил тебе, что мне не нравятся долбаные визитеры.

Она застыла.

— Послушайте, Фрэнк, вы больше не коп, побудьте хоть немного человеком. В конце концов, мы приехали сюда обсудить кое-что важное.

— Важное для вас, может быть, но не...

— Это важно и для вас тоже, Фрэнк. Может, мы войдем?

Он вздохнул.

— Почему нет? Но не ждите никакого VIP-обслуживания, всех предупреждаю. — Не удосужившись проводить их, он сложил подзорную трубу, встал и вошел в дом.

Они проследовали за ним, и напряжение проникло внутрь вместе с ними. Входная дверь открывалась прямо в маленькую прихожую, которая едва ли могла вместить всю группу. Дэнби, по-прежнему в кепке и очках, развалился в самом удобном кресле. Мисс Фараон представила всех поочередно, пока они кружили по комнате и искали, где бы пристроиться: Мартин, Бренда, Латимер, Хайд, Фин, Портман, Шейла и Миа. При упоминании одного имени Дэнби крякнул, на другом высморкался, но ничего не сказал.

Миа, казалось, мгновенно почувствовала напряжение и попросилась поиграть на пляж. Шейла поплелась за ней. Остальные, рассредоточившись по комнате, стояли или сидели молча.

Взгляды, брошенные через две открытые двери, дали им полную картину дома: крошечная кухня, еще более крошечная ванна, а стены, очевидно, повсюду были оклеены обоями с одним и тем же узором из желто-зеленых роз. Фин не глядя мог сказать, что ванна покрылась пятнами ржавчины, в кухонной раковине мокли чайные листья, а арендную книгу вместе с другими бумагами пихнули за каминные часы. Это было «меблированное жилье», арендованное тем, кто давно перестал следить за собой.

Полуразвалившаяся мебель для гостиной, несколько кресел, деревянных стульев и негодных для использования столиков были придвинуты к стенам, словно в комнату готовили к танцам на грязном линолеуме. Четверо пожилых гостей сидели, выпрямившись, у стен, в то время как Мартин, Бренда и Фин присели на корточки в маленькой прихожей. Все ждали, когда тишина нарушится, но с каждой минутой нерушимость ее только возрастала.

Дэнби, казалось, было все равно. В стене прямо над его головой располагался кухонный люк. Он протянул к нему руку, вынул банку пива и с хлопком открыл ее.

— Ваше здоровье! — сказал он, и его сломанный нос немного скрутило, когда он улыбнулся. — Извините, это только для меня. — Он шумно отхлебнул и закрыл люк.

— Оставьте свои чертовы ребячества, Фрэнк, — сказала мисс Фараон. — Мы этого не ожидали... Боже правый, что это было?

Из-за закрытой двери на них обрушился неистовый шквал царапанья и рычания. Дверь затряслась под ударом тяжелого тела.

— Что? Это Шеба, моя маленькая немецкая овчарка. Она просыпается, только когда я открываю банку. Она без ума от пива. Шеба, лежать! Хорошо, что я запер ее в спальне, а? Вам повезло. С одинаковым интересом она смотрит на чужих и отрывает им руки. Хотите с ней познакомиться? — Он сделал вид, что поднимается, затем, смеясь, рухнул назад.

— С меня хватит, — подал голос Портман. — Если вам нравится сидеть тут, пить пиво и играть в садистские игры со своей собакой — вперед. Я всегда говорил, что собака только потому дурная, что у нее хозяин дурак. Если остальные хотят сидеть здесь и развлекаться с этим... этим психом, ради бога, а я не в счет.

— А ты давно уже не в счет, Портман, — ответил Дэнби. — Расслабься и наслаждайся этим долбаным воссоединением или чем оно там должно быть.

— Фрэнк, послушайте, — вмешалась мисс Фараон. — Стоукс умер. У меня есть основание полагать, что он был убит.

Дэнби посасывал пиво.

— И что?

— «И что?» — это все, что вы можете сказать?

— Что ты хочешь, чтобы я сделал? Поиграл с тобой в детективов? Какое мне дело до того, что случилось со старым Стоуксом? Мне хватает своей долбаной жизни, чтобы убраться... чтобы жить.

— Есть один или два момента, которые вы могли бы прояснить, — сказал Портман. — Например, почему вы сказали, что не видели Стоукса двадцать лет, хотя он был здесь около месяца назад.

Лицо Дэнби, насколько позволяли старые шрамы, приняло удивленное выражение.

— Это он тебе рассказал, верно? Рассказал, как я угрожал спустить на него Шебу, если он не отвалит? — Снова злобный смех. — О, я понимаю. Ты думаешь, я... ха-ха-ха, ты думаешь, что это я позаботился зачистить старого ублюдка? Господи... да это вроде как небольшой самосуд, а?

— Он сказал, что вы угрожали ему, — продолжал Портман. — Я не вижу здесь ничего смешного. Вы угрожали жизни человека, и теперь он мертв. Что здесь забавного?

— Ты забавный. Все вы. Ты хочешь знать, есть ли у меня алиби на время смерти? Я сидел здесь. Прямо в этом доме, может, в сотне ярдов от него, но не больше. Это то место, где он умер?

— Нет, — сказала мисс Фараон, — он умер в Лондоне. Но откуда вы можете знать, когда он умер?

— Какая разница. Я проторчал здесь весь прошлый год. Никуда не вылезал, объяснял же тебе по телефону.

— Звучит немного по-гангстерски, — сказал Хайд. — Что это за разговоры о том, чтобы зачищать людей и потом никуда не вылезать? От чего вы прячетесь?

— Не твое сраное дело!

Внезапно Латимер вскочил на ноги, челюсти его тряслись от негодования.

— Как вы смеете так выражаться при мисс Фараон и моей дочери? Что вы себе позволяете? Я уже наполовину готов...

— Готов «преподать мне урок»? Тебе никогда не хватало мужества, Латимер, так что сиди и молчи в тряпочку.

— Помолчите оба. — Под взглядом мисс Фараон Латимер сел. — Так, Фрэнк. Мы не имели в виду, что это будет целиком светский визит. Поймите, что бы ни случилось с майором Стоуксом, это касается каждого из нас.