Чтение онлайн

Натан полностью сосредоточился на книге. Я переоделась в халат в гардеробной. Когда я

принимала противозачаточную таблетку, я заметила, что в мешке для химчистки лежали какие–то

вещи. Я присела на колени и просматривала вещи, пока не нашла галстук. Я быстро достала его, выпрямляя и разравнивая его на ковре. Он был скомкан, но чист. Я вздохнула со смесью

облегчения и замешательства. Я склонилась над мешком. Потом понюхала, и почувствовала запах

сигарет.

Я стиснула зубы. Натан бросил несколько лет назад и ни разу не срывался. Это не его

запах, он просто остался на его одежде. Это чей–то запах. Или он из бара. В любом случае, он не

из больницы. Насколько нужно быть безрассудным, чтобы врать насчёт больного отца?

Мои щёки начали гореть. Я с трудом сформировала мысль, которая не включала

нецензурные ругательства. Я оставила вещи и рванула к изножью кровати.

– Где ты был сегодня вечером?

Он перевернул страницу.

– Я уже говорил тебе. В больнице.

Запах засел в моём носу. Я сильно потёрла нос.

– Где ещё?

41

Он посмотрел на меня.

– Я поехал туда после работы, потом сразу домой. Я немного посмотрел телевизор до того,

как ты пришла, – он поднял голову. – А что?

Я пыталась успокоить дыхание, глубоко вдыхая. Он превращает меня в кого–то, кого я не

узнаю – в подозрительную жену. Мои друзья и коллеги держали своих мужей на коротком

поводке, я никогда не понимала почему. Это то, что может случиться, если не внимательно за

ними следить?

– Ничего, просто у меня был странный день,– сказала я.

Это должна была быть та часть, в которой он откладывает книгу и спрашивает почему.

Затем обнимает меня и говорит, что я единственная женщина в его жизни раз и навсегда.

– Ну… – он опустил взгляд в пол, к моим ногам, нахмурил брови, будто тщательно

обдумывал свой следующий шаг. Он колеблется так долго, что молчание стало неловким. – Это

странный город,– наконец произнёс он, и вернулся к чтению книги.

Это должно быть была очень интересная книга. Меня прямо подмывало спросить,

неужели она больше заслуживает его внимания, чем его собственная жена. Или нужно было

пропустить это пассивно–агрессивное развитие событий и обвинить его в том, что он спит направо

и налево с кем–то за моей спиной. Что бы он на это ответил?

Эта паранойя была для меня в новинку, так же, как и его новое отношение ко мне. Мне это

не нравилось. Я бы хотела, чтобы всё было как раньше.

– Я уже отнесла вещи в химчистку, – я сказала невозмутимо.

– Я знаю.

– Твоя вчерашняя одежда была довольно грязная. И сегодняшняя тоже.

– Я тоже ходил в химчистку пару раз. И я всегда забирал твои вещи.

Я сузила глаза. Это правда, только наполовину. Он любит порядок. Хотя и я не оставляю за

собой беспорядок. Я могу отложить что–то до утра, но утром всегда всё убираю.

– Я не это имела в виду.

Так ли иначе, он всё еще казался, занятым чтением.

– Натан.

Он снова поднял на меня взгляд и сделал движение, как будто хотел отложить книгу, но

затем передумал. Я увидела проблеск нерешительности, затем выражение его лица прояснилось.

– Что?

У меня в животе запорхали бабочки. Мы обещали друг другу, и я хотела ему сказать. Если

бы мы почувствовали соблазн сделать что–то, предполагалось, что мы об этом признаемся друг

другу. И сейчас я как раз была той, кто почувствовала соблазн. Если бы Финн просто поцеловал

меня без предупреждения, остановила бы я его или нет? Я не знала. Это значило, что мне нужно

было сказать об этом Натану. Таков был наш договор. Хотя его было не так легко выполнить. Как я

могла сказать человеку, которого люблю больше всего на свете, что он меня теряет? И что у

другого мужчины выходит лучше? Может Натан пытался всё исправить, но не мог. Мы бы

поговорили об этом, будь всё так просто.

– Что такое? – спросил он. – В этой книге куча деталей. Мне нужно сконцентрироваться.

– Ничего,– я развернулась и захлопнула за собой дверь в ванной. В душе меня начало

трясти. Не из–за того, что Натан сказал, а из–за того, что он вообще это сказал. Он не отталкивал

меня, не злился на меня, и не покидал комнату, когда я входила.

Мне стало страшно.

Я ждала, что он придёт и извинится, но он не пришёл. Когда я вышла из душа, он уже

заснул, на час раньше, чем обычно. Я забралась в постель, но я с таким же успехом могла бы быть

где угодно, а он всё равно не заметил бы.

Возможно даже в соседней квартире.

42

7

Проснувшись утром, я была более спокойной. Так как Натан вчера лёг спать очень рано, то

он ушёл ещё до того, как я выбралась из постели, это было довольно необычным. Мы с Джинджер

спустились вниз и очутились в зимнем царстве. Всё было припорошено снегом. Это был первый

снег, и воздух, казалось, ожил. Всё это раньше восхищало меня, но пару лет назад я подвернула

лодыжку на льду. Теперь я ношу сапоги с прорезиненной подошвой, пока добираюсь до работы и

обратно. Тот факт, что приходится брать с собой дополнительную пару туфель, раздражает. Во

всяком случае, снег останется белым не больше одного дня. Потом он станет грязным и серым, как асфальт.

Джинджер обнюхивала куст с небывалым энтузиазмом. Она остановилась, оглянулась и

вернулась к исследованию. Мне нужно было устроить её в отделение полиции. “Или

использовать её в слежке за Натаном” , подумала я, поглубже закутываясь в пальто. Я всего лишь