Чтение онлайн

Девушек начали грубо выстраивать в ряд. Я съёжилась, стараясь затеряться, но один из серых схватил меня за волосы и потащил вперёд.

– Эта бракованная, – сказал он тому, что был в доспехах.

Тот наклонился, его щелевидные ноздри дрогнули, втягивая воздух.

– Откуда?

– Планета... – серый щёлкнул когтями, вспоминая, – Земля.

Чёрный издал звук, похожий на шипение кипящего масла.

– Опять этот мусорник.

Его рука сжала моё лицо, длинные пальцы впились в скулы, заставив вскрикнуть от боли.

– Смотри.

Он опять достал свой прибор, сканер.

Я замерла, почувствовав, как сердце заходится в груди.

Снова навёл на меня, зелёная полоска света медленно просканировала мою голову и опять выдала неприятный звук и грязно-оранжевый цвет лампочки.

– Видишь? – он ткнул мне в лицо прибором, показывая какие-то цифры. – Брак.

Серый разочарованно щёлкнул языком.

– В утиль?

Чёрный задумался, его пальцы забарабанили по броне на груди.

– Нет. На рынке продадим, кому-нибудь в шахты или на эксперименты пойдёт.

Меня отшвырнули назад, как ненужную тряпку.

Я упала на колени, потирая ушибленную руку.

Отравлена?

Это они наверно про опухоль.

В ушах зазвенело, мир поплыл перед глазами.

Чёрный ушёл, бросив через плечо:

– Подготовить к аукциону.

Серые схватили девушек, потащили к выходу.

Рыжая вырвалась, начала царапать одного.

– Нет! Отстаньте! Я не поеду!

Один из серых вздохнул – удивительно человеческий звук – и достал странный цилиндр.

Щелчок – и тело рыжей обмякло, как тряпичная кукла.

– Успокоительное, – пробормотал он, перекидывая её через плечо.

Дошла очередь до меня.

Я не сопротивлялась.

Не сейчас.

Меня грубо схватили за руку и потащили по длинному коридору. Стены вокруг были металлическими, с выступающими трубами. Воздух гудел от работы систем.

Где-то внизу, сквозь палубу, ощущалась мощная вибрация двигателей.

Корабль.

Работорговцы.

Аукцион.

Я сжала руки кулаки, чувствуя, как сердце стучит прямо в горле.

И пообещала себе, что не умру. Я буду бороться.

Меня разбудил резкий толчок вбок.

– Вставай, мусор. Твоя очередь.

Голос охранника прозвучал прямо над ухом, заставляя вздрогнуть. Я открыла глаза, ощущая, как каждая мышца в теле ноет от неудобной позы. Всю ночь мы просидели, прикованные к холодной стене короткими цепями, едва позволявшими шевелиться. Воздух в помещении был спёртым, пропитанным запахом пота, страха и чем-то металлическим – возможно, кровью на полу.

Серый стражник щёлкнул длинными когтями прямо перед моим лицом, заставляя вскочить. Замки на наручниках щёлкнули, цепи упали на пол с глухим лязгом. Ноги, затёкшие от долгого сидения, подкашивались, но сильный толчок в спину заставил сделать первый шаг.

– Вперёд, – прошипел охранник, и его холодная ладонь снова толкнула меня между лопаток.

Мы двигались по узкому коридору, освещённому тусклыми синими лампами, встроенными в потолок. Стены были покрыты странными царапинами – возможно, следами от когтей предыдущих пленников. Впереди, в конце туннеля, виднелся прямоугольник ослепительного дневного света.

Когда я вышла наружу, солнце ударило в глаза, как раскалённый нож. Я инстинктивно зажмурилась, подняв руку, чтобы защитить лицо, но один из охранников грубо отдёрнул мою конечность.

– Двигайся, брак, – прошипел он, снова толкая меня вперёд.

Я споткнулась о неровный камень под ногами и чуть не упала. Грубые руки тут же подхватили меня, не из сострадания, а чтобы не испортить «товар». Воздух здесь был густым, насыщенным десятками противоречивых запахов – жареного мяса неизвестного происхождения, острых специй, сладковатой гнили и чего-то кислого, как будто весь рынок за годы существования пропитался потом, кровью и отчаянием.

И он был огромен.

Торговые ряды растянулись, насколько хватало глаз, сливаясь с горизонтом. Под разноцветными тентами из пёстрой ткани, колышущимися на горячем ветру, толпились существа всех мыслимых форм и расцветок. Одни напоминали гигантских насекомых с переливающимися хитиновыми панцирями, их многочисленные глаза блестели, как полированный обсидиан. Другие выглядели как человекообразные ящеры с чешуйчатой кожей всех оттенков зелёного и синего. Третьи вообще не поддавались описанию – мелькали щупальца, дополнительные конечности, глаза в самых неожиданных местах.

Кто-то торговал оружием – странными устройствами, напоминающими то ли пистолеты, то ли хирургические инструменты. На других прилавках лежали фрукты невероятных форм, некоторые пульсировали, как живые. Один торговец демонстрировал сосуды с полупрозрачными существами, плавающими в розоватой жидкости.

Но наш «живой поезд» из двадцати девушек двигался в определённый сектор – туда, где на каменных подиумах стояли клетки разного размера, а в воздухе висел особенно густой запах страха.

– Рабский квартал, – прошептала Тали, та самая рыжая, которую оглушили на корабле. Теперь она шла рядом, бледная, с тёмными кругами под глазами, но держалась на ногах. – Видишь чипы у них за ушами? – она едва заметно кивнула в сторону группы существ, осматривающих товар. – Это переводчики. Нам вкололи при погрузке.

Я машинально потянулась к своему уху и нащупала крошечный бугорок под кожей. При нажатии сквозь чип в мозг просочилась волна странных ощущений – будто кто-то вставил в голову кусок льда.

Нас построили в неровную линию перед низким подиумом из тёмного камня. Охранник в чёрной униформе, отличавшейся от серых костюмов обычных стражников, вышел вперёд и начал что-то кричать на всеобщем языке:

– Свежий товар! Здоровые особи! Землянки, келларианки, три с Сириуса-5! Каждая проверена, каждая готова к службе!

Девушек одну за другой ставили на возвышение. Некоторых переодели в полупрозрачные шелка, подчёркивающие каждую линию тела. Другим надели ошейники с голограммами, проецирующими какие-то данные – видимо, «технические характеристики».

А я...

Я осталась в той же больничной рубашке, в которой меня похитили. За ночь ткань успела покрыться новыми пятнами, один рукав был разорван до локтя. Босые ноги, покрытые пылью и мелкими царапинами, выглядели особенно жалко на фоне «подготовленных» девушек.