Невста „1-го Апрля“
Шрифт:
— Я вамъ врю, — отвтила она холодно. — Пустите меня, Мишель; Колетта ждетъ гостей, мн нужно одться.
Будуаръ Колетты, отдлявшій въ 1-мъ этаж комнату молодой женщины отъ комнаты Сюзанны, былъ пустъ, но Сюзанна и не искала своей кузины. Чувствуя тяжесть въ голов, она быстро вынула черепаховыя шпильки, придерживавшiя прическу, и ея волосы разсыпались по плечамъ.
Когда она машинально бросила взглядъ въ зеркало, она увидла дв слезинки, катившіяся вдоль ея щекъ, и вытерла ихъ со злобой.
— Мн это безразлично, впрочемъ!… Онъ несправедливъ, золъ, пустъ!… Я смюсь надъ этимъ!… Разв я ему говорила, что я несчастлива? просила меня сопровождать въ садъ?… И эта гордость! Онъ счастливъ, я нтъ! это возмутительно; бывають дни, когда это выше моихъ силъ, я его ненавижу!
Слезинки слдовали одна за другой, боле частыя и вмст съ этимъ возрастало раздраженіе Сюзи. Имть красные глаза, когда нужно принимать гостей, это никогда не бываетъ особенно пріятно; затмъ Колетта будетъ спрашивать объясненія, а Мишель будетъ торжествовать, затмъ скоро можетъ явиться горничная. И при этой мысли бдная жертва закрылась своими волосами и терла ими свои глаза до боли.
— Злой, злой, злой! — повторяла она.
Но постучали въ дверь.
— Могу я войти, Колетта?
Боже! голосъ Мишеля! У Сюзанны явилось желаніе убжать, но гордость пригвоздила ее къ мсту; и бросивъ свой маленькій носовой платокъ на столъ:
— Войдите, — отвтила она съ совершеннымъ спокойствіемъ, забывъ о своихъ растрепанныхъ волосахъ.
— Я думалъ найти Колетту, — объяснилъ молодой человкъ. — Я хотлъ съ ней попрощаться, я ухожу, и затмъ я хотлъ взять одну изъ новыхъ книгъ.
Сюзанна приняла непринужденный видъ:
— Вотъ тутъ на стол, смотрите.
— Читали ли вы которую-нибудь изъ нихъ?
— О! я, — я читаю такъ мало романовъ!
Мишель взялъ наудачу книгу.
— До свиданія, — сказала молодая двушка, — у меня осталось только время переодться.
Уже она была у двери, когда Мишель произнесъ вопросъ, банальность котораго его почти стсняла:
— Какое наднете вы платье?
Сюзанна казалась удивленной.
— …Мое платье „мовъ“.
Онъ колебался немного, затмъ:
— У васъ сегодня немного утомленные глаза… немного красные…
— Красные глаза? ничуть! Почему вы хотите, чтобы у меня были красные глаза?
— Я не знаю, я констатирую фактъ. Можетъ быть у васъ покраснли глаза отъ пыли. Вы вдь правили сегодня утромъ по пыльной дорог.
— Конечно! Я безобразна, значитъ? Это забавно!
У Мишеля появилась невольная улыбка.
Со своими распущенными волосами, не особенно длинными, но вьющимися, обрамлявшими ея молодое лицо, у нея былъ видъ очаровательнаго маленькаго пажа.
— Ахъ, нтъ! — возразилъ онъ лаконически.
И онъ вернулся къ ране прерванному разговору.
— Сюзи, я хотлъ бы вамъ объяснить то, что я только что сказалъ.
Она притворилась очень удивленной.
— Только что?
— Да, вы меня поняли Богъ знаетъ какъ, будто я жалю, что… тогда, какъ я думалъ только извиниться за свой дурной характеръ… Я очень требовательный, очень вспыльчивый, я васъ огорчилъ…
У него былъ смущенный или несчастный видъ, и нужно сознаться, что Сюзи наслаждалась этимъ замшательствомъ или страданіемъ.
— Вы меня не огорчили, дорогой, — сказала она ршительно, — только немного оскорбили… Затмъ, вы тотчасъ же подтвердили, что не хотли сказать ничего оскорбительнаго, и я вамъ поврила… я забыла эту бездлицу.
— Въ самомъ дл?
— Въ самомъ дл.
— Я очень счастливъ, — сказалъ Мишель тономъ, какъ бы онъ уврялъ ее въ противномъ. — До свиданія, Сюзи.
Онъ удалился, какъ бы съ сожалніемъ.
Видъ этихъ бдныхъ, покраснвшихъ отъ пыли глазъ его опечалилъ. Кром того, онъ замтилъ маленькій мокрый платокъ, валявшійся на кругломъ столик.
— Ну, — говорилъ онъ себ, — мы переходимъ отъ недоразумнія къ недоразумнію. А я, я раздражаюсь, становлюсь грубымъ, неучтивымъ… Большею частью она безспорно неправа, и между тмъ, въ конц концовъ я всегда оказываюсь виноватымъ. Это просто невыносимо!
Часъ спустя, когда Колетта читала въ гостиной, въ ожиданіи своихъ гостей, Сюзанна сла у ея ногъ въ поз ласковаго ребенка, которую она любила принимать подл своей кузины.
— Колетта, спросила она, мн бы хотлось знать… эта женщина, которую… которую Мишель любилъ… какъ теб кажется, думаетъ онъ еще о ней?
Колетта воскликнула:
— Вотъ такъ идея!
— Какъ ты думаешь?
— Я убждена, что нтъ.
— Видлся онъ съ нею посл?
— Нтъ, уже въ продолженіе многихъ лтъ!
— Она очень хороша, не правда ли?
Колетта сдлала гримасу. Она легко отрекалась отъ своихъ боговъ и очень искренно.
— Дло вкуса, знаешь. Она была эффектна, да.
— Она не любила Мишеля. Почему?
— Это очень удивительно, не такъ ли? — сказала смясь Колетта, въ устахъ которой этотъ вопросъ былъ чисто риторическимъ.
— О! я совсмъ не это хочу сказать, — живо запротестовала молодая двушка, — но такъ какъ онъ такъ сильно ее любилъ…
— Она была недостойна его, вотъ и все.
— Колетта, — продолжала еще Сюзанна, прижимаясь головой къ колнямъ молодой женщины, — думаешь ли ты, что я его достойна?
Этотъ разъ г-жа Фовель взяла обими руками головку кузины и нжно ее поцловала.
— Маленькая глупышка! неужели бы я желала вашего брака, если бы ты не была достойна его?
— Мн хотлось бы знать имя той женщины, Колетта?
Сначала Колетта возстала противъ этого: она совершенно отказывалась говорить объ это старой исторіи и объ этой отвратительной личности, затмъ она уступила и разсказала пространно все.
— Я вновь увидла эту прекрасную графиню въ Канн этой весной, но, разумется, не разговаривала съ ней; тебя и миссъ Стевенсъ тогда уже не было.
Сюзи, казалось, занимала какая-то мысль.
— Слдовательно, они были помолвлены! — сказала она.
Одинъ вопросъ жегъ ей губы: „Мишель былъ очень нженъ со своей невстой?“ Но она не ршалась его произнести.