Чтение онлайн

Таким образом, когда мы думаем с точки зрения совершенства, время представляет собой иллюзию. Желание имеет время, ощущение имеет время, но любовь не имеет времени. Любовь – это состояние бытия. Любить полностью, просто, не ища и не отвергая, не означает мыслить с точки зрения совершенства или становления совершенным. Но мы не знаем такой любви; поэтому мы говорим: «У меня должно быть что-то еще, у меня должно быть время, чтобы достичь совершенства». Мы дисциплинируем себя, мы накапливаем добродетели, и если не накопили их достаточно в этой жизни, всегда есть следующая жизнь, так что запускается это движение взад и вперед.

Когда вы думаете в понятиях времени, в действительности вы гонитесь за большим, разве нет? Вы хотите больше любви, больше доброты, больше удовольствия, больше способов избегать боли, больше переживания наслаждения, мимолетного счастья; и как только ум требует большего, он должен иметь время, он должен по необходимости создавать время. Требование большего – это уход от фактически существующего. Когда ум говорит: «Я должен быть более сообразительным», само это утверждение подразумевает время. Но если ум может смотреть на то, что есть, без осуждения, без сравнения, если он просто наблюдает данность, тогда в таком осознавании нет никакой фиксированной точки. Как во Вселенной нет никакой фиксированной точки, так и в нас ее нет. Но уму нравится иметь фиксированную точку, поэтому он создает ее в имени, в собственности, в деньгах, в добродетели, в отношениях, в идеалах, верованиях, догмах; он становится воплощением своих собственных выдумок, своих собственных желаний: сама имеющаяся у ума идея совершенства делается более миролюбивой, более благородной, спокойной. Но совершенство – это не противоположность того, что есть. Совершенство – это то состояние ума, где прекратилось всякое сравнение. Нет мышления в терминах большего, следовательно, нет борьбы. Если вы можете просто знать истину этого, если вы можете просто слушать и узнавать это для себя, вы увидите, что полностью свободны от времени. Тогда сотворение происходит от момента к моменту, без накопления момента, поскольку сотворение – это истина, а истина не обладает длительностью. Вы думаете об истине как о длящейся во времени, но истина не длится, это не нечто постоянное, познаваемое во времени. Ничего подобного, это нечто полностью иное, нечто такое, что не может пониматься умом, застрявшим в поле времени. Вы должны умереть ко всему вчерашнему, ко всему накоплению знания и опыта, и только тогда возникает то, что неизмеримо, безвременно.

Именно ум, именно мышление создает время. Мышление является временем, и все, что бы ни представляло мышление, должно принадлежать времени; поэтому мышление никак не может выходить за пределы самого себя. Чтобы открыть находящееся за пределами времени, мышление должно прекратиться – и это самое трудное, поскольку прекращение мышления не происходит посредством дисциплины, контроля, отрицания или подавления. Мышление прекращается, только когда мы понимаем весь процесс мышления, а чтобы понять мышление, должна быть распознана самость. Мысль – это самость, мысль – это слово, которое отождествляет себя как «я», и на каком бы уровне, высоком или низком, не помещать самость, она все равно находится в поле мысли…

И самость очень сложна; она не находится на каком бы то ни было одном уровне, но состоит из многих мыслей, многих сущностей, каждая из которых противоречит другой. Должно быть постоянное осознавание их всех, осознавание, в котором нет никакого выбирания, никакого осуждения или сравнения, то есть должна быть способность видеть все как оно есть, без искажения или интерпретации. Как только мы судим или интерпретируем видимое, мы искажаем его в соответствии со своей подоплекой… Быть – значит состоять в отношениях, и лишь только в отношениях мы можем спонтанно открывать самих себя такими, какие мы есть. Именно само это открытие себя такими, какие мы есть, без всякого чувства осуждения или оправдания, вызывает фундаментальное преобразование в том, чем мы являемся, – и это начало мудрости.

Изменение возникает, когда нет страха, когда нет ни переживающего, ни переживания; только тогда случается революция, которая за пределами времени. Но этого не может случиться, пока я пытаюсь изменить «я», пока я пытаюсь превратить то, что есть, во что-то другое. Я – результат всех социальных и духовных принуждений, убеждений и всего обусловливания, основанного на стяжательстве, – на этом основывается мое мышление. Чтобы быть свободным от того обусловливания, от того стяжательства, я говорю себе: «Я не должен быть жадным; я должен практиковать нестяжательство». Но такое действие по-прежнему находится в поле времени, это по-прежнему деятельность ума. Просто видьте это. Не говорите: «Как мне попасть в то состояние, где я не жаден?» Это не важно. Не важно быть не склонным к стяжательству; важно понимать, что ум, пытающийся уходить из одного состояния в другое, все равно функционирует в поле времени, и потому не происходит никакой революции, никакого изменения. Если вы действительно можете это понять, семя той радикальной революции уже посеяно и будет действовать: вам ничего не нужно делать.

Само осознавание того, что есть, представляет собой освобождающий процесс. Пока мы не осознаем, чем мы являемся, и пытаемся становиться чем-то еще, будут продолжаться искажение и боль. Само осознавание того, что я такое, приносит преобразование и свободу понимания.

Пока вы ищете преобразования, результата, которого можно добиться, никакого преобразования не будет. Пока вы мыслите с точки зрения достижения, с точки зрения времени, не может быть никакого преобразования, ибо тогда ум застрял в сети времени. Когда вы говорите, что думаете с точки зрения немедленного преобразования, вы думаете в понятиях вчера, сегодня и завтра. Такое преобразование во времени представляет собой просто изменение, видоизменение длительности. Когда мысль свободна от времени, случается вневременное преображение.

Пока о проблеме думают, она будет продолжаться. Проблему создает мысль. Ум, являющийся результатом прошлого, не может решить проблему. Ум может анализировать, изучать, но не может решить проблему. Проблема, какой бы сложной и какой бы насущной она ни была, прекращается, только когда заканчивается мысленный процесс. Проблема заканчивается, только когда прекращает действовать ум с его основаниями и расчетами, представляющий собой результат многих вчера. То, что является результатом времени, не может преображать; оно может и будет вызывать изменение, представляющее собой видоизмененную длительность или перестройку структуры, но такое действие не приносит свободы.

Что мы имеем в виду под преобразованием? Несомненно, прекращение всех проблем, конец конфликта, беспорядка и страдания. Если вы понаблюдаете, то увидите, что ум возделывает, сеет и получает результат, подобно тому, как фермер возделывает почву, сеет и собирает урожай. Но в отличие от фермера, позволяющего полю отдыхать зимой, ум никогда не позволяет себе оставаться невозделанным. Как дожди, бури и солнечный свет восстанавливают почву, так и во время такого пассивного и одновременно внимательного бездействия ума происходит его восстановление, обновление, и проблемы решаются. Проблемы решаются, только когда их видят ясно и быстро.

Ум постоянно отвлекается, сбегает, ведь ясное видение проблемы могло бы привести к действию, которое могло бы создавать дальнейшее беспокойство; и поэтому ум постоянно избегает встречать проблему лицом к лицу, что лишь придает проблеме силу. Но когда она видится ясно, без искажения, она перестает существовать. Пока вы думаете с точки зрения преобразования, преобразования не может быть ни сейчас, ни потом. Преобразование может происходить только при непосредственном понимании каждой проблемы. Вы можете понимать ее, когда нет выбирания и стремления к результату, когда нет ни осуждения, ни оправдания. Когда есть любовь, нет ни выбора, ни поиска цели, ни осуждения, ни оправдания. Именно эта любовь вызывает преобразование.

Чтобы создать достойное общество, люди должны измениться. Вы и я должны найти энергию, стимул, живость, чтобы вызвать это радикальное преобразование ума, а это невозможно, если мы не имеем достаточно энергии. Нам нужно очень много энергии, чтобы вызвать это изменение в самих себе, но мы растрачиваем ее в конфликтах, в сопротивлении, в подчинении, в соглашательстве и послушании. В попытках соответствовать идеалу мы тратим энергию впустую. Для сохранения энергии мы должны осознавать себя, осознавать как мы рассеиваем энергию. Это извечная проблема, поскольку большинство людей ленивы; они скорее будут соглашаться, подчиняться и следовать. Если мы осознаем эту инертность, эту глубоко укоренившуюся лень, и пытаемся возбуждать ум и сердце, напряжение снова станет конфликтом, на который тоже уходит энергия.