Чтение онлайн

Чтобы понять эту проблему страха, вы должны вникнуть в нее очень глубоко, поскольку страх находится не просто на поверхности ума. Страх – это не просто бояться своего соседа или бояться потерять работу; он гораздо глубже, и для его понимания требуется глубокая проницательность. Чтобы глубоко понимать, вам нужен очень острый ум, но не просто такой, который усовершенствует аргументацию и способность избегания. Следует углубляться в проблему шаг за шагом, и именно для этого очень важно понимать весь этот процесс наименования. Когда вы обозначаете целую группу людей, называя их мусульманами или как угодно еще, вы от них уже отделались; вам нет более необходимости смотреть на каждого из них отдельно, так что название, слово воспрепятствовало вам быть человеком по отношению к другому. Точно так же, когда вы называете чувство, вы не смотрите на само чувство, вы не находитесь полностью с данностью.

Понимаете, господа, там, где есть страх, нет любви; там, где есть страх, что бы вы ни делали – ходите во все храмы на свете, следуете всем гуру, каждый деть повторяете Гиту – вы никогда не найдете реальность, вы никогда не будете счастливы, вы будете оставаться незрелыми человеческими существами. Если вы просто хотите избавиться от страха, примите таблетку транквилизатора и ложитесь спать. Существуют бесчисленные способы избавления от страха; но если вы спасаетесь, убегаете, страх будет неизменно преследовать вас. Чтобы быть фундаментально свободными от страха, вы должны понимать этот процесс называния и сознавать, что слово никогда не бывает самой вещью. Ум должен быть способен отделять чувство от слова и не должен позволять уму вмешиваться в непосредственное восприятие чувства, которое является данностью.

Когда вы уже зашли так далеко, проникли настолько глубоко, вы обнаруживаете, что в бессознательном, в темных закоулках ума, скрывается чувство полного одиночества, изоляции, представляющее собой фундаментальную причину страха. И опять-таки, если вы его избегаете, если бежите от него, страшась его, если вы не вникаете в него, никак при этом не называя, то никогда не выйдете за его пределы. Ум должен непосредственно встретиться с фактом полного внутреннего одиночества и не позволить себе что бы то ни было сделать с этим фактом. Это нечто особенное, называемое одиночеством, составляет самую суть самости, «меня», со всеми его уловками, коварством, суррогатами, сетью слов, в которую попадается ум. Только когда ум способен выйти за пределы этого окончательного одиночества, достигается свобода, абсолютная свобода от страха. И только тогда вы узнаете сами, что такое реальность, та неизмеримая энергия, не имеющая ни начала, ни конца. Пока же ум порождает свои собственные страхи в понятиях времени, он неспособен постичь безвременное.

Свободу от страха – и я уверяю вас, полную свободу – приносит осознавание страха без слова, без попыток отрицать страх или бежать от него, без желания быть в каком-то другом состоянии. Если вы с полным вниманием осознаете факт наличия страха, то обнаружите, что наблюдатель и наблюдаемое – одно, между ними нет никакого разделения. Нет наблюдателя, говорящего: «Я боюсь»; есть только страх, без слова, которое его обозначает. Ум больше не убегает, не стремится избавиться от страха, не пытается найти причину, и потому он больше не раб слов. Есть только движение изучения – результата несведущности, а несведущий ум не имеет страха.

Вопрос: Как я могу быть восприимчивым, когда меня мучает желание?

Кришнамурти: Почему желание нас мучает? Почему мы превратили желание в нечто мучительное? Бывает желание власти, желание положения, желание известности, сексуальное желание, желание иметь деньги, иметь машину и так далее. Что вы подразумеваете под словом желание? И почему оно неправильное? Почему мы говорим, что должны подавлять или сублимировать желание, что-то с ним делать? Мы попытаемся выяснить. Не просто слушайте меня, а вникайте в это со мной и выясняйте сами для себя.

Что неправильного в желании? Вы подавляете его, ведь так? Большинство из вас по разным причинам подавляет желание – потому что оно неудобно, не к месту, или потому, что вы считаете его аморальным, или потому что религиозные книги говорят: чтобы найти Бога, у вас не должно быть желания, и так далее. Традиция говорит, что вы должны подавлять, контролировать, подчинять желание, и потому вы тратите время и энергию на самодисциплину.

Давайте сперва посмотрим, что происходит с умом, который всегда контролирует себя, подавляя, сублимируя желание. Такой ум, будучи занят самим собой, становится бесчувственным. Хотя он может говорить о чуткости, доброте, хотя он может говорить о необходимости дружелюбия, о необходимости создания замечательного мира, и о прочей чепухе, которую твердят люди, подавляющие желание, – подобный ум бывает бесчувственным, так как он не понял то, что подавил. Подавляете ли вы желание или поддаетесь ему – это по существу одно и то же, поскольку желание по-прежнему налицо. Вы можете подавлять желание женщины, машины, положения; но само побуждение не иметь этого, заставляющее вас подавлять эти желания, также представляет собой форму желания. Поэтому, будучи захваченными желанием, вам следует понять его, а не считать его правильным или неправильным.

Но что такое желание? Когда я вижу дерево, качающееся на ветру, это красиво и привлекает взгляд, но что в этом неправильного? Что неправильного в наблюдении красивого движения летящей птицы? Что неправильного в том, чтобы смотреть на красивую, новую, блестящую полировкой машину? И что неправильного в смотрении на приятного человека с гармоничным лицом, говорящем о здравомыслии, смышлености и прочих достоинствах его обладателя?

Но желание на этом не останавливается. Ваше восприятие – это не только восприятие как таковое, с ним приходит эмоция. С возникновением эмоции вы хотите прикасаться, входить в контакт, а затем идет побуждение обладать. Вы говорите: «Это красиво, я должен это иметь», и так начинается суматоха желания.

Но возможно ли видеть, наблюдать, осознавать красивое и безобразное в жизни и не говорить при этом: «У меня должно это быть» или «У меня не должно этого быть»? Вы когда-нибудь просто наблюдали что-либо? Вы понимаете, господа? Вы когда-нибудь наблюдали свою жену, своих детей, своих друзей, просто смотрели на них? Вы когда-нибудь смотрели на цветок, не называя его розой, не желая вставить его себе в петлицу или взять домой и кому-нибудь подарить? Если вы способны так наблюдать, то увидите, что желание – не такая уж отвратительная вещь. Вы можете смотреть на автомашину, видеть ее красоту и не увязать в суматохе или противоречии желания. Но это требует огромной интенсивности наблюдения, не просто мимолетного взгляда. Это не значит, что у вас нет желания, но означает просто то, что ум способен смотреть, не описывая. Он может смотреть на луну и при этом сразу не говорить: «Это луна, как она красива», так что в промежутке не вторгается его болтовня. Если вы можете это делать, то обнаружите, что в интенсивности наблюдения, чувства, настоящего переживания у любви есть собственное действие, не противоречащее действию желания.

Экспериментируйте с этим, и вы увидите, насколько трудно уму наблюдать без болтовни о наблюдаемом. И конечно, такую природу имеет любовь, не так ли? Как вы можете любить, если ваш ум никогда не молчит, если вы всегда думаете о себе? Чтобы любить человека всем своим существом, умом, сердцем и телом, требуется огромная сила, и когда любовь так сильна, желание скоро исчезает. Но у большинства из нас никогда не было такой интенсивности по отношению к чему бы то ни было, – кроме нашей собственной выгоды, сознательной или бессознательной; мы никогда не сочувствуем ничему, не ожидая от этого чего-нибудь еще. Но только ум, обладающий этой интенсивной энергией, способен следовать быстрому движению истины. Истина не статична, она быстрее мысли, и ум не может ее себе вообразить. Чтобы внимать истине, необходима эта огромная энергия, которую невозможно сохранять или взращивать. Эта энергия не приходит в результате самоотрицания, в результате подавления; напротив, она требует полного самозабвения. А вы не можете забыть себя или забыть все, что у вас есть, если просто хотите достичь результата.

В этом мире, основанном на зависти, стяжательстве и погоне за властью и положением, возможно жить без зависти, но это требует необычайной силы, ясности мысли и понимания. Невозможно жить без зависти не понимая самого себя, так что начало здесь, а не где-то там. Если вы только не начинаете с самого себя, вам никогда не найти конца скорби. Очищение ума – это медитация, очищение ума, занимающегося самим собой. Вы должны понимать себя, и вы можете понемногу заниматься этим каждый день. Прилагающий усилия понять самого себя получит намного больше, чем поучающий других.

Тогда человек спрашивает: «Возможно ли, чтобы мысль не касалась желания?» Вы понимаете? Это ваша проблема. Когда вы видите нечто особенно прекрасное, полное жизни и красоты, вы никогда не должны позволять включаться мысли, ибо как только этого касается мысль, она, будучи старой, будет извращать это, превращая в удовольствие, и таким образом возникает потребность в удовольствии и во все большем удовольствии; и когда его не дают, налицо конфликт, налицо страх. Так можно ли смотреть на что-то без мысли? Чтобы смотреть, вы должны быть чрезвычайно живыми, не парализованными. Но религиозные люди сказали вам: «Будьте парализованными, приходите к реальности ущербными». Но будучи ущербными, вы никогда не придете к реальности. Чтобы видеть реальность, вы должны иметь ясный ум, не извращенный, бесхитростный, не спутанный, не мучимый, – свободный; только тогда можно видеть реальность. Если вы видите дерево, вы должны смотреть не него чистым взглядом, без образа. Когда мысль мыслит о желании – а мысль всегда будет мыслить о желании, – она получает от этого удовольствие. Есть образ объекта, созданный мыслью. Постоянное мышление об этом образе, этом символе, этой картине дает начало удовольствию. Вы видите красивую голову, вы смотрите на нее. Мысль говорит: «Какая красивая голова, у нее красивые волосы». Она начинает думать об этом, и это приятно.