Чтение онлайн

и, по-моему, даже аплодировали. В цирк во время репетиций редко заходят чужие люди.

Наверное, еще реже бывают журналисты-самоубийцы. Поэтому всем было весело. Не смеялись

только клоуны.

Я положила деревянную руку на мохнатую голову. Этот жест не имел ничего общего с

ласковым поглаживанием животного. Но Сеня отреагировал мгновенно. Он поступил точно так

же, как поступают его мелкие домашние родственники в таких случаях. Попробуйте кошку

погладить по голове. Скорее всего, она попытается вывернуть голову и слегка прикусить за

руку. Не зло. По-доброму. В Сенином исполнении этот жест выглядел, как попытка откусить. Я

пожалела, что «гладила» не левой. Правая мне нужнее.

Умом понимаю: он ребенок, он неуклюжий, смешной и действительно пытается поиграть.

Ему интересна новая тетя в клетке. ОН БЕЗОПАСЕН — в один голос твердят дрессировщики.

Но посмотреть ему в глаза не могу. Может быть, поэтому львов называют царями зверей?

Первый вопрос, который я задала Веронике Пинко, дрессировщице львов, выглядел

банальным, но в последние десять минут моей жизни самым актуальным.

— Вам страшно?

— Нет. Совсем. Мне страшней на улицу вечером выйти. Честно. Я людей боюсь больше, чем

своих животных, потому что мои львы предсказуемы, а люди иногда, к сожалению, нет. Я, наверное, чего-то в этой жизни не понимаю.

Колени дрожали еще не меньше часа. С восторгом рассказывала коллегам о львах, о цирке, об адреналине. А колени дрожали. Позвонила домой поделиться впечатлением.

— Мам, я заходила в клетку ко львам! — из трубки запахло валидолом, и я добавила: — К

новорожденным!

На выходных схожу в парикмахерскую, закрашу седину. А потом обязательно поведу дочку

в цирк. Сеня с товарищами не выступает. Но я буду знать, что где-то там, за кулисами, бегает

и падает львенок. Хищник, который научил меня ощущать адреналин.

Еженедельник «MediaPost» № 09 от 8 марта 2007 г., колонка «Невыдуманная история»

ТРИ ТЮЛЬПАНА В ЦЕЛЛОФАНЕ

Ну вот, опять. Восьмое марта неизбежно, как Новый год и день рождения. И как бы мне ни хотелось «проболеть»

этот светлый праздник, ОН все равно наступит.

— Дорогая, ты самая лучшая женщина! Я поздравляю тебя с праздником!

И букетик из-за спины — оп!

Чудо свершилось, долг исполнен, можно идти и быть счастливой до следующего Восьмого

марта. Свободна.

Я верю в искренность мужского внимания, мне не нравятся дозы. Один, строго

определенный день в году, — оскорбительно мало. Плюс раздражает обязательность цветов и

комплиментов.

У одного знакомого в блокноте, на странице с датой 08.03, я увидела запись: 1. Цветы — Машке, Лизе Г., маме, Наталье Алексеевне.

2. Позвонить — Андрюхиной Ирке, Рыжей, Катьке с Ленкой.

3. Маринке, Кузьке, Тане Л. — смс.

Не то чтобы мне не жалко Маринку и ее подруг из пункта три, мне за другую половину

человечества обидно. Вспомнить! Записать! Разбить по пунктам! И, наконец, выполнить

намеченную программу. Это насилие над мужчиной, я протестую!

Если честно, запись обидная. Обидная не потому, что кому-то цветы, а кому-то смс. Обидно, что вообще существует запись. Варианты: «обязательно поздравить», «позвонить утром»,

«заскочить в перерыве».

В назначенный день мне хочется спрятаться, чтобы не напрягать знакомых мужчин

собственной половой принадлежностью. Попасть в классификацию по степени внимания или

влияния — ужас. Но страшнее всего — получить от НЕГО пресловутые тюльпаны.

Воображение рисует классический мужской перекидной календарь: 364 белых (черных, зеленых — по вкусу) листа и единственный красный день «Восьмое марта» с пометкой

— «осчастливить».

Ниже — короткая незамысловатая инструкция:

1. Принцип распределения счастья: «Бабе — цветы, детям — мороженое» (главное — не

перепутать).

2. Порция счастья измеряется в цветках поштучно (минимум три).

3. Осчастливливать начинать непременно с утра (пока теплая).

Про целлофан ни слова.

Цветы как явление сами по себе прекрасны. Они красивы, они восхитительны, они пахнут, наконец. Но где вы видели, господа мужчины, чтобы цветы росли в целлофане? В оберточной

бумаге? С бантиками и буклями? Забрызганные перламутром? С искусственными бабочками на

лепестках? А главное, с резиночками на бутонах?!

Тюльпаны. Три. Целлофановорезиночное чудо природы, специально изобретенное по

случаю. Среда обитания — точки продажи цветов, форма приобретения — конвейер.

Вышел с утра, потолкался пару часов в очереди с соплеменниками, закупил «чудо», по

количеству осчастливливаемых, вручил — и можно ставить галочку в календаре.

Зато порция счастья у всех одинаковая. Ну, чтоб никому не обидно.

Я бы предложила этот акт вообще унифицировать, довести до примитивного автоматизма, так сказать. Вместо выращивания вышеуказанных букетиков штамповать таблички:

«Ты такая же, как все, никакая ты не особенная, получи свою ежегодную порцию счастья и

не выпендривайся. Будь счастлива, дорогая!»

Можно было бы их тиражировать заранее, миллионами, и выдавать мужчинам по месту

работы.

Моя подруга Наташка точно знает количество счастья в штуках, которое она получила от

спутника жизни за семь лет совместного проживания. Четырнадцать букетов, или сорок два

цветочка. Три розы на день рождения и три тюльпана на Восьмое марта.

— Нет, он не плохой, он хороший, — уверяет Наташка, — просто...

Просто он проболел ботанику в школе и не знает, что в нашей климатической зоне

произрастает около тысячи видов цветов.

— Мне эти тюльпаны, — откровенничает она, — хочется ему в морду кинуть. Но так

нельзя, он же искренне! Утром бежит на рынок, пока я сплю. Тысячу раз пыталась сказать, что