Чтение онлайн

Одной рукой женщина прижимала к груди книгу, обёрнутую в переплёт из того же материала, как и её одежды. Другая её рука была крепко стиснута в кулак, как будто прятала в нём что-то от посторонних глаз. Сквозь пальцы пробивался слабый свет.

С длинных рукавов платья слетали и падали вниз небольшие серебристые пылинки. Не успевая долетать до пола, они как будто растворялись в воздухе, мерцая и очень быстро угасая.

Благодаря такому мерцанию можно было заметить, что пол устлан паркетом, на котором виднелась то ли карта, то ли просто рисунок, её напоминающий: узкие дорожки и тропинки переплетались между собой. Между тропинками иногда мелькал лес, речки и небольшие домики.

Наконец женщина подошла к невысокой двери в конце коридора. Дверь была сплошь покрыта толстым слоем паутины, её явно давно не открывали. Дама резко и с силой толкнула створку, но дверь оказалась настолько тяжёлой, что открывалась очень медленно, при этом издавая такой неприятный скрип, что женщина даже поморщилась, пробурчав себе под нос: «Кто-нибудь когда-нибудь уже зальёт сюда масла!»

Когда дверь наконец-то раскрылась ровно настолько, чтобы в неё стало возможным протиснуться, женщина буквально влезла в щель и очутилась в небольшой комнате, стены которой были точно такого же цвета, как и её платье.

Комната больше походила на кабинет. В дальнем углу слева стоял круглый стол из тёмного дерева. Прямо над столом располагалось высокое, до самого потолка, окно, стёкла которого были завешаны плотной серебристой тканью.

По обеим сторонам от окна были закреплены открытые полки с книгами и небольшие выступы, где стояли прозрачные банки с высушенными растениями, а также разного размера бутыли с порошками и растворами.

Но всё же в первую очередь в комнате бросался в глаза необычайной красоты камин. Он был украшен резной оправой, покрытой золотистой краской. В завитушках ограждения при внимательном рассмотрении можно было различить фигурки разных животных из семейства кошачьих, умело выкованных неизвестным мастером: семья львов возлежала чуть левее основания камина. Недалеко от них, свернувшись клубочком, лежали подросшие тигрята, охраняемые строгими взглядами пары тигров. Рысь с детёнышами располагались над основанием камина. Там же почивали два взрослых леопарда. По бокам и углам можно было увидеть готовившихся к прыжку гепарда и пуму. Пантера нежно потягивалась недалеко от рыси с детёнышами. Рассматривая каждую кошку, выкованную в обрамлении этого камина, не удивиться было невозможно – настолько чётко мастер сумел выразить на металле заботу взрослых особей о своих детёнышах.

Вдоль стены по правую руку от входа стояли высокая тумба с выдвижными ящиками и глубокое мягкое кресло. На тумбе были разбросаны небольшие стёклышки с приклеенными на них образцами травинок, разного цвета песчинки, крылышки от бабочек и прочие элементы живой и неживой природы.

Женщина стремительно подошла к столу и положила на него книгу. Затем, подняв левую руку вверх, хлопнула ладонью по воздуху ровно над книгой. В месте, где был совершён хлопок, в полуметре над столом появился небольшой чёрный шкафчик. В освободившейся левой руке женщины каким-то образом оказался серебряный, с завитушками ключ, которым она тут же открыла дверцу появившегося шкафа. Она всё проделывала с такой скоростью, что висевшие на противоположной стене часы приоткрыли кошачьи глаза и обратили взор на необычный процесс над столом, а секундная стрелка показала, что даже минута не успела закончиться с момента появления этой дамы в комнате.

Из висевшего в воздухе шкафчика женщина вынула аккуратно сложенную, светящуюся белую ткань, по структуре похожую на мягкое облако. Бережно расстелив «облако» на столе, женщина наконец-то раскрыла ладонь правой руки и очень осторожно поместила в центр ткани предмет, который крепко сжимала в кулаке. Им оказался маленький, с неровными поверхностями камешек бело-голубого цвета.

Камешек, едва коснувшись ткани, мгновенно начал увеличиваться в размерах. Через какое-то время он стал приобретать форму человеческого тела: сначала появились ноги, затем живот, руки и, наконец, голова.

Женщина направила свои ладони на почти прозрачного человека. Затем она как будто невидимым мощным магнитом в своих руках на расстоянии захватила зависшую над столом мерцающую фигуру и перенесла её от поверхности стола к середине комнаты, ближе к месту, где был установлен камин. Затем женщина хорошенько встряхнула руками, после чего фигура медленно опустилась на пол.

Коснувшись ногами паркета, мерцающий образ сразу начал приобретать уже телесную форму человека.

Фигурой из камня оказался мужчина сорока-сорока пяти лет, которого только что буквально «вырастили» из кусочка заледеневшего камня. Как только мужчина открыл глаза, дама, проделавшая столько манипуляций, чтобы придать ему более-менее человеческий вид, очень громко воскликнула:

– Фосфорус! Как ты позволил с собой такое сделать?!!

Она в негодовании стала расхаживать по комнате из стороны в сторону. От её головы то и дело выскакивали маленькие искорки, которые самостоятельно направлялись ко всё ещё мерцавшему человеку.

На расстоянии нескольких сантиметров от лица несчастного мужчины искорки останавливались и взрывались, заставляя его пятиться назад. Так они сопроводили его до самого кресла, упёршись в которое мужчина не удержал равновесие и рухнул прямо в него.

Женщина, усадив таким способом в кресло растерянного мужчину, уверенно направилась к нему.

Фосфорус Минералес… а это был именно он, заместитель директора школы Нейстрона, не выдержав такого напора, умоляюще обратился к женщине:

– Пульсатилла, пожалуйста, перестань кидаться эмоциями, иначе они спалят мне остатки шевелюры! – Мужчина пригладил растрёпанные чёрные волосы на своей голове, после чего начал с силой потирать руки, пытаясь согреть их. – Бррр, как же я продрог-то…

– Скажи спасибо, что не околел! – продолжила ходить по комнате Пульсатилла Арттруд, директор школы Нейстрона.

– Посмотрел бы я на тебя, если бы ты увидела этот ужас… – Фосфорус Минералес поднялся с кресла и подошёл к камину.

Он щёлкнул пальцами, и в его руке появилась искра, которой он запустил в камин и разжёг таким образом в нём огонь. Мужчина подошёл к появившемуся пламени как можно ближе, пытаясь согреться.

Подняв голову к часам над камином, Фосфорус Минералес вдруг обратился к ним с вопросом:

– Честон, сколько я пробыл так?

В одно мгновение часы остановились: большая стрелка переместилась на цифру «XII», затем она с силой стукнула по циферблату два раза подряд, что означало – «два раза по двенадцать». Затем стрелка часов переместилась в обратном направлении и резко остановилась напротив цифры «VIII», и из часов послышался звук, похожий на удар в колокол.

– Спасибо, Честон! Ты никогда не врёшь, – мужчина кивком поблагодарил часы. – Восемь суток значит… М-да… ну что ж, бывало и хуже. – Мужчина отошёл к окну в кабинете.

– Восемь суток! И ты так спокойно об этом говоришь! Школа восемь суток была без присмотра! – продолжала негодовать директор. – Всё что угодно могло произойти за это время!

Пульсатилла Арттруд, выплеснув последние искорки-эмоции, тоже подошла к камину. Глядя на живой огонь, директор понемногу успокаивалась, да и то, что её заместитель был уже в порядке, тоже позволило немного расслабиться.

Директор школы г-жа Арттруд отличалась высокой эмоциональностью, но именно это качество никогда не позволяло ей оставаться равнодушной к чужим бедам. Она всегда старалась помочь всем, кто в этом нуждался.

Из-за её самоотверженного подхода к работе и безграничного трудолюбия ей просто необходимы были эмоциональная разгрузка и отдых. Это понимали все, кто трудился с ней рядом. Директора буквально силой отправляли на каникулы подальше от школы, поклявшись ей сто тысяч раз на Своде законов Нейстрона, что в её отсутствие в школе всё будет хорошо.